Тот, кто грядёт

Путешествовать под личиной молодого человека было куда как безопаснее, чем представляться девушкой - Сарелла давно это поняла. Конечно, попадись она разбойникам, а то и марочникам из Штормовых земель, это не уберегло бы её от крупных неприятностей. Но так можно было хотя бы избежать иных ситуаций.

Сарелла не боялась, что её изнасилуют - первый, кто попытался бы это сделать, лишился бы стручка между ног, - но проблем ей хватало и без того, чтобы ещё думать о любителях распускать руки.

В замок Поднебесье её бы, конечно, пустили, но Сарелла в самый последний момент передумала, как и не стала кому бы то ни было представляться дочерью Оберина Мартелла - её лица в предместьях Поднебесья всё равно не знали, да и лучше по возможности не произносить столь громких имён в непосредственной близости от благородных домов. Кандидат из Цитадели, что приехал погостить в родной Дорн, был принят чуть менее тепло, но всё-таки с почтением.

Несколько колец, выкованных Сареллой для мейстерской цепи, производили нужное впечатление. Пусть их было всего три, последнее из которых означало отличное знание истории. Но жители небольшой горной деревеньки таких подробностей не знали.

Сарелла быстро отыскала ночлег - в одном из домов местного ремесленника, который предложил ей кров в обмен на услугу: осмотреть прихворавшую дочку. Отсутствие звена, говорящего о познаниях в медицине, ремесленника не беспокоило, и Сарелла согласилась. По счастью, не требовалось быть архимейстером медицины, чтобы вскрыть нарыв и выпустить гной - причиной начавшейся у девочки лихорадки был на первый взгляд пустяковый укус, при чём человеческий.

Она подралась с младшим братом, пояснил отец. Откуда ему было знать, что часто именно человеческие укусы оказываются самыми опасными, если исключить из этого списка ядовитых змей?

То и дело бросая взгляды в сторону видневшегося отсюда замка, окружённого скалами, Сарелла думала: что же остановило её в последний момент? Не иначе, как предчувствие. То, что называют интуицией. Но в самом деле - о её местонахождении почти наверняка пытается разузнать Герольд Дейн, да и принц Морион... Дорнийским шпионам, кто бы там что ни говорил, не было равных: то известно ещё со времён Первой Дорнийской войны, которую развязал Эйегон Завоеватель, пытаясь подмять под драконов непокорный Дорн.

Наверняка весть о прибытии Сареллы Сэнд в замок Поднебесье со скоростью арбалетного болта разлетелась бы окрест. Так бы она вряд ли добралась не то, что до Штормовых земель, но, вероятнее всего, не успела бы пересечь и Красные горы.

Но теперь перед ней уже лежали Дорнийские марки, где требовалась в ещё большей степени соблюдать осторожность, пусть и по иным причинам. Необходимо было отыскать судно, что могло из Каменного Шлема, расположенного в устье реки Слейн, отвезти её если не в сам Чаячий город, то хотя бы за пределы Дорнийского моря и, желательно, подальше от Мыса Гнева и Ступеней. Тарт, Крюк Масси, Камнепляс и даже Драконий Камень вполне бы сгодились - тем более, насколько известно было Сарелле, нынешний лорд Драконьего Камня, сир Давос Сиворт, жил в Королевской Гавани, оставив в замке кастеляна, подобие личной гвардии и жену.

- Пираты на Ступенях вконец потеряли страх, - ворчал капитан в порту, подозрительно поглядывая на Сареллу, - дорнийцы, как крысы, лезут изо всех щелей... Вообще-то корабль идёт в Тирош, да помилуют нас боги, если удастся попасть туда живыми. Но и севернее я не хожу - нечего там сейчас делать. У тебя, парень, деньги-то есть?

Деньги, конечно, наличествовали - немного, но и в Тирош отправляться она не собиралась. Потому что капитан был прав - идти через Ступени представлялось слишком рискованным занятием. Да и поглядывал тот уж слишком подозрительно: не ровен час, деньги присвоит себе, а эдакого странного паренька сбросит за борт, как только корабль выйдет в Узкое море. Слишком уж бесславная кончина.

- Тирош... - протянула Сарелла, делая вид, что размышляет, хотя на самом деле прикидывала свой дальнейший маршрут, пытаясь представить, где сейчас может находится Герольд Дейн: он, в отличие от Сареллы, почти наверняка сел на корабль, отходящий из самого Солнечного Копья. Хотя и ему в таком случае предстояло пересечь опасные Ступени. Жеребец Сареллы по кличке Смерч после отчаянного марша через горы и Дорнийские марки, на который ей потребовалось несколько дней, совсем выбился из сил. Хотя он в полной мере оправдал свою кличку. - Как скоро вы планируете отправляться?

Капитан криво улыбнулся.

- С приливом, как обычно. Только учти - плата вперёд, и не думай долго, парень, желающих у меня достаточно, мало сейчас отчаянных дураков, вроде меня, готовых выйти в море.

Сарелла оглянулась, словно надеясь увидеть все эти толпы, но в маленьком, суетливом порту сновали только моряки.

- Хорошо. Я вернусь вечером, капитан.

Не став дожидаться ответа, она поспешила убраться оттуда - уж лучше было отыскать более длинный, но всё же безопасный путь добраться до Чаячьего города. Эх, если бы ещё знать наверняка, каким путём пойдёт туда сир Герольд. Но она чувствовала - капитан этот, если и не выкинет её за борт, то прежде доложит лорду Сванну о странном чужаке с дорнийским выговором, ищущем путь на север.

От Грифоньего Гнезда Сареллу отделяло более ста миль - значит, Смерча она загонит, если всё же попытается уложиться в два дневных перехода. Но ближе к Штормовом Пределу и мысу Дюррана, у самого носа лорда Баратеона, было проще найти подходящий корабль - и, вполне возможно, там её действительно не станут искать.

По крайней мере, если не сочтут её достаточно безрассудной.

В наступающих сумерках, Сарелла покинула Каменный Шлем, двигаясь вдоль Слейна и стараясь не подгонять и без того взмыленного жеребца. Пусть путь займёт в два раза больше времени, но потерять верного друга ей не хотелось. Ещё одного верного друга, если быть точной...

С левого берега реки простирались острые пики гор, за которыми, как это известно каждому путнику, находился овеянный печалью и дурными слухами Летний замок. Его обгоревшие, покорёженные руины, источали горечь чего-то безвозвратно потерянного - и Сарелла была рада, что горный хребет надёжно скрывает этот памятник прошлому от её взгляда.

Слейн гневно бурлила, словно желая вырваться из тисков, в которые была зажата берегами с обеих сторон. Чтобы спустить на воду лодку в подобном месте, подумалось Сарелле, следовало обладать не меньшей смелостью, чем требовалось на попытку пройти незамеченными пиратами со Ступеней.

Грохотали низвергающиеся с гор водопады, бурное течение неустанно полировало крутые пороги до удивительной гладкости. Вода в Слейне, казалось, постоянно кипит, и только долетающие холодные брызги напоминали о том, что это не так. Сарелла остановила жеребца только ближе к рассвету, чувствуя, как тот дрожит, выбившись из сил. Да и самой Сарелле требовался отдых. Небольшая передышка в скачке наперегонки с невидимкой.

Скудный ужин, состоящий из подсохшего хлеба и сыра, липким комом осел в желудке. Сарелла попыталась запить его несколькими глотками кисловатого вина, но это мало помогло. Смерч же жадно пил воду из реки - они остановились у места, где течение было не столь бурным. Разводить огонь она не рискнула: мало ли, кто может заприметить их здесь - в конце концов, поблизости находилось Воронье Гнездо, и Сарелла сейчас пребывала во владениях лорда Ричарда Моррингена, о котором ничего толком не знала - лишь то, что его отец лорд Лестер погиб, сражаясь за Станниса Баратеона. Но вряд ли он обрадуется гостям из Дорна.

«Кто сейчас правит в Грифоньем Гнезде? Вернулся ли живым Роннет Коннингтон из Королевской Гавани?»

Долгое время после Восстания Роберта Баратеона замок пребывал именно в его власти, но кто им правит сейчас... Вероятно, какой-нибудь кастлян из мелких лордов и ближайших родственников, назначенный на пост своим сюзереном Баратеоном. Этого Сарелла уточнить у местных не удосужилась - слишком уж странными ей показались люди в Каменном Шлеме, что моряки, что простые рыбаки, что их жёны. Все они глядели недобро - хотя нельзя было сбрасывать со счетов разыгравшуюся паранойю, способную кого угодно свести с ума. Ещё и в столь беспокойное время, когда в марках, кажется, со дня надень ждали появления войска дорнийцев, и каждый чужак представлялся врагом.

Поэтому Сарелле следовало быть вдвойне осторожной, помятуя, что этот гипотетический враг - она сама.

Впрочем, нынешний владыка Грифоньего Гнезда беспокоил её куда меньше, чем возможность безопасно сесть на корабль и добраться до пункта назначения. Если бы Сарелла сейчас знала, где находится мейстер Марвин, то непременно бы написала ему. Попросила совета. Может быть, даже отправилась бы следом...

Хотя это решение и выглядело не совсем разумно: мейстер рассчитывал, что она справится здесь самостоятельно. Но откуда Сарелле было знать заранее, во что это всё выльется? О возможном участии в этой затее Даарио Нахариса она прежде никак не догадывалась.

Интересно, что же такое он задумал? И зачем? И какой он?

Эти вопросы не давали Сарелле покоя, пока она, устроившись у корней раскидистого дуба, пыталась уснуть. Она видела тирошийцев, но никогда не видела наёмника, на которого оставили город. Должно было быть в нём нечто выдающееся, раз уж королева Дейенерис доверила ему судьбу Миэрина и живущих в нём людей.

А, может быть, и нет. Сарелла перевернулась набок, подложив под щёку ладонь, и глядя на изборождённую полосами кору древнего дуба. Ведь все могут ошибаться... Может быть, ошибается она сама. Или даже мейстер. Хотя он-то знает куда как больше: сама Сарелла имела лишь смутное представление о происходящем. Знала правду о короле, с которой теперь совершенно не представляла, что делать.

Тирион Ланнистер наверняка не поверил ей. Чудо, если не доложил королю о предполагаемом месте встречи предателей. Пусть на первый взгляд карлик выглядел куда умнее. Но, как показала жизнь, люди имели свойство терять последние остатки разума в самые неподходящие моменты, как это с Тирионом уже случалось.

Обуреваемая этими беспокойными мыслями, Сарелла сама не заметила, как погрузилась в беспокойный сон, стоило над горизонтом забрезжить первым алым лучам. Проснулась она, когда солнце уже почти вошло в зенит, а стреноженный Смерч беспокойно и недовольно фыркал.

Сон слетел сразу, стоило Сарелле вскочить на ноги. Его словно рукой сняло - сердце тревожно затрепетало. Она не поняла, что оказалось тому причиной: встревоженное животное, собственные беспокойные мысли или снова недоброе предчувствие, от которого желудок то и дело подкатывал к горлу?

Возможно, всё разом. Торопливо седлая Смерча, который выглядел уже не столь измочаленным, Сарелла то и дело оглядывалась. Подобие редкого леса и отвечало лишь тишиной, молчали даже дикие птицы, гнездившиеся на верхушках деревьев. Именно эта жутковатая тишина, а не громкий звук стали причиной её резкого пробуждения и тревоги.

Она не была большим знатоком леса, но ей также был прекрасно известен один незыблемый закон бытия, которому её научил ещё отец, принц Оберин: животный мир резко замолкает лишь по одной причине - когда чувствует приближение опасности, даже если та подбирается с подветренной стороны. Даже если эту опасность представляет собой отнюдь не крупный хищник и вообще не животное.

- Так и с ума сойти недолго, - пробурчала под нос Сарелла, стремительно взлетая в седло. Сегодня ей предстояло проделать, если не остаток пути, то хотя бы большую его часть, чтобы как можно скорее оказаться у Грифоньего Гнезда. Это всё, что её должно беспокоить.

Когда наполненный лёгкими сумерками даже в ясную погоду подлесок остался позади, Сарелла выдохнула почти с облегчением, хотя её и не покидало муторное ощущение чужого пристального взгляда, скользящего не только под одежду, но и в сами её мысли.

Сжав губы, она лишь пришпорила Смерча, словно тот мог увезти её куда подальше от невидимого преследователя, которым был отнюдь не Герольд Дейн. О, сейчас бы Сарелла с большим удовольствием предпочла бы встретиться с Тёмной Звездой, чем с тем, что могло смотреть на неё.

«Лишь бы это оказалась моя тревога, а не проклятый калека», - со злостью подумала Сарелла, словно презрительно брошенное «калека» могло как-то повлиять на происходящее, сбить с толку то, что следовало за ней.

Но в последние дни она не видела ни одного ворона. И вообще не замечала, чтобы её преследовали птицы или какие-то звери, а чардревам неоткуда было взяться в этих землях. Скорее всего, это не более, чем напряжение последних дней сказывалось на состоянии разума: повсюду мерещились зловещие тени.

Поэтому Сарелла с большим облегчением вздохнула, когда снова услышала звук воды - на пару миль восточнее наверняка бежал приток залива Разбитых кораблей, а значит, следуя по нему, к середине следующего дня она выедет к Грифоньему Гнезду. Если выдержит лошадь.

Решив дать Смерчу немного передохнуть, Сарелла натянула поводья. Можно было немного перевести дух - солнце уже снова клонилось к закату, мышцы налились усталостью. Пустой желудок едва не сводило от боли. Она не успела толком пополнить свои скудные запасы провизии, пока находилась в Каменном Шлеме - слишком уж поскорее стремилась убраться оттуда подальше.

