Глава 23
Темная сцена возвышалась немного над толпой, которая гудела, словно разозленный рой, вызывающий любимую группу, чтобы та наконец-то начала свое шоу. Через несколько минут, когда толпа начала усиливать свой гул, переходя на разъяренный крик, прожекторы полностью осветили сцену так, чтобы были видны несколько силуэтов в разных позах, которые стояли, словно манекены с инструментами в руках, при этом даже не шевелясь. Наконец вокалист группы поднял вверх праву руку, которую медленно сжал в кулак, после чего один из прожекторов осветил его. Толпа замолчала, все, как один принялись выдерживать мертвую тишину, стараясь даже не дышать в ожидании первого аккорда гитары.
Вскоре вокалист поднес к губам микрофон, в свете прожектора показалась его улыбка, которая одновременно очаровывала и вызывала некое бунтарство в душе каждого, заставляя сердце бешено колотится. Странно, музыка еще не играла, а сердечный ритм предвкушал заранее ритм барабанов.
- Вы готовы сучьи дети? – прокричал хриплым голосом вокалист, после чего направил микрофон в сторону толпы.
- ДА! – прокричала толпа в один голос.
Вокалист кивнул ударнику, после чего тот принялся задавать ритм для первой песни и, как только ритм его усилился и послышались громкие звуки «рабочего» барабана, гитарист подпрыгнул немного в воздух с гитарой, произведя первый аккорд, который одновременно прозвучал в выстрелом громких хлопушек и языками пламени, сопровождаемыми небольшими искрами. Музыка громким эхом начала раздаваться по огромному концертному залу, заводя толпу, которая подобно загипнотизированным зомби дергала головами и прыгала в такт сумасшедшей музыке.
Аккорд за аккордом, песня за песней, в зале становилось невероятно душно, как в чистилище, толпа прыгала и бесилась, словно адские черти, кто-то уже не мог выдавать заряд эмоций и просто стоял в сторонке, кто-то не поделив место принялся драться и толкаться, доказывая насилием свою правоту, кто-то пытался забраться на сцену, минуя грозное оцепление охранников, но тут же был оттолкнут обратно в общую кучу фанатов. Иными словами, в концертном зале кипела жизнь. Нет, не та жизнь, что мы видим постоянно на улице – это была другая жизнь сумасшедшая и безудержная, жизнь, в которой каждый чувствовал себя свободным, не загоняя свою личность в определенные рамки, был самим собой, не стесняясь и не боясь. Казалось бы, все люди собранные в одном месте были разными, разная внешность, разные предпочтения в еде и одежде, разные взгляды на жизнь, но их объединяла тяга к прекрасному, тяга к искусству, к музыке – все это их делало одной большой и бешеной семьей.
- Ну как тебе музыка? – спросила Джессика, получая безудержное удовольствие, улавливая каждую ноту частицей своей души.
- Я не люблю такую... - пытаясь перекричать толпу, ответила Рэйчел, но ее слова не были услышаны.
- Знаешь, что? – спросила Джессика, - порули пока ты, а я сгоняю на сцену, всегда мечтала побывать там, взглянуть на толпу глазами музыкантов, все-таки у нашей ситуации есть плюсы! – Джессика улыбнулась, после чего прикоснулась рукой к душе Рэйчел и они поменялись местами.
Рэйчел немного пошатнулась, тут же ее толкнул, какой-то тучный парень с большим хаером на голове, заставив потерять немного равновесия, но все же не повалил на пол. Рэйчел чувствовала себя не совсем уютно во всем этом неуравновешенном окружении, заминалась, пыталась уворачиваться от бесконечных толчков локтями и корпусами тел, поглаживая при этом правой рукой предплечье, тем самым успокаивая себя. Джессика же в это время на всех парах неслась к сцене, пробегая прямо сквозь фанатов, вызывая у них легкий холодок по телу.
Вот и сцена, в два прыжка Джессика забралась на нее, после чего сделала огромную улыбку, словно увидела смысл своей жизни, подошла сначала к вокалисту, принявшись рассматривать его с ног до головы, потом подошла к гитаристу, наблюдая за тем, как он быстрыми движениями пальцев перебирает струны, исполняя сложное соло, используя все технические для этого приемы. Потом Джессика подбежала к краю сцены, и начала кривляться, показывая Рэйчел, как ей сейчас хорошо. Джессика напоминала маленького, непоседливого ребенка, который хочет быть замеченным, но увы, этому не суждено было случится.
Вскоре вокалист закончил исполнение песни, после чего, тяжело дыша, озвучил последний трек, вызвав у толпы небольшое разочарование, потом скомандовал ударнику отстукивать ритм, который вскоре подхватил гитарист. Музыка раздавалась по всей площади, местами заглушенная криками людей, но как только раздавался тяжелый «квинт» аккорд, толпа тут же замолкала и начинала в тишине слушать чарующую песню, которая явно отличалась от всего остального репертуара группы.
Неудивительно, что эта песня понравилась даже Рэйчел, которая перестала чувствовать дискомфорт, а напротив немного расслабилась, слегка улыбнулась, подтанцовывая в такт музыки.
Вокалист наклонил в свою сторону стойку с микрофоном, пропел куплет, после чего прозвучал небольшой проигрыш музыки и принялся петь припев, который Джессика решила пропеть вместе с ним. Тут же со всех сторон раздался оглушительный скрип и скрежет из расположенных по залу динамиков, который заставил всех собравшихся людей заткнуть уши и зажмурить глазу, немного присев и корчась от режущего барабанные перепонки писка. Музыканты также перестали играть музыку и принялись затыкать уши, обслуживающий персонал оборудования тут же бросился, превозмогая неприятный звон в ушах отключать аппаратуру, дабы толпа не начала все крушить. Джессика стояла с напуганным взглядом быстро вертя головой, не понимая, что произошло, в толпе она увидела Рэйчел, которая стояла спокойно, словно не слышала всего этого безобразного звука, словно этот звук доступен лишь смертным. Но тогда кто они?
Вскоре свет начал меркать, сначала прожекторы переливались разными цветами, потом и вовсе принялись быстро моргать, постепенно перегорев один за другим. Вся эта картина должна была вызвать удивление у всех присутствующих, но создавалось ощущение, что все это они не видят, будто все вокруг осталось неизменным и неудобство доставляет лишь скрежет в ушах. Все вокруг, густым туманом заполняла тьма, которая стелилась плавно, сначала медленно, потом разрастаясь, принимала объем, заполняя каждый угол, при этом, закрывая своим черным «телом» каждого человека, находящегося в зале, но почему-то огибая Рэйчел и Джессику, словно у них был иммунитет.
Джессика резко спрыгнула со сцены и быстрым шагом направилась в сторону Рэйчел, взгляд ее был потерян и напуган, казалось, что это все один сплошной страшный сон, так красиво начавшийся.
- Что... Что происходит? – пыталась прокричать Рэйчел, но прозвучала лишь тишина, словно девушки находятся в вакууме.
Джессика сделала лицо, будто ничего не поняла, после чего продолжила движение в сторону Рэйчел. Каждый новый шаг давался девушке все труднее, словно отталкивая ее, создавалось ощущение, что девушка плывет в черной реке против течения.
До Рэйчел оставалось несколько шагов, почти все, еще чуть-чуть и можно вместе покинуть это место, выбежать на улицу... Но внезапно, прямо по середине между девушками, из темного тумана вылезла та незнакомка в черных одеждах, которая до этого, несколько дней назад, разговаривала с Рэйчел, проговаривая свои условия.
- В одном теле – одна душа, не более! – грозным, громким голосом, который эхом раздавался вокруг, немного разрезая тьму, произнесла девушка.
Джессика попыталась продолжить движение, но шла на месте, как будто в лицо ей дул сильный ураганный ветер, который вот-вот откинет ее назад к сцене.
- Я дала вам время, чтобы подумать! Кто пойдет со мной? – еще громче сказала девушка, после чего сначала кинула взгляд на Джессику, потом на Рэйчел.
- Мы еще не решили, дай нам время, дай нам шанс определится, кому этот мир нужнее! – в ответ проговорила Рэйчел.
