Строгие правила

Перед нами стояла огромная двуспальная кровать, наличие которой привело меня в полное смятение, и, судя по взгляду Гука, его тоже. Мы несколько неловких минут продолжали разглядывать предмет мебели, который очень красиво вписывался в интерьер, но активно извращал мои мысли. Возможно, и мысли Чона.
— Ааа... — Гук почесал подбородок и замолчал.
— Да, Чонгук. Ты явно не ту кандидатуру выбрал для посещения этого номера.
Я сделала шаг вперед, но Чон взял меня за запястье, не принуждая абсолютно ни к чему. Простое и легкое, возможно, даже немного невинное, прикосновение. Но меня оно не просто выбило из колеи, мне снесло крышу! Кроме как опустить голову и молча стоять, позволяя приятным ощущениям разливаться по моему телу, я больше ничего не смогла сделать.
Видимо, удовлетворившись моей реакцией, Гук медленно притянул меня к себе и кончиком носа коснулся виска. Неспособная больше мыслить рационально, я прикрыла глаза, погружаясь в воспоминания о ласках этого мужчины, которые точно так же и тогда напрочь лишали меня рассудка.
— Гук... — прошептала я.
— Молчи. Просто молчи... — разорвал его хриплый голос глухую тишину комнаты. Горячие губы прошлись вдоль моей скулы, остановились на шее. Он нежно прикусил кожу, после чего притронулся к ней языком. Не выдержав больше сладостных мук, я запрокинула голову на плечо Чона и застонала. И он уже более решительно положил мне на талию свои ладони, которые медленно начали подниматься вверх, ощупывая мою кожу через ткань платья.
После очередного вырвавшегося у меня стона Чонгук прижал меня плотнее к себе, отчего я явно почувствовала всю силу его желания. Все! Больше не могу себя сдерживать! Я повернулась к нему лицом и нерешительно прикоснулась губами к его губам. Чон тяжело втянул в себя воздух и, положив ладонь мне на шею, страстно впился в мои губы. О, Боже! Кто-нибудь, верните меня на Землю!
Я ответила на его порабощающий поцелуй и обняла руками его торс, сквозь легкую материю рубашки царапая его спину. Я слышала, как из меня непроизвольно вырывались стоны, но Гук вбирал их в себя. Когда его ладони прикоснулись к моей груди, я поняла, что ноги меня больше не слушаются, а разум полностью отключился. Я вцепилась в его широкие плечи и позволила ему приподнять меня. И когда я почувствовала спиной мягкое покрывало кровати, поняла, что границу дозволенного мы уже переступили и вряд ли сможем остановиться.
Почувствовав, что меня больше не касаются руки Чонгука, я открыла глаза и встретилась с взглядом его безумных темных глаз.
— Лиса... — он положил ладонь мне на шею и затем нежно провел вниз, касаясь груди, живота, бедра... Как же это было приятно! Мне казалось, что мое тело просто сгорает от его прикосновений, а душа летает где-то в небесах. Затем он снова наклонился и страстно завладел моими губами, а руками притянул за бедра ближе к себе. Я подалась немного вперед, отчего он  издал хриплый стон и его руки заползли мне под платье. — Хочу тебя.

Он лихорадочно целовал мои щеки, шею. Его руки поднялись вверх по телу, накрывая и жадно сминая мою грудь, а я от переполнявших меня эмоций выгибалась ему навстречу, подставляя всю себя только ему одному.
Когда его пальцы добрались до внутренней стороны моих бедер, я протяжно застонала. Кажется, этот стон отозвался в моей голове звонким эхом, которое как раз и привело меня в чувства. Я уперлась ладонями в его грудь и попыталась его оттолкнуть. А он, не обращая внимания, продолжал мучить мое тело, пальцем уже цепляя тонкую полоску трусиков и касаясь моей разгоряченной плоти. О, Боже! Что я творю!
— Гук. Нет. Стой!
