5: Встреча
Так,👉дети мои,👈включаем песню: 5 минут-Rauf&Faik🔥 и приятного прочтения!💕
Краем глаза я видела, что мои напарники ждут подходящего случая, чтобы напасть и обезвредить врага. Моя чакра была на исходе, как в замедленной съемке я вижу, что катана врага приближается к моему почти бездыханному телу. Вижу, как парни, забыв обо всем, вырвались из укрытия. Как иронично, я всегда так бесила Учиху, взаимная ненависть делала свое дело, но сейчас я увидела в его черных, бездонных - как сама черная дыра - глазах испуг. Вау, он черт возьми, боялся меня потерять. А Узумаки так вообще выпустил свою демоническую чакру. Разозлили его, теперь держитесь, ублюдки. Я знаю, что им нужно время, чтобы подобраться к врагу, поэтому из последних сил сжимаю катану в руке, не давая вытащить из своего тела. Стоит и ухмыляется, не знает, через что ему еще предстоит пройти, перед тем как отправиться в мир иной.
Да, перед смертью я думаю совсем не о тех вещах, о каких должна. Перед глазами почему-то стоят мои мальчишки, сенсей... Я не знаю даже, откуда взялась эта внезапно наступившая пустота в груди... я... черт возьми, кажется, я не хочу умирать. А ведь совсем недавно я молила богов, чтобы отправиться вслед за семьей. Но они дали мне этот стимул. Стимул жить. Да и как учиховский засранец будет без меня? Кто будет его бесить и доводить до ярости, до дрожи в коленях? Кто будет разнимать этих двоих «ты придурок, а я круче»? Кто будет этим связующим звеном, в нашей команде номер 7?
Перед глазами весь мир распадается на мелкие кусочки, которые мне, увы, собрать не под силу. Мне так паршиво не было никогда, чувство холода и страха окутало с головой. Среди всей пустоты моего подсознания, прорвался маленький лучик красного солнца. Лучик, за который я буду бороться до конца, и не важно, что ждет меня впереди. Просто неважно. Лучик упал на печать божественных глаз. На мгновение, всего лишь на секунду, я почувствовала родное тепло, которое сразу сменилось холодом и тоской. Несомненно, я знаю кем является источник тепла, от понимания, что это всего лишь иллюзия, обман, галлюцинация становится невыносимо больно.
Темнота сменилась светом, пустота - теплом, тем что могла дать только та самая, что носила меня под сердцем, и она, именно она - моя мама сейчас стояла передо мной и тепло улыбалась. Чувства сурового одиночества опять сменились с появлением этой волшебницы. Я застыла с приоткрытым ртом, и не могла оторвать от нее взгляда. Она была действительно волшебна: белое кимоно неестественно сияло и переливалось, как и все тело голубым свечением, а мягкая улыбка не сходила с ее губ.
Сердце больно сжалось, вызывая невыносимую боль. Сама того не замечая, я шагнула навстречу к ней, наступая на мокрые следы под ногами. Шаг, еще шаг и я уже робко обнимаю свою волшебницу, боясь, что если сделаю хоть одно неверное движение, она исчезнет навсегда. По щекам градом текут слезы, а ком в горле не дает произнести ни слова. Я подняла на нее свои большие заплаканные глаза, пытаясь запомнить каждую деталь ее лица.
- Ма...ма, зачем? Зачем вы меня оставили одну? Мне так одиноко и тоскливо без вас с папой.- дрогнувшим голосом спрашиваю я, сжимая руки в кулак. Она ничего не ответила, я зажмурилась, чтобы не дать слезам так же струиться из зеленых глаз. Минута, а может и вечность я стояла в прострации озаренной светом, и вслушивалась в тишину, которую нарушали мои частые всхлипы. Почувствовав на лбу тепло, я с трудом открыла глаза. Ее мягкие губы коснулись моего большого лба, а глаза прикрыты.
- Ты всё скоро сама поймешь, Сакура.- опять добрая улыбка, которую я никогда не забуду и буду беречь, как самое ценное сокровище мира.
Это были ее первые и последние слова, после которых она начала распадаться на миллиарды светлячков и отдаляться от меня. Я рванула в сторону светящихся комочков, среди которых еще выделялся силуэт мамы. В попытке заключить в объятие волшебницу, я ощутила только пустоту, которая опять брала верх. Смотря, как исчезает дорогой моему сердцу человек, я упала на колени и вытянула руку в последней попытке поймать тепло. Все тщетно, последний светлячок исчез, а с ним и все тепло, и надежда на невозможное.
***
Холодно. Очень холодно. Немного привыкнув к ощущениям, я смогла открыть глаза, хотя стоило это мне неимоверных усилий, тело не чувствовалось, будто все жизненные силы выкачали разом и оставили лишь пустоту. Сразу зажмурившись от яркого света, до моих ушей дошёл звук слева. Пищащие звуки какого-то аппарата привлекли моё внимание, длинные провода, тянущиеся от него, доходили до моей руки и острыми концами впивались в вену. Осмотрев комнату, я поняла, что нахожусь в ненавистной больничной палате. Запах медикаментов и преимущественно в белых тонах интерьер был тому доказательством. Белые стены, потолок, да и пол тоже- действовали на нервы и напоминали мне тот роковой день. Стандартная палата деревни Звука. Меня заинтересовала эта скрытая деревня тем, что медицина здесь продвинута практически на ровне с Конохакагуре, давно мечтала побывать здесь и увидеть одного из легендарных саннинов. В детстве я мечтала стать ирьенином, поэтому я немного знаю о талантливых людях, внесших необъемлемый вклад в медицину и науку, но мечта, которой я жила, ушла вместе с моими родителями, которые очень переживали по поводу моего рвения к кухоному ножу и бинтам. Я громко вздохнула, вспоминая, как они покупали мне горы игрушек, лишь бы я забыла про кострацию соседского кота.