- У вас было достаточно времени!
- Нам нужно еще немного, как только мы решим, кому важнее жизнь, мы позовем тебя! – немного задыхаясь, словно от нехватки воздуха произнесла Рэйел.
Девушка в черном еще несколько раз окинула взглядом девушек, после чего тьма вошла в нее, причем очень резко, а потом, ничего, не сказав, девушка испарилась в воздухе, оставив после себя небольшой клубок черного дыма.
Время вновь пошло, люди убирали от ушей руки, колонки перестали фонить и трещать, словно ничего и не было. Джессика и Рэйчел наконец-то встретились, после чего поспешили на выход из зала, огибая спешно каждого, попавшегося на пути человека.
Вскоре девушки уже вышли в холл, немного отдышались.
- Кто это черт возьми была? – в страхе спросила Джессика, все еще не отойдя от шока.
- Я... Я не знаю, она подходила ко мне пару дней назад, но я думала это галлюцинация, - неловко ответила Рэйчел отводя в сторону взгляд.
- И ты мне ничего не сказала? Я думала, мы с тобой работаем в команде, как чертовы Инь и Янь, что еще ты от меня скрыла? Лучше сразу скажи, а то вдруг к тебе еще кто подкатывал, пока я не видела! –вспылила Джессика, быстро жестикулируя руками.
- Я не думала, что это важно...
- Нет, черт возьми, телка, которая останавливает время, заполняя все вокруг черной непроглядной фигней и говорящая, как древнегреческий Бог – это явно обыденно, какая тут важность! – бесилась Джессика, ходя из стороны в сторону, взъерошивая себе волосы на голове, пытаясь помассировать немного виски.
- Я же говорю, я думала это глюк, не более!
- Что это вообще за чушь с одним телом, душой? На что, она мать ее намекает? Типа... Типа одна из нас должна уйти? Это с ней что ли? Ну уж нет, пускай засунет свой туман себе в зад и катится куда подальше! – нервным голосом, с небольшой отдышкой говорила Джессика, словно наркоманка при ломке.
- Мы не можем ничего сделать, пока будем просто жить, как раньше... - попыталась успокоить Джессику Рэйчел.
- Как раньше? Ты видела, что сейчас было? Как раньше... Как раньше уже не будет!
- Что ты предлагаешь? Бесится? Боятся?
- Я предлагаю, просто все обдумать, нам нужен чертов план, чтобы больше такого не было!
- Хорошо, я слушаю, что у тебя за план...
- Так... Ну для начала, мы двинем в сторону дома, меня от этого места выворачивает, потом мы запремся в комнате и хорошенько выпьем, дабы в голову пришла мыслишка, как нам быть дальше, на этом все мои идеи приходят к концу! – Джессика не успокаивалась, она действительно была напугана, что было крайне странно.
- Хорошо, давай сначала доберемся до дома!
Девушки выбежали из концертного зала, после направились по улице в сторону дома, но в переулке, около здания, из которого вышли, они увидели лежащего на земле, возле мусорных баков соседского сына Гарольда, который явно был без сознания, над его телом склонилась та черная девушка, которая дотронулась до его грудной клетки, вызвав в ней небольшое свечение, которое ежесекундно усиливалось, вскоре от груди отделился небольшой светящийся округлый шарик, который парил над ладонью девушки. Через мгновение этот светящийся шарик девушка резко сжала в кулак и тот разлетелся на несколько маленьких осколков. Девушка медленно повернула голову в сторону Рэйчел и Джессика, после чего выдавила из себя пугающую улыбку и растворилась все в том же черном тумане.
Девушки подбежали к Гарольду, принялись его тормошить, но тот не реагировал. Сам Гарольд был холодный и бледный, как труп, тогда Рэйчел дотронулся до шеи, чтобы поверить пульс – тишина.
- Он мертв.... – констатировала Рэчел, закрывая свои глаза и отворачивая в сторону от тела парня голову, еле скрывая блестящие в свете фонаря слезы.
- Теперь, мы просто обязаны выпить и придумать чертов план подруга!