Глава 7. Что от меня скрывают?
Солнышко ярко освещает комнату, слышу щебетание птичек, чувствую прохладный ветерок. Какое прекрасное утро. О, да, кажется, сегодня Рената добрая. Редкий случай за последнее время. Даже самой как-то стыдно. Может мне изменится? Но как?
Я встаю с кровати и тут же понимаю, что рядом нет моей любимой блондинки. Бедная София, она же так не любит болеть. Да и мне одиноко без неё. Нет какой-то опоры и поддержки.
Не хочу оставаться в одиночестве и поэтому отправилась на поиски собеседника. Хожу по коридорам, заворачиваю в разные углы. Никого нет, видимо все ещё спят, а я одна сегодня раняя пташка.
Неожиданно врезалась в кого-то, от чего у того вылетели какие-то книги из рук. Я стою и потираю ладошкой лоб, где напрашивается большая шишка. Поднимаю глаза на столкновителя и сразу же попыталась сделать милые глазки. Только они мне сейчас помогут.
-Татьяна Васильевна, простите, я не специально.
-Рената? Будь внимательней, пожалуйста. Чего не спишь то? - Сказала воспитательница, а я присела собирать всё в стопки.
-Мне на спится почему-то. А что это за книжки?
-Старинная литература. Хотела выставить в нашу библиотеку. Поможешь?
***
Битый час я ставлю книги по полочкам. Кажется, у меня уже аллергия на пыль. Я даже пропустила сегодняшний завтрак, и мой живот урчит пуще прежнего.
-Татьяна Васильевна, мне же скоро придётся покинуть детский дом? - Спросила я с долью грусти, при этом, сдувая очередную пыль с книги.
-Да, милая. После твоего совершеннолетия тебе придётся жить уже самостоятельно.
-Не хочется даже думать как-то об этом. Но мысли сами навеивают в мою голову.
Я посмотрела на воспитательницу, она о чем-то задумалась и чуть ли слезы не пустила. Но потом глубоко вздохнула и подошла ко мне. У меня сложилось ощущение, что она что-то скрывает от меня, и ей так и хочется выговорится.
-Мы славно поработали, Ната. Благодарна тебе за помощь. А сейчас пойдём, я накормлю тебя. Или ты не хочешь есть?
-Если честно, то очень хочу. - Сказала я и стала улыбаться до ушей. Сейчас не хотелось ни о чем расспрашивать её.
И уже через 15 минут я пыталась отдышаться. Татьяна Васильевна накормила меня, наверное, на целый год. Угостила меня самой вкусной курицей и всем, чем только можно. Почему нас не кормят так в столовке?
-Куда ж я так объелась то? Совсем толстой буду... Распускаете Вы меня.
-Не смеши, худышка. Мне тебя ещё откармливать и откармливать.
-А можно вопрос? - Сказала я, а моя почтительная воспитательница тихо кивнула. -Я никогда не интересовалась своими родителями. Кто они? И как я попала сюда?
Я стала кусать до крови свои губы и сжала своё порезанное запястье. Мне было страшно что-то слышать из уст Татьяны Васильевны. Больно понимать, что прошлого у меня даже нет. И нет тех, кто подарил мне эту сложную штуку - жизнь. Моя собеседница опустила голову и замотала в разные стороны.
-Прости меня, Рената, но я не могу пока рассказать тебе всё на эту тему. Придёт время и мы обязательно поговорим. Только не торопи это время, тебе нужно подготовится морально. Этот год сложный для тебя. А сейчас оставь меня, пожалуйста.
Я остолбенела. Теперь мне точно кажется, что от меня что-то скрыто очень важное. Но что это? И как об этом узнать?
Без единого слова и звука я покинула комнату. Зачем о чем-то спорить или что-то доказывать? Я должна уступить. Всё-таки, ближе Татьяны Васильевны у меня никого нет. И когда придёт так называемое ей нужное время, тогда и поговорим. Но чую, что моя любопытность зашкаливает.
***
Редко у нас проходят уроки вокала. Мы поем песни, изучаем композиторов. И сейчас нам устроили такое занятие. Знаете, а это даже интересно. Познавать такое искусство очень даже занимательно. А когда нам позволяют петь сольно, как, например, сейчас, то мои мысли улетучиваются, и я погружаюсь в этот прекрасный мир Музыки.
-Эй, Рената, ты петь собираешься? - Спрашивает меня женщина. Кажется, она одна из новеньких воспитательниц.
Ломаться я не стала. Редко ведь, когда позволяют излить свою душу через песню на микрофон для всего дома.
Встав на так предполагаемую сцену, я аккуратно обхватила микрофон. Зазвучала музыка. Я опустила голову вниз. Нет, я не буду унижена. Просто надо выдохнуть. Много чего накопилось глубоко во мне. Выдохни, Ната, выдохни...
-Зачем кричать, когда никто не слышит, о чём мы говорим?
Мне кажется, что мы давно не живы - зажглись и потихоньку догорим...
Когда нас много начинается пожар
И города похожи на крематорий и базар
И все привыкли ничего не замечать...
Когда тебя не слышат, для чего кричать?
Мы можем помолчать,
Мы можем петь.
Стоять или бежать,
Но все равно гореть.
Огромный синий кит
Порвать не может сеть.
Сдаваться или нет,
Но всё равно гореть!
И снова небо замыкает на себя слова и провода
И снова с неба проливаются на нас ответы и вода
И если ты вдруг начал что-то понимать
И от прозрений захотелось заорать
Давай, кричи! Но тебя могут не понять -
Никто из них не хочет ничего менять...
Я поднимаю глаза на "зрителей". Все в шоке смотрели на меня, а чего им надо? Опять эта жалость. Не опять, а снова. Да-да. Черт, а со мной то что? Я чувствую, как колит глаза. Слезы резко полились ручьями. Тут же я замечаю в проходе Киоссе.Что он тут делает и как долго?
Зачем? За что? Почему? Хватит!