Лежа и смотря в потолок, в коридоре я услышала шаги, которые приближались к двери моей палаты. Повернув голову в том направлении, я сверлила ее пристальным взглядом в ожидании гостей.
В палату зашли трое. Трое самых дорогих мне людей. Как всегда молчаливый и холодный Саске, теперь как-будто ожил и смотрел на меня с сокрытым счастьем, не хочет показывать слабостей, а я ведь и так всё вижу. Какаши - сенсей не сильно и скрывал, что жутко переживал за свою ученицу, поэтому просто улыбался. Он практически заменил мне отца, хоть они мало чем похожи, но все же это правда. Наруто же, как увидел, что я в сознании, сначала застыл на пороге палаты, глазами делая во мне дырку. Очнувшись от лицезрения, он рванул в мою сторону. За считаные мгновения он пересек комнату и заключил меня в крепкие объятия, да так, что косточки захрустели, воздух вылетел из легких, а суставы отозвались тупой болью.
- Сакура-чан, я так переживал за тебя, -у меня такое чувство, что он сейчас расплачется, а с ним и я, - ты была без сознания два дня, а медсестры говорили, что ты можешь впасть в кому, - что он сейчас сказал? Кома? Два дня? Я посмотрела на сенсея, который вместе с Саске уселись на табуретки возле окна.
- Сакура, как Наруто уже сказал, да, ты была в отключке два дня. Сейчас мы находимся в стране рисовых полей в деревне Звука. Миссия выполнена, десятая команда уже в Конохе, мы не могли туда отправиться без тебя, в твоём положении тело возможно перестало бы функционировать без специальной аппаратуры, поэтому мы задержались. Через некоторое время, как ты придешь в норму, мы вернёмся домой, а пока за тобой будут приглядывать медики Звука.
- А что произошло в лесу? -прокашлявшись, спросила я ребят, глядя на них с нескрываемым волнением.
- А ты ничего не помнишь? - спросил меня Какаши, а Саске сидящий рядом повернулся в сторону окна. Уловив мой отрицательный кивок, он нахмурился. Я перевела взгляд с Какаши-сенсея на Узумаки, однокомадник выглядел задумчивым, как и все в этой палате, кроме меня. Я вообще ничего не понимала и до сих пор плохо соображала, а самое неприятное, что память не давала мне возможности воспроизвести картину после встречи с мамой. Я опустила взгляд на свои руки сомкнутые в замке, чтобы никто не заметил выступающих слез.
- Ребята, вас там Орочимару-сама звал. - молодой человек в белом халате посмотрел на Наруто и Саске. Сглотнув, они с с опаской попятились к двери, видимо этот Орочимару был настолько страшен, что заставлял поежиться даже спокойного Учиху. Когда ребята молниеностно ретировались, Какаши задал давно волнующий его вопрос, - Сакура, что ты скрываешь? - теперь учитель смотрел на меня с любопытством и в некоторой степени недоверием, -Всё было так...
***
Лес. Летнее, туманное утро. Солнце, еще не радовавшее своими первыми лучами, прятанось за необъятным горизонтом, а все лесные жители продолжали приспокойно смотреть свой десятый сон. На первый взгляд эту идилию ничем не разрушить, но звук металла и взрывы уничтожили спокойствие и умиротворение, царившее в сонном лесу ко всем чертям.
Хатаке Какаши известный, как копирующиц ниндзя, сейчас, вместе со своим товарищем Сарутоби Асумой, беспощадно расправлялись с вражескими шиноби. Уже как минут десять на просторной лесной поляне, окруженной густыми, высокими деревьями, ниндзя сошлись в тайдзюцу. Асума, смотря на не снявшего маску шиноби, умело применял свои костеты, пропитанные собственной чакрой, против него. Какаши не уступал своему другу, нанося сокрушительные удары по всему телу врага, который еле успевал блокировать их. Бой слишком затянулся, поэтому Хатаке приподнял протектор листа, который закрывал левый глаз. Взору врага предстал знаменитый дар клана Учиха. Красный глаз неестественно блеснул в сгустках тумана, заставив шиноби в масках переглянуться и отпрыгнуть на безопасное расстояние от обладателя шарингана. Как только они приземлились на твердую поверхность, шиноби сложили печати. Сенсеи десятой и седьмой команд, ринулись на встречу врагам, но было уже поздно, они исчезли. Просто взяли и растворились в воздухе, оставив своих противников только гадать, что побудило их так совершить. Вполне возможно они испугались «красного глаза», а может, за этим стоит куда более веская причина.
Не став раздумывать о бегстве врагов, Какаши, нахмурившись, посмотрел в сторону откуда он и его товарищ пришли.
- Асума, - обратился Хатаке к товарищу, - там, - он указал в сторону восходящего солнца и сразу нахмурился, так, что серые брови сошлись к переносице. - я вижу Шикамару и Чоуджи. Видимо они остались на защите послов. Вроде у них всё спокойно. - Какаши перевел взгляд красного глаза чуть правее. За маской было не видно, как он слегка прикусывал губу. Это свидетельствовало том, что копирующий ниндзя был максимально сосредоточен и слегка нервничает, что случалось крайне редко. - Но, недалеко от них, примерно в ста метрах к северу, исходит чакра. Такое чувство... - « что девятисхвостый выпустил свою темную, демоническую чакру» - мысленно закончил он. Асума лишь недоуменно смотрел на него, приподняв правую бровь и выплюнув очередной выкуренный окурок от сигареты. Какаши в мгновение прