10
Лёша стоял у её двери, сжимая в руках огромный букет — 101 белую розу. Те самые, о которых она вскользь упомянула всего один раз за все месяцы их общения, но он запомнил. Он до боли в костяшках стучал в дверь, молясь про себя, чтобы она не послала его сразу.
Замки щелкнули, и дверь медленно открылась. На пороге стояла Тая. Её лицо было опухшим, глаза — ярко-красными от слёз. У Лёши внутри всё сжалось: осознание того, что эта сильная девочка плачет из-за его тупости, ударило сильнее любого хейта в сети.
— Зачем ты приехал? — сухо, почти безжизненно спросила она.
— Тась... я просто конченый мудак, — начал он, и голос его дрожал. — Я испугался, что если скажу правду, то обижу тебя или ты что-то не то подумаешь. Но лучше бы я сразу сказал правду и обидел, чем так... Я не хотел этой лжи, просто запутался. Прости меня, пожалуйста. Я больше никогда в жизни тебе не совру, клянусь.
Он протянул ей цветы. Тая посмотрела на белые бутоны, потом на него. Ей не хотелось устраивать разборки в подъезде, чтобы соседи завтра обсуждали «звёздный скандал», поэтому она просто отошла в сторону, пропуская его.
— Заходи.
Она забрала букет, молча отнесла его на кухню, поставила в вазу и вернулась в зал, где Лёша замер посреди комнаты. В этот момент вся обида, которая копилась неделю, просто вырвалась наружу. Тая снова зарыдала — злая на саму себя, думая: «Да что ж я постоянно плачу, как Луна в своих стримах».
— Ты хоть понимаешь, что ты сделал?! — закричала она, срываясь на ультразвук. — Я тебе доверяла! Я думала, мы реально близкие люди!
Лёша стоял и молча слушал. Он понимал: пусть лучше она сейчас выорет на него всё, что накопилось, пусть обложит матами, чем будет это ледяное молчание.
— Кто это был? — сквозь слёзы выпалила Тая. — Что за дама, ради которой надо было так виртуозно пиздеть мне про работу?
Лёша выдохнул, опустив голову.
— Это была моя бывшая. Мы просто встретились поговорить, закрыть старые гештальты...
Тая замерла. Она смотрела на него и просто ахуевала.
— Бывшая? Ты серьёзно? — её голос задрожал от новой волны ярости. — Какого хуя я тебя несколько месяцев «откачивала» после вашего расставания? Я слушала твоё нытьё, вытаскивала тебя из депрессии, тратила свои нервы, чтобы ты потом пошёл с ней гулять за ручку? Ты серьёзно?! Ну правильно, пошла я нахуй. Уходи. Просто уходи, я хочу побыть одна!
— Тась, давай успокоимся, это просто эмоции... — начал Лёша, пытаясь подойти ближе.
— Никаких «успокоимся»! — она почти за шкирку потащила его к выходу. — Сейчас — только одна. Выметайся!
Она буквально вытолкнула его за дверь и закрыла её на все замки. Ей нужно было тишина, чтобы всё это переварить и не наговорить того, о чём пожалеет.
Лёша спустился вниз, сел в сашину машину и ударил по рулю. Он не мог так уехать. Достав телефон, он быстро набрал сообщение:
Koreshzy: «Я не уеду. Буду сидеть в машине под твоим подъездом, пока мы не поговорим нормально, без криков. Я сегодня отсюда не двинусь».
Прошло полчаса. Тая сидела на полу в кухне, глядя на белые розы. Гнев понемногу уступал место пустоте и усталости. Увидев сообщение, она тяжело вздохнула. В девять вечера прилетела ответка:
Tase4ka: «Поднимайся. Если ещё не уехал».
Лёша буквально взлетел на этаж. Зайдя в квартиру, он сразу прошёл на кухню — знал, что она там. Они просидели за столом два часа. Без криков, без обвинений. Они просто «базарили» обо всём, что накопилось за эти месяцы, выясняли каждый недосказанный момент. В итоге, после долгих споров и признаний, они нашли компромисс.
— Больше без секретов? — тихо спросил Лёша, протягивая ей руку.
— Больше без секретов, — кивнула Тая, наконец-то улыбнувшись.
Они решили, что нужно успокоить аудиторию, которая уже вовсю хоронила их дружбу. Лёша достал телефон и включил запись кружка в Телеграм.
— Ребят, йоу, — Лёша приобнял Таю, притягивая её в кадр. — Короче, мы помирились, всё гуд. Выдыхайте. Продолжайте делать свои эдиты, нам по кайфу, — он перевёл камеру на Таю.
Девушка, хоть и со следами недавних слёз, искренне улыбнулась.
— Да, ребят, мы всё обсудили, поговорили. Теперь всё норм. Всем спасибо за поддержку, — сказала она, и Лёша отправил кружок в канал.
Этой ночью они оба наконец-то уснули спокойно. Конфликт был исчерпан, а доверие — хоть и со шрамами — начало восстанавливаться.
еще не конец если что;))