Но всё ещё оставался ставший почти чёрствым хлеб, острый сыр и несколько кусочков жёсткого вяленого мяса, взятого ещё в Дорне. Жеребец щипал редкую траву, пока Сарелла медленно пережёвывала хлеб и мясо. Те вязли на зубах, и, несмотря на голод, казались почти безвкусным

******************

До Грифоньего Гнезда она добралась уже ближе к вечеру следующего дня. Ещё издалека увидела пики башен, возвышающиеся на тёмно-красном утёсе. В свете заходящего солнца камни и вовсе казались почти багряными, покрытыми засыхающей кровью. От главных ворот вниз извивался голый склон - «грифонья глотка» - единственный путь, по которому можно было подняться в замок. И который делал его почти неприступным даже для многочисленной вражеской армии.

Но Сарелла и не намеревалась туда попасть. Ей по больше части было неинтересно, кого сейчас назначил его правителем лорд Джендри Баратеон. Всё, что Сарелле требовалось - скорее покинуть Штормовые земли, выйти в море.

Она свернула в сторону залива, неторопливо ведя лошадь по ставшей каменистой почве. Оставалось только надеяться, что в порту найдётся хоть один корабль, готовый покинуть Мыс Гнева в самое ближайшее время. И что капитан судна не будет вызывать подозрений. Сарелла и без того потеряла непозволительно много времени. Отсюда же до Чаячьего города по морю было не более десяти дней пути, если повезёт с попутным ветром.

Однако, если корабль торговый, то почти наверняка станет делать остановки в других портах. Сарелла спешилась и, взяв Смерча под уздцы, неторопливо повела его к гавани, то и дело поглядывая по сторонам. Здесь до неё почти никому не было дела - сновавшие вокруг люди выглядели чрезвычайно занятыми и озабоченными.

Моряк, врезавшийся в спину Сареллы, злобно прикрикнул:

- Пшёл с дороги, черномазый! - и, резко отпихнув, устремился к сходням одного из кораблей. По виду - скорее боевой галлеи. Сарелла даже не обратила внимания на грубость, разглядывая судно: не похоже, чтобы оно везло ткани, еду или вино. Рядом стояло ещё несколько боевых кораблей, о причине нахождения здесь которых Сарелла могла только догадываться. Конечно, в самом факте наличии флота не было ничего удивительного, другое дело - почему этот флот готов к отплытию? Разве к Штормовому Пределу приближался некий неведомый враг?

До мыса Дюррана отсюда всего полдня пути морем, и при хорошей погоде можно было даже разглядеть сам замок, грозно высящийся с другой стороны залива.

Сарелле ужасно не нравилось это чувство - когда понимание происходящего ускользало, оставляя после себя только мрачные предчувствия. Их и без того было предостаточно за последние дни. Но всё же здесь должно было находиться хоть одно торговое судно, Сарелла бы согласилась даже на небольшую лодку, лишь бы та шла дальше.

«Должно быть», - мысленно твердила она, почти умоляя неведомого кого.

Надежда её медленно таяла, пока она, растеряно бродя по пристани, выискивала глазами хоть что-то подходящее для её целей. Вокруг то и дело сновали люди, что-то кричали, поднимали на талях огромные бочки и ящики. Что-то в этом всём было не так, и говорило об одном - похоже, лорд Баратеон призывал своих вассалов. Однако для чего?

- Эй, парень, ты чего это? Ищешь, чем поживиться? - оклик заставил вздрогнуть. Сарелла медленно обернулась, окидывая взглядом неряшливого человека с закатанными по локоть рукавами. Сами руки его, как и истрёпанная, заскорузлая одежда, были перепачканы. И пахло от его одновременно рыбой, застарелым потом и перегаром.

«Рыбак», - поняла Сарелла. Тёмные глаза весело сверкнули, и рыбак улыбнулся, обнажая ряды полусгнивших зубов:

- Язык что ли проглотил? Или видом впечатлился?

- Простите, - пробормотала Сарелла, невольно сжимая поводья Смерча, который недовольно захрапел. - Не ожидал, что кто-то здесь обратит на меня внимание, все слишком заняты.

- Ну вот он я, - рыбак подошёл поближе, - судя по растерянному виду, ты чего-то здесь потерял? Может быть, могу тебе чем-то помочь? - с заговорщическим видом спросил он.

- Скорее, не нашёл, - Сарелла заставила себя улыбнуться. - Мне бы судно... только не боевое. Мне нужно попасть в... - она запнулась, не зная, стоит ли напрямую сообщать название города, в который действительно стремилась, потому решила не торопиться. - Нужно попасть в Халл, - довершила она, - на Дрифтмарке.

- Знаю я, где это, - хмыкнул моряк. - Что ты там забыл-то? Кроме порта, там почти ничего и нет.

- Это уж моё дело, - Сарелла решила, что церемониться не стоит, чтобы её не сочли слабаком или трусом. - Друг у меня там живёт, не виделись давно, хочу сюрприз ему устроить.

На это рыбак весело загоготал, словно услышал отменную шутку, а после вновь хитро улыбнулся.

- Если верить твоему лицу, жить этому другу недолго, чернявенький. Раз он так далеко от тебя убежал. Ну да ладно, не моё это дело. Знакомы будем, меня звать Айк, - он протянул грязную, с обгрызенными ногтями ладонь. Сарелла крепко пожала её.

- Аллерас, - представилась она, полагая, что кандидат из Цитадели вряд ли известен местным морякам, да и вообще хоть кому-то.

- Сам-то откуда родом? - поинтересовался Айк, когда рукопожатие завершилось.

- Сложно сказать, отовсюду понемногу... - Сарелла пожала плечами. - Мать моя была уроженкой с Летних островов, а отец... - недовершённость этой фразы и очередное пожатие плечами снова вызвали у Айка приступ смеха.

- Понятно. Ну, таких историй много я слыхивал.

- Так что там с кораблём? - с нотками нетерпения спросила Сарелла. В конце концов, не для светских бесед она завязала знакомство с этим человеком. - Вы знаете такой?

- Как не знать! Если чего водится в кошельке, - Айк потёр большой и указательный пальцы друг о друга, - то найдётся и местечко. Корабль наш во-о-он там, - он неопределённо махнул рукой в сторону, - на краю залива. Капитан чуть свет отправится в сторону Девичьего Пруда, тебе по пути. Можешь сойти на Крюке Масси. Мы туда заходим.

«Девичий Пруд!» - обрадовалась Сарелла. Это было куда ближе к Чаячьему городу, чем она рассчитывала, но тут же вспомнила, что назвала Халл, а значит сойти ей действительно предстояло раньше.

- Это торговое судно?

- Помилуй Матерь, - фыркнул Айк, - похож я на торговца, как по-твоему? Судно небольшое, но за умеренную плату довезём тебя аж до Острого Мыса, а там поди найдёшь способ до Халла добраться. Годится?

- Вы рыбаки? - вопрос почему-то прозвучал крайне глупо.

- И рыбаки, и всего остального понемногу... - уклончиво ответил Айк. - Но и не какие-нибудь пираты, не подумай. Сейчас приходился выкручиваться. Такое время.

«Наверняка ещё и контрабандисты», - догадалась Сарелла.

Сарелла задумалась. Не то, чтобы ей не нравился Айк или вызывал какие-то подозрения - таких было пруд пруди в каждом порту. Пускай контрабандист, но на что-то другое, похоже, рассчитывать не приходилось. И, кажется, того, что Сарелла поделится с кем-то этой информацией, тоже не опасался: она и сама, пожалуй, выглядела здесь чужой. Намётанный глаз контрабандиста уцепился за возможность подзаработать, не более того. И всё-таки ей бы хотелось увидеть это судно и его капитана, о чём она и сообщила Айку.

- Он не против подзаработать, - заверил тот, - так что я, как первый его помощник, могу заверить, что проблем не возникнет. Хочешь, со мной пойдём, тут есть небольшой постоялый двор, капитан наш там сидит сейчас. Я вас и познакомлю? - он вопросительно посмотрел на Сареллу.

- Ладно уж, веди, - она успокаивающе погладила Смерча и направилась следом за Айком, который продолжал что-то говорить про упадок торговли, плохие уловы и вконец озлобившийся народ. Сарелла слушала того вполуха, но, похоже, Айка то вполне устраивало.

***************

Мерзко поскрипывающая на солёном ветру вывеска с грифоном давно облупилась. «Пристанище грифа», - гласила она, и Сарелла невольно хмыкнула. Судя по затрапезному виду, пристанище это больше походило на последнее.

Приземистое двухэтажное здание действительно служило и таверной, и постоялым двором. Сарелла вручила чумазому мальчишке, выскочившему навстречу, несколько медяков, чтобы тот почистил Смерча и задал ему корма, а сама устремилась следом за Айком в полутёмное, пропитанное крепким человеческим духом помещение с низкими потолками. Казалось, прежде крепкий сруб прогнил так, что его мог снести с места особенно сильный порыв ветра или даже просто сильный удар кулаком в стену. И всё же тот стоял.

К тошнотворному многообразию человеческих запахов примешивался ещё и запах сырой древесины, плесени, прокисшего эля и мокрой псины. Но Сарелла даже не поморщилась - ей доводилось нюхать чего похуже.

Почти все немногочисленные столы оказались заняты моряками, которые не обратили ни малейшего внимания на вошедших. Айк уверено устремился куда-то вглубь неказистого зала, к загорелому, крепкому мужчине, который тискал сидящую на коленях толстуху. Та заливисто смеялась, стоило могучей волосатой руке очередной раз нырнуть в лиф её платья, ощупывая его впечатляющее содержимое.

- Эй, Шилох! - окликнул Айк, падая на скрипучую скамью, стоящую напротив, а после подмигнул толстухе. - Ты, смотрю, успел соскучиться по Абби. Принеси-ка нам эля, милая.

Абби с удивительной для своего веса прыткостью соскочила с колен Шилоха, одарив присутствующих улыбкой, в которой недоставало нескольких зубов.

- А платит-то кто? Ты, старый пьяница? - Шилох выглядел недовольным тем, что лишился возможности ощупывать необъятную грудь Абби, уже умчавшейся за элем. Кажется, он даже не заметил Сареллу, пока Айк не ткнул в неё пальцем.

- Вот этот малец. Как там тебя...

- Аллерас, - напомнила Сарелла и внимательно осмотрела хмурого Шилоха. Обветренное и обожжённое солнцем лицо, исполосованное шрамами, внимательные чёрные глаза. Потрескавшиеся, плотно стиснутые губы. Тиская Абби он казался куда более располагающим к себе, как это ни странно. - Я ищу судно, на котором можно было бы покинуть это место. И Айк сказал мне...

- Этот пьяница что угодно тебе наговорит, мы не перевозим такого рода груз,- фыркнул Шилох, махнув рукой. Айк тут же набычился:

- Уж кто бы говорил. Вот тебе возможность немного подзаработать - доставим паренька до Крюка Масси, делов-то. Всё равно пойдём дальше. У меня, чтобы ты там ни говорил, котелок варит, - Айк постучал себя указательным пальцем по виску. Он снова говорил так, словно Сареллы здесь не было. Хотя всё это время сам Шилох пристально поглядывал на неё.

- И язык без костей... - проворчал он, а после уже обратился, очевидно, к Сарелле. -Что тебе там надо?

- Вообще-то мне нужно не туда, - криво улыбнулась Сарелла. - Но это куда ближе к пункту моего назначения. Я хочу попасть на Дрифтмарк, в Халл.

- В Халл, - задумчиво протянул Шилох, с шорохом почёсывая покрытый жёсткой щетиной подбородок. - Да, туда мы не пойдём, но до Крюка Масси... вполне... хотя там по большей части делать сейчас нечего... - он осёкся, явно поняв, что едва не сболтнул лишнего. Впился взглядом в Сареллу, но та сделала вид, что не услышала последней фразы, показывая, что чужие дела её не касаются. Спроси она, что им нужно в Речных землях, неизвестно, как отреагирует капитан.

- Айк сказал ваше судно... - начала было Сарелла, но Шилох не дал ей договорить, досадливо махнув рукой.

- Да-да, приходится терпеть эти неудобства из-за того, что нашему королю моча в голову ударила. И бастарды его теперь снаряжают свои корабли.

- Ничего не понимаю, - честно призналась Сарелла. Пока она была в Дорне, видимо, многое изменилось, а за время её долгого побега - ещё и произошло что-то, о чём она не знала. - Какие бастарды?

Шилох поглядел на неё, как на умалишённую.

- Ты не знаешь что ли, что лорд Баратеон - бастард покойного короля Роберта?

- Ах это, - Сарелла отмахнулась. - Это все знают, но вы сказали не «бастард», а «бастарды».

- Это наш славный капитан говорит о новом лорде Грифоньего Гнезда, - вместо него пояснил Айк. - Рональд Шторм, бастард Роннета Рыжего. Видимо, лорд Джендри питает определённую слабость к такого рода назначениям... видимо, скоро все пустующие прежде замки скоро займут бастарды знатных лордов. А король наш, похоже, и не возражает. Чёрт-те что творится!

Айк коротко хлопнул по столу открытой ладонью, а Сарелла задумалась. В самом деле, она готова была согласиться со словами контрабандиста - происходящее находилось где-то за рамками понимания.

