chapter five
20 Марта 2005 Год
Louis
- С Днём Рождения, Кэти! С Днём Рождения тебя!
Мы с Лиамом пели вместе, заставляя Кейт широко улыбнуться. Она задувает две свечи, с цифрами '1' и '0', а Лиам и я хлопаем, подбадривая.
- Как чувствуешь себя в десятичных цифрах?
Лиам заставляет нас захихикать. Но звонок в дверь нарушает всю идилию. Парень поднимает палец вверх, подавая знак, что он откроет.
- Ты стала такой большой, глупышка.
Я сжимаю дочурку в крепких отцовских объятиях, желая вернуться в те дни, когда она беззаботно бегала по лужайке и заливалась в смехе.
- Я хочу, чтобы ты никогда не взрослела, - шепчу я ей, нежно целуя в макушку. - Давай поедим твой торт, да?
- Папа? У меня может быть парень на День Рождения?
Я начинаю громко смеяться, откинув голову назад. Но Кэти это похоже разозлило.
- Это не смешно! Когда у меня появится парень?!
- Пока не стукнет восемьдесят три.
Я продолжал смеяться, но при мысли о бойфренде, внутри все леденело. Я знаю, что у неё будет много мальчиков, и я также знаю, что будет много горя и слез, и мне придётся держать свой пистолет на готове.
- Так не честно!
- Девочка, кто тебе нравится в твоём классе? Все эти мальчишки противные, большинство из них до сих пор едят свои сопли.
Я подхожу обратно к столу с ножом, чтобы разрезать торт, кладя Кэти небольшой кусочек, Лиаму среднего размера, и самый большой для меня.
- Но не Закарий! - ой, кажется кто-то выдал свою тайну.
- Ах! Почему ты не сказала мне раньше, не могу поверить, что я пропустил свадьбу!
Кэти стонет, доедая торт в смущении. Я смеюсь и смотрю на Лиама в коридоре, который подзывает меня к себе. Я вижу письмо в руках парня, а его лицо, полно паники и гнева.
- Что блять с тобой?
Он указывает на письмо, на котором написано: "Луи Томлинсону от Гарри Стайлса".
- Нет, - я швыряю идиотский конверт в Лиама.
- Луи, да ладно, это было так давно. Почему ты не може-, - начинает парень, заставляя меня прочитать письмо, но я сделаю это только в аду.
- Остановись. Все кончено. Выбрось его.
Я пытаюсь возвратиться обратно на кухню, чтобы насладиться Днём Рождения дочери без каких-либо неприятностей, но меня снова останавливают.
- Луи.
- Прекрати это хорошо! Мне насрать, что он хочет связаться со мной! Это было больше, чем десять грёбаных лет назад! Я не нужен ему, он нам не нужен! Всё, что он блять делает, так это обманывает всех, чтобы заставить делать то, что он хочет, но я знаю его Лиам, он будет только брать и брать, а потом уйдёт! Моя дочь не нуждается в нем, а я не хочу, чтобы случилось то, что мне пришлось пережить, и я не думаю, что смогу вынести это ещё раз...
На последних словах я начинаю рыдать, падая на пол и хватая ртом воздух. Я клялся, что никогда не буду плакать из-за него, но посмотрите на меня сейчас. Эта ситуация тянет меня на дно, из которого я выбрался десять лет назад.
Лиам держит меня, воркуя надо мной, чтобы успокоить, но становится только хуже. Я вижу, как Кэти медленно входит в коридор, где сижу я, беспокойство выражено на её личике.
- Папочка, что случилось?
- Все нормально. Папочке просто немного грустно. Принцесса, беги, заканчивай кушать торт, - Лиам пытается заверить её, что все хорошо, но я останавливаю его.
- Лиам, нет. Пора бы ей узнать...
Парень кивает, садясь рядом со мной, нежно поглаживая спину. Я посадил Кейт рядом с собой и сделал глубокий вдох.
- Кэти, ты знаешь, что у большинства людей есть мама и папа? Ну, мы никогда не были такими. Ты знаешь только меня, папочку. Но есть кто-то ещё.
- Мама? - невинно спрашивает девочка, склонив голову на бок.
- Нет. У тебя был папа. Он был здесь, когда ты была маленькой крошкой и даже не могла ходить. Но потом он решил, что хочет уйти, да так и сделал. Он оставил нас, и мне было очень грустно, но я перестал быть грустным для тебя. Я хотел, чтобы ты была самой счастливой девочкой во всем мире, поэтому я работал очень усердно для тебя, и тогда Лиам пришёл и помог нам, и теперь я боюсь, девочка. Твой папа хочет поговорить со мной, поэтому мне снова грустно.
На некоторое время над нами нависает тишина. Кэти задумчиво потирает носик.
- Так, папа ушёл, потому что он не любил меня?
- Нет, детка. Никогда не думай так. Твой папа потерял мир, когда покинул нас.
- Хорошо. Не разговаривай с ним, если он такой, ладно?
- Кэти, он не это имел в виду. Он просто запутался, не знал чего хотел, поэтому ушёл. Он никогда не хотел, чтобы папочка или ты ненавидели его, хорошо?
- Хорошо. Мы можем съесть торт?!
Мы с Лиамом смеёмся.
- Да. Вы идите, я скоро буду там, ладно?
И они оба убегают, смеясь и хихикая. Я вздыхаю, беру письмо с пола и сажусь на ступеньки, медленно открывая конверт. Бумаги, исписанные каракулями, его почерк не изменился, по-прежнему грязный. Я делаю глубокий вдох, прежде чем начать читать то, что изменит меня.
Дорогой Луи,
Привет, малыш.
Господи, он отвратителен. Как он смеет ещё называть меня этим прозвищем, которое заставляло моё сердце трепетать, а колени подкашиваться.
Прошло безумное количество времени, и я знаю, что ты ненавидишь меня всем своим существом, и это нормально. Я знаю, что не могу просто вернуться в вашу жизнь, сказать «извини» и ожидать, что все будет хорошо, потому что это не так. Но сегодня десятый День Рождения нашей дочери, Луи. Прошло уже десять лет с тех пор, как мы виделись и говорили в последний раз.
Помнишь искру, Луи? Эту искру, которая вызывала пожары в наших сердцах, когда мы были рядом друг с другом? Я думал, что это пройдёт, когда я уйду, но глубокое чувство внутри меня, которое душит и мешает. Тогда я понял, что она все ещё там, отчаянно желает разжигать огонь снова. И если это во мне, Луи, то я уверен, что всё ещё в тебе.
Я хочу быть с тобой снова. Я хочу, чтобы мы были счастливой семьей, и я хочу показать тебе, что изменился. Я не такой глупый подросток, который не знал, чего хотел. Теперь я взрослый человек, который уверен в том, чего хочет и в чем нуждается. Ты мне нужен, Луи. Мне нужна Кэти.
Пожалуйста, ответь в ближайшее время.
От человека, который все ещё любит тебя всем своим сердцем и существом,
Гарри.
Я прослезился в конце письма. Никогда в жизни я не чувствовал столько чувств за один раз, даже когда он покинул нас. Он прав. Искра внутри меня, но только от злости и ненависти. Я абсолютно не готов говорить с ним, а тем более видеть. Кажется, что он готов ждать, но тогда, маленький голос внутри моей головы говорит мне, что стоит сжечь это письмо и больше не вспоминать о нем. Но тут, блять, моё сердце бьётся так быстро при одном звучании его имени на губах. Так начинается борьба, от которой зависит моя дальнейшая жизнь.
Разум или сердце?