— Лиса , просто выкинь все из головы... — Его палец коснулся клитора и я, вздрогнув, застонала. Черт! Я сошла с ума, если готова послать все куда подальше ради одноразового секса. Твою ж мать! Лалиса ! Для него это всего лишь послеармейский перепих, а как ты будешь потом смотреть в глаза Хосоку? Или ты собираешься бросить его? Видимо, остатки совести еще пробирались в мое сознание, поэтому я снова попыталась оттолкнуть Гука.
— Черт. Чонгук , я не хочу. — Он резко ввел в меня палец и губами прикоснулся к уху.
— Твое тело говорит об обратном. — Его палец начал медленно двигаться.
— Мы не можем. Я замуж скоро выхожу. — Я сильнее уперлась в его твердую грудь и толкнула. — Черт! Чон , будь человеком.
— Не сейчас. — Его губы коснулись моего виска, и я почувствовала, как мою грудь раздирают злость, горечь, обида и ненависть... к самой себе.
— Чон Чон Гук, я тебя возненавижу после этого. — Уже не сдерживая эмоций, я начала бить кулаками по его плечам, груди. Ногтями вцепилась в его шею и попыталась отодвинуть от себя. — Уйди, отстань. Прошу.
Мой голос больше был похож на плач, но я сдерживалась из последних сил, чтобы не дать волю слезам. Мне не нравилось, что Гук так действовал на меня, рядом с ним я чувствовала себя слабой и никчемной. И возможно, я такой и была.
— Лис,— он схватил меня за запястье, отцепляя от своей шеи мою руку и прижимая ее к кровати, — что ты хочешь, чтобы я сделал?
— Просто остановись! О большем не прошу. — Говоря эти слова, я даже не решилась посмотреть на Гука, обжигающий взгляд которого ощущала на себе.
— Не могу. Поздно. — Он губами прикоснулся к моей шее, теперь уже двумя руками прижимая мои запястья к кровати.
Нет, я не могу так поступить! Не могу. Я не смогу потом смотреть в глаза Хосоку. Да, как я вообще после этого замуж за него выйду? Боже!
— Нет! Нет! Нет! — Я начала извиваться под ним, причем один раз даже попала лбом ему по губе, отчего Чонгук отодвинулся и сильнее сжал мои руки своими ладонями.
— Черт, Лалиса, ну ты же хочешь! — со злостью выкрикнул он.
Я повернула голову, устремив на него гневный взгляд.
— Представь, что у тебя есть невеста, которую ты любишь, и которая скоро станет твоей женой, когда-нибудь матерью твоих детей, но ей это не мешает в настоящий момент лежать под другим мужчиной.
Женя прикрыл глаза и втянул в себя воздух. Несколько секунд он не двигался и не говорил ни слова, после чего снова посмотрел на меня и тяжело вздохнул.
— Что, Чон? Трудно представить, что ты кого-то любишь?
Он ослабил хватку, и, воспользовавшись моментом, я вырвала свои руки и резко оттолкнула его в сторону. Спрыгнула с постели и забежала в ванную, закрыв за собой дверь. Черт! Как же так! Как я могла просто взять и пустить всю ситуацию под откос?
Прислонившись спиной к двери, я медленно сползла по ней, мечтая в данный момент оказаться в квартире Хосока. Боже, Хосок! Прикрыв лицо руками, я начала тяжело дышать, пытаясь сдержать, таким образом, рвущиеся наружу слезы.
— Лалиса Манобан никогда не ошибается! — проговорила я шепотом. — Это была просто проверка! Ты ее почти прошла. Почти.
Сердце больно билось в груди, эхом отдавая в голову, которая только сейчас начала проясняться и понимать весь ужас ситуации. Твою мать! Хосок , прости! Прости, любимый! Как же я могла так поступить с тобой! Закрыв глаза, я притянула ноги к груди, обхватила их руками и положила подбородок на колени. Лалиса Манобан не ошибается! Господи, я только что чуть не отдалась другому мужчине. Хоби , ради всего святого, прости! Прости! Прости...