Размышления её прервала появившаяся у стола Абби, водрузившая перед ними три кружки с элем. Шилох не преминул шлёпнуть её по объёмистому заду. Этот самый зад всколыхнулся под юбками. Толстуха снова захихикала, как застенчивая девица. Даже умудрилась покраснеть.

- Экий ты шалун!

- Принеси-ка нам ещё перекусить, - попросил Айк. - А то в желудке пусто с самого утра.

Абби снова удалилась. Сарелла поглядела на пенистый эль, понимая, что пить его совсем не хочется - не хватало ещё захмелеть в такой обстановке и такой компании. Хотя в «Пере и кружке» прежде ей приходилось иметь дело с таким крепким сидром, от которого глаза слезились у всех непривычных.

- Так... что не так с этими бастардами? - допытывалась Сарелла, всё ещё силясь понять хоть что-то. - Зачем эти корабли? Война?..

- То не нашего ума дело, - хмыкнул Шилох, разом опустошая пол кружки эля. Довольно крякнув, он вытер тыльной стороной ладони пенные «усы». - Идут вроде как в Королевскую Гавань, что-то там неспокойно стало. Не удивлюсь, если снова война. Хотя дорнийцев, о которых только и треплются а каждом углу, так и не видать... Почти, - он многозначительно посмотрел на Сареллу, в которой легко угадывалась дорнийка, несмотря на цвет кожи. Но это, как и многое другое, осталось неозвученным.

- После серой чумы только и воевать, - ввернул Айк, а после и сам жадно припавший к кружке. Сарелла посмотрела на стоящее перед ней пойло с некоторым сомнением. Всё-таки следовало сделать хотя бы несколько глотков, чтобы не вызвать подозрений. Как она и ожидала, это был вовсе не эль, а просто прогорклое пиво. Большого труда стоило не поморщиться от мерзкого привкуса. Хотя Айк с Шилохом, похоже, были к тому привычны.

- Будь моя воля, - продолжил Шилох, - я бы сюда и не сунулся, больно надо, но пришлось. Команда моя тоже не шибко довольна.

Сарелла оглянулась по сторонам, словно надеясь увидеть эту самую «команду» и уточнила:

- Много вас?

- Десять человек, - Шилох неопределённо кивнул влево, где ютилось ближе к выходу, несколько моряков. - Вполне достаточно для нашего судна. Мы сюда нечасто заходили, и ещё реже уходили севернее Тарта, но... - Шилох развёл руками, словно показывая, что иного выхода нет. - Так что, можно сказать, тебе повезло. Сейчас здесь и в самом деле не найдёшь ни одного судна, кроме боевого. В такие времена живём...

- А что так? - Сарелла не хотела сейчас выслушивать сетования на судьбу. Её волновали только факты, а не размышления о том, что прежде всё было иначе.

- Вода со стороны Эссоса дурная, - пояснил Айк. - В самом деле, парень, ты где был всё это время? Проспал всё самое интересное?

- Ах это, - со скучающим видом произнесла Сарелла. - Я думал, это слухи. Про чёрное пятно. Даже звучит как-то глупо.

Она не собиралась говорить о том, что слышала о случившемся в Дорне. И что даже, как ей казалось, ощущала тот неприятный маслянистый запах, растекающийся по Летнему морю.

- Никакие не слухи, - продолжил словоохотливый Айк. - Правда всё. Говорят, снова неспокойно в Старой Валирии, из-за этих треклятых вулканов из-под воды вышла какая-то чёрная жижа, всё живое там дохнет.

- Нехорошо.

- Слабо сказано! - на этот раз досадливо махнул рукой и Шилох. - Почти все рыболовные суда, что прежде ходили ближе к Ступеням и Дорнийскому морю вынуждены, как и мы, теперь держаться подальше от тех мест. Мало того, что улов небольшой, так и пираты... Из-за серой чумы и по недосмотру те совсем оголодали, нападают на всех подряд. Теперь ещё эта дрянь... в сторону Тироша можно идти только имея за спиной армаду боевых кораблей, да и то - мало в том проку.

- Улов? - не удержалась от сарказма Сарелла. Шилох осклабился, явно поняв намёк:

- Улов, малец. А уж какой это улов - не твоего ума дела. Айк, - он кивнул в сторону своего помощника, - пьяница, но глаз у него намётанный. Сразу понял, что ты из тех, кто будет держать язык за зубами. Нам это обоим выгодно. Для всех мы здесь - просто рыбаки, - он говорил это негромко, подавшись корпусом вперёд, но намёк Сарелла поняла прекрасно.

- Мне не нужны проблемы.

- Вот и славно, - улыбнулся Шилох, снова откидываясь назад и вновь повышая голос. - Думаю, мы сладим. Но про море - чистая правда.

- Ох, ужас-то какой, - подхватила вновь появившаяся словно из неоткуда Абби. Сарелла уже успела о ней позабыть. Женщина поставила перед ними миски с дымящейся похлёбкой, а после прижала опустевший поднос к огромной груди. - Никакой жизни теперь. Я слышала, - она деланно округлила глаза от ужаса так, что те стали походить на плошки, - что от этой чёрной отравы даже вода горит.

- Не потчуй нас своими байками, женщина, - фыркнул Шилох. - Лучше приходи вечерком ко мне, я бы отведал другого блюда.

- Как всегда, - хмыкнула Абби, а после улыбнулась Сарелле. Как показалось - то была попытка изобразить соблазнительную улыбку. - Твои друзья к нам не присоединяться?

- Ничего себе у тебя аппетиты, - расхохотался Шилох. Айк подхватил его смех. Сарелла покачала головой и выложила на стол серебряного оленя:

- Это за еду и питьё. Ещё мне тоже потребуется комната. На одного, если есть свободные, - добавила она после многозначительной паузы.

- Экий недотрога, - Абби фыркнула. Она наклонилась, чтобы забрать серебро так, что огромная белая грудь едва не вывалилась из лифа. Сарелла даже ощутила её дыхание на лице. - Как хочешь. Но ты знаешь, где меня можно найти, чернявенький, - она назвала её также, как и Айк при недавней встрече. Это, вопреки всему, вызвало ответную улыбку.

Абби удалилась, оставив их троих есть похлёбку. Желудок невольно сжался при виде горячей пищи, и Сарелла, стараясь не думать о том, из чего эта похлёбка сделана, принялась за еду. На вкус, как ни странно, было вполне сносно, хотя в тарелке оказалась куда больше моркови и картофеля, чем рыбы.

- Так что, - она вновь посмотрела на Шилоха, который сосредоточено сопел над тарелкой. - Кажется, пришло время поговорить о цене.

Тот, на мгновение опустив ложку, улыбнулся.

- Думаю, мои ребята не будут против. Раз уж судьба свела вас с Айком в порту...

Сарелла бы назвала эту встречу иначе, однако спорить не стала - она внимательно слушала, поскольку именно от решения этого человека, по всей видимости, зависело, как скоро она сможет покинуть Штормовые земли. Наконец Шилох произнёс, чуть прищурившись:

- Так что... если у тебя там не только олени, но и драконы, мы условимся в цене. Времена нынче суровые, драконы - звери редкие, а мне, простому рыбаку, страсть как порой не хватает чудес.

Он пристально посмотрел ей в глаза, и Сарелла выдержала этот взгляд. У неё в самом деле была не только мелочь - в подкладку одежды она припрятала пару золотых драконов, которых берегла на самый крайний случай. И, похоже, таковой настал.

- По рукам, - произнесла она.

- Мне нравится, что ты такой сговорчивый, Аллерас, приятно иметь дело с понятливыми людьми, - и Шилох протянул через стол руку для пожатия. Ладонь его оказалась тёплой, шероховатой, мозолистой - и очень сильной.

*****************

Вскоре Шилох вместе с Абби удалился наверх, Айк же, выпив ещё две кружки эля, предложил Сарелле познакомиться с остальной командой - та уже в полном составе собирались за дальними столами, со стороны которых доносился громкий смех, стук кружек и тарелок, которые подавал теперь хозяин. Судя по возрасту и кислому выражению лица, он приходился то ли отцом, то ли другим старшим родственником Абби.

Айк громогласно представил всем нового спутника, похлопал его по спине, предлагая взять стул и присесть за одним из столов. Сарелла понимала, что в таком разе утром встанет с тяжёлой головой, если вообще найдёт в себе силы подняться: несмотря на похлёбку, дрянное пиво оказалось довольно крепким, и она уже чувствовала лёгкое головокружение. К тому же сказывалась усталость от проделанного пути.

При мысли о кровати, будь там даже клопы и блохи, у неё едва не подкашивались колени.

Поэтому, пожав каждому руку, она отказалась и в качестве извинения дала трактирщику несколько медяков за выпивку своих новых друзей, что было встречено громогласными и радостными возгласами. Сейчас тех меньше всего беспокоила перспектива раннего подъёма - тёплая еда и пиво, которое здесь почему-то называли элем, сделали своё дело.

Самой Сарелле требовался только отдых, поэтому она, с трудом передвигая ноги, принялась подниматься вверх по скрипучим ступеням тёмной обшарпанной лестницы. Туда, где почти под самым чердаком, ютилось несколько разных по размеру комнат, пропахших отсыревшей древесиной, плесенью и немытым телом. Видимо, здесь предстояло переночевать всей команде Шилоха.

- Плевать, - буркнула Сарелла самой себе, почти падая на кровать. Она даже не потрудилась раздеться, лишь стащила плотную ткань, которой скрывала небольшую, но всё-таки вполне женскую грудь под одеждой. Рёбра вмиг заныли так, словно её били по ним ногами. Сарелла с упоением сделала глубокий глоток воздуха.

Ночь опускалась на небольшой городок почти бесшумно, наслаивалась густыми, глубокими тенями, в которых мелькали зажжённые факелы, тонущие в океане темноты. Из открытого окна доносился солёный запах залива, слышались далёкие голоса и убаюкивающий шум волн. Кажется, жизнь в порту с наступлением темноты не прекратилась.

Сарелла поняла, что не в силах сопротивляться сну, что уже навалился на неё. Глаза слипались от усталости, мышцы ныли. Поудобнее устроившись на жёсткой, застеленной давно не стиранным бельём кровати, она, скинув на пол грязные сапоги, позволила себе смежить веки.

Снизу, с первого этажа, всё ещё слышались взрывы весёлого смеха и стук кружек - похоже, моряки даже и не думали спать. А из-за тонкой стены доносился надрывный скрип старой кровати, которая, видимо, не разваливалась только чудом, и скрипу тому вторили влажные шлепки и раскатистые стоны и вскрики Абби. Её, видимо, совсем не волновало, что их слышит весь постоялый двор.

В ответ на особенно громкие звуки снизу каждый раз раздавался одобрительный свист и взрыв хохота. Но даже это не мешало Сарелле, различавшей всё уже почти сквозь сон. Она даже улыбнулась тому - это порождало в ней отнюдь не раздражение, а даже некое успокоение. Это позволяло ей ощутить себя среди людей, не в одиночестве и безмолвии ночного леса, и дарило обманчивое чувство защищённости.

Поэтому-то оглушительный треск двери и заставил почти подскочить на кровати. Сарелла затрясла головой, ничего не соображая спросонья. Тело молило проспать ещё по меньшей мере сутки, сознание отчаянно сопротивлялась происходящему. Однако последовавший за треском двери истерический, полный ужаса и непонимания вскрик Абби заставил окончательно проснуться.

- Кто вы такие?! Что вам нужно?! - возмутилась она. Сарелла тем временем стремительно натянула сапоги и проверила на месте ли её оружие - короткие кинжалы, всегда висевшие на поясе, она сложила на хлипкий стол. Единственное, чем была оборудована комнатушка, помимо кровати. Лук, купленный по пути, несколько оставшихся в колчане стрел.

За окном уже посерело - верный признак подступающего рассвета, однако по-прежнему было слишком темно. Моряки, которые гуляли внизу, уже, по всей видимости, тоже давно разбрелись по койкам.

- Кажется, вы ошиблись, приятели, - заметил Шилох. Послышался зловещий шелест стали, невнятная возня, чей-то полный боли вопль, а после - булькающие звуки и грохот падающего тела. Вновь крики.

- О боги! - заголосила Абби, а после снова раздался рык Шилоха и звон стали. Мужчин оказалось несколько - это было также понятно по голосам. И почти наверняка эти вопли уже перебудили всех. Сарелла, не понимая, кто это и что происходит, думала только об одном: её комната находится рядом с комнатой Шилоха, и она уже слышала чьи-то тяжёлые шаги, направляющиеся к запертой на проржавевший засов двери.

В спешке поправив оружие, она подскочила к окну, оценивая обстановку на заднем дворе. Тот был пуст, однако человеческие крики, звон стали, громкая ругань были слышны и здесь. На дверь обрушился чей-то тяжёлый сапог - та опасно затрещала. Сарелла, не став дожидаться дальнейшего развития событий, быстро вскочила на подоконник и, сгруппировавшись, спрыгнула вниз. Плащ она брать не стала - его, пусть потемневшая от грязи, но всё же слишком светлая ткань, могла бы выдать её.

Сапоги чавкнули, увязнув в густой грязи, по ногам от самых стоп прокатилась тупая боль от удара, но приземление всё же оказалось довольно удачным. Над головой раздался оглушительный треск - дверь быстро сдалась по яростным натиском неизвестных. Сарелла, недолго думая, шмыгнула в тень стоящей поблизости постройки, которая, судя по перепуганным птичьим вскрикам, шороху крыльев и неприятному запаху помёта, являлась курятником.

- Тут был ещё один! Его видели с ними! - уверял мужской басовитый голос. Обладатель его явно негодовал. И не мудрено, ведь добыча успела скрыться.

- Сбежал, - констатировал другой чуть более спокойно. - Сиганул из окна - и был таков. Наверняка он ещё где-то здесь. Я проверю. Иди проследи, чтоб остальные не сделали ноги. Если понадобится, спускайте псов.

Сарелла ощутила, как спину её обдало холодом, по коже прокатились мурашки - не хватало ещё, чтобы её травили собаками, словно дикого зверя. И что этим людям нужно? Тем временем человек с таким же проворством, как и Сарелла, выпрыгнул из окна.

Нельзя было поддаваться страху - следовало мыслить ясно. Наверняка следы её сапог виднелись в грязи, оставалось только возблагодарить ещё не отступившую темноту за то, что она их скрывала. Человек, видимо, тоже пытался что-то разглядеть, однако у него не было при себе ничего, что могло осветить землю.

И всё же он почти безошибочно двинулся в сторону курятника, из которого доносилась возня потревоженных птиц. Сарелла принялась обходить низкую постройку по кругу, поглядывая в сторону забора, которым был обнесён двор. Старый, покосившийся, как и сам постоялый двор, он наличествовал только для виду. И перемахнуть его при должной сноровке не составляло труда. Нужно было только сделать это по возможности незаметно.

Сарелла с ужасом осознала, что шаги и дыхание преследователя оказались слишком близко, словно незнакомец шёл на её запах и перемещался до этого почти бесшумно. Казалось, чья-то рука вот-вот вцепится в воротник колета и хорошенько встряхнёт. Раздумывать времени почти не оставалось. Вжавшись в стену, Сарелла вытащила из-за ремня один из метательных ножей, потому что целиться и стрелять из лука казалось бессмысленным. Всмотревшись во тьму, она почти ничего не различила, разве что...

Преследователя выдал то ли блик, скользнувший по металлической заклёпке, то ли блеск глаз - сказать было сложно, но Сарелла, особенно не задумываясь о том, швырнула нож. Тот, кувыркаясь в воздухе, во что-то с хрустом вонзился, после чего раздался вскрик, в котором удивления оказалось куда больше, чем боли. Это и послужило сигналом - Сарелла рывком оттолкнулась от стены, в несколько шагов преодолевая расстояние, отделявшее её от старого забора.

- Стой, урод! - раздался полный ярости вопль. Если она и ранила того человека, то уж точно не смертельно. И всё же Сарелла надеялась, что ранение не позволит ему продолжить преследование.

Она ошиблась.

Громкий треск напугал её, однако быстро пришло понимание - это всего лишь колет, зацепившись за забор, порвался. Несколько заклёпок отлетело из-за натяжения, едва ли не наполовину обнажая грудь. Сарелла, не особо о том беспокоясь, нырнула в колючие кусты, чувствуя, как те оставляют на коже царапины. Со стороны постоялого двора уже доносился целый сонм взволнованных и неистовых голосов. Тут и там вспыхивали, словно звёзды, факелы. Слышался лай собак и неразборчивые команды.

- Стой, шлюхин сын! - возглас ударил в спину, и Сарелла пожалела о том, что не прицелилась как следует или не рискнула воспользоваться луком. Попади она в глаз, у этого мудака не оставалось бы и шанса броситься следом - и, возможно, его приятели не смогли бы её отыскать. Она с горечью подумала о Смерче, так и оставшемся в стойле - с ним шансы скрыться были бы куда как больше.

Ноги скользили по грязи, преследователь немного отстал, но расслабляться было слишком рано. Хотя это позволило немного перевести дух и вытащить из-за спины лук, который, как Сарелла надеялась, сможет использовать. Стрела легла на тетиву. Впотьмах, почти не разбирая дороги, она выскочила на узкую каменистую тропинку. Сарелла старалась двигаться бесшумно, пригибаясь к земле и идя на полусогнутых.

Оглянувшись по сторонам, как загнанное животное, она различила вдалеке смутные очертания горных хребтов, устремлявшиеся к почти ставшему светлым небу. Серый рассвет прорезал ночные сумерки, делая Сареллу видимой для преследователей. Всё ещё не понимая, кто они и зачем пришли, она, недолго думая, свернула в сторону утёсов, скользя подошвами сапог по камням и с трудом сохраняя равновесие с зажатым в руках луком.

Взобравшись на небольшой выступ, она позволила себе оглянуться. Обеспокоенный мир был полон звуков, к ней с разных сторон устремилось несколько теней - люди. Почему-то больше всего её пугали не их настойчивость в преследовании, и даже не то, что их было несколько и цели их оставались неизвестны. А их молчаливость. Лишь звук шагов и дыхания говорили о том, что перед ней именно человеческие существа.

Больше не позволив себе тратить ни мгновения на страх, сомнения или мысли, Сарелла спустила стрелу с тетивы. Едва слышное гудение, тихий свист - и стальной наконечник с характерным звуком вонзился в чей-то лоб. Убитый не успел даже вскрикнуть. В другого полетел один из метательных ножей. Сверкая, тот ударился в грудь, но отскочил с металлическим треском - под плащом оказался панцирь.

- Ах ты выблядок! - голос одного из тех, кто подоспел на помощь своему дружку со стороны порта. Только сейчас, кажется, они поняли, что кое-кто уже мёртв. - Не дайте ему уйти!

Сарелла, больше не оглядываясь убрав лук, принялась вскарабкиваться по камням, даже толком не зная, куда бежит, чувствуя только, как лук колотит её по спине и как шуршит почти пустой колчан. Всё, о чём она думала - избавиться от погони, а там уже решать, куда идти и как быть дальше. Главное, чтобы впереди не оказалось тупика.

Резко развернувшись, но только не глядя, не желая, чтобы пальцы единственной удерживающей её руки соскользнули, Сарелла метнула ещё один нож, на сей раз угодив другому человеку аккурат в ногу. Крик боли вперемешку с ругательствами вызвал улыбку. Короткое замешательство остальных - один из которых, как предполагала Сарелла, был ранен ею чуть ранее у постоялого двора - позволило наконец добраться до более пологого места, встать в полный рост и побежать по крошащимся под ногами камням.

- Стой! Стой! - бесполезные оклики летели в спину.

«Хрен вам», - подумала Сарелла, но не стала тратить драгоценное дыхание, чтобы ответить. Дочь Оберина Мартелла не собиралась сдаваться так легко, особенно, когда появился призрачный шанс уйти от погони. В конце концов, не так давно - и то же время почти вечность назад - ей удалось незамеченной выбраться из Красного Замка и добраться до Солнечного Копья, неужели теперь она позволит поймать себя заставшим её врасплох?

С громким лаем пёс выскочил на неё из-за камней, повалил на землю, клацая зубами у самого лица и прижимая лапами к земле. Она даже вскрикнуть не успела - настолько неожиданной оказалась эта встреча, словно животное выскочило из неоткуда.

Псы вместе с другим человеком явились с другой стороны утёса - похоже, за грудой камней находилась ещё одна дорога, спустившаяся вниз и позволившая окружить Сареллу, которая слишком рано обрадовалась своему спасению.

Кем бы ни были ночные налётчики, они явно надеялись на более крупную добычу. Так что перемазанная в грязи и исцарапанная Сарелла оказалась явно не тем кушем, на который они рассчитывали. Однако в тот момент она только и могла, что дотянуться до очередного ножа, который через мгновение вонзился в глотку здоровенного пса. Горячая кровь хлынула на лицо, пёс жалобно заскулил, заваливаясь на неё, но при этом продолжая клацать зубами.

- Сука! - хозяин пса, оказавшийся рядом, рывком стащил с Сареллы бившееся в предсмертной агонии животное и, не дав той толком подняться, ударил её сапогом в живот. - Лежи спокойно!

Следующий удар пришёлся по руке, снова потянувшийся было к оружию, от боли перед глазами потемнело, Сарелла, сама того не сознавая, коротко заскулила. Кажется, поспели остальные, потому что потом удары градом обрушились на неё. Рядом с людьми метались, явно желая присоединиться, другие псы. Сарелла отчётливо услышала, как хрустнул её лук.

Она предприняла ещё одну попытку подняться. Кто-то вцепился ей в волосы, однако она, сама не понимая, как, умудрилась извернуться и с отчаянной силой впиться зубами в чьё-то запястье.

- Зараза! Кусается! - от удара по лицу рот моментально наполнился кровью. От следующего удара лицо онемело. Кажется, по правой стороне лица разлилась гематома, которая мешала даже открыть глаз. И всё же Сарелла, несмотря ни на что, по-прежнему не желала сдаваться, пытаясь слабо брыкаться и вырываться, хотя уже понимала, что это бесполезно.

Ещё один удар по лицу наотмашь. Голова мотнулась в сторону. По подбородку стекала слюна вперемешку с кровью. Сарелла яростно сплюнула.

- Ну-ка хорош, убьём его, потом ничего не сможет рассказать про своих разбойничков. Но, кажется, больше желания метать ножи у него нет, - проговорил чей-то голос. Его обладатель явно запыхался. Сарелла ощущала себя в чужих руках тряпичной куклой, ноги казались ватными. Чужая пятерня всё же вцепилась в волосы, вынуждая вскинуть голову. Только тогда её преследователи, похоже, и разглядели окончательно обнажившуюся в пылу драки и погони грудь.

- Ба! Да это ж девка! - воскликнул другой человек. Видимо, это произвело на них немалое впечатление. - Я-то думал...

Сарелла улыбнулась - должно быть, улыбка на окровавленных губах выглядела жутковато.

- Столько мужиков потребовалось, чтобы одну девку схватить, а? - голос звучал, словно чужой. - Посмешища.

- Она меня укусила. До крови.

Раздался хриплый смех:

- Ну, надейся, что зубы у неё не ядовитые. Следовало бы выбить их все.

Кто-то с силой сжал Сареллу за щёки, вынуждая посмотреть себе в глаза. Она увидела грубое, плоское лицо незнакомца, который щербато ухмылялся, разглядывая её:

- Так что, стоит нам выбить тебе зубы? - Сарелла промолчала. - Судя по выговору, змейка к нам выползла прямиком из дорнийских песков.

На этот раз Сарелла едва не вздрогнула, однако даже в её плохо соображающей голове мелькнула здравая мысль о том, что они лишь догадываются о её происхождении, а ни как не о том, кто был её отцом. Дорнийка... да мало ли на свете дорниек.

- Хватит уже с ней лясы точить, - рявкнул кто-то ещё. - Сиськи не помешали ей метать ножи и пытаться нас убить. Тащи её к остальным.

Последовал неожиданный, но сильный и оглушающий удар по голове. Сарелла покачнулась, заваливаясь, однако её подхватили и поволокли куда-то, туман в голове и тупая боль не позволяли понять, в каком направлении. Но, похоже, они возвращались обратно - то ли в постоялый двор, то ли к гавани. Сарелла сознавала, что вот-вот потеряет сознание. Кажется, ей всё-таки выбили парочку зубов, но это было мелочью по сравнению со всей ситуацией.

- Тяжёлая же, - пожаловался нёсший её мужчина.

- Где остальные? - последовал вопрос. Сарелла, борясь с подступающей темнотой, силилась понять своё местонахождение. Судя по усилившемуся запаху воды и шуму, действительно где-то рядом с гаванью. Несмотря на взошедшее солнце, факелы ещё горели, и псы надсадно лаяли. Вокруг сгрудились тени. Сареллу, словно куль с дерьмом, швырнули в какую-то повозку и, скрутив руки, принялись связывать их за спиной. Она бессознательно заскулила от боли, за что получила тычок коленом между лопаток.

- ...или чёрт знает куда, но до Речных земель уж точно не доберутся, - снова донеслись до неё обрывки разговора, - надеюсь, к утру удастся их всех изловить.

- Бросили своих?

- Разбойники и контрабандисты, что с них взять.

Сарелла окончательно потеряла нить происходящего, и различала только отдельные слова, смысл которых не доходил до её сознания и казалось, что в ушах у неё полным-полно ваты. Ей хотелось спать. Хотелось попасть туда, где не было боли - и этих людей. Куда-нибудь далеко.

Телега, в которую уложили Сареллу, заскрипела и двинулась в неизвестном направлении.

- А с этой что случилось?

- Учили достойному поведению. Кто ж ожидал, что это баба и что будет так драться. Может быть, сможет рассказать что-нибудь интересное про своих дружков. Нам за такое причитается...

- Едва ли. Во всяком случае, нескоро она заговорит.

- Посмотрим. Думаю, лорду Рональду удастся что-нибудь из неё вытянуть...

Сарелла позволила себе не слушать дальше, позволила себе раствориться в гулкой темноте, пришедшей вопреки рассвету, словно время повернуло вспять. Поэтому она была почти уверена, что следующая - и последняя - услышанная ею перед обмороком фраза являлась лишь частью подступающего кошмара.

- Или новому приемнику старого мейстера... Слыхал ли? Прислали недоучку из Цитадели. Видимо, в насмешку над очередным бастардом, - короткий, ехидный смешок. - Говорят, что это Лео Тирелл, и у него пока нет даже цепи...

- Кажется, теперь это необязательное условие.

Лео Тирелл, которому прежде Конклав запретил покидать даже пределы Цитадели. Лео Тирелл, которому и мейстер Марвин посоветовал следовать этому указанию, впрочем, не запрещая тайком навещать бордели и трактиры. Поэтому сказанное просто не могло быть правдой.

«О боги! Лео Ленивец?! Какого дьявола происходит...» - мысль оборвалась на середине, вместе с сознанием соскальзывая во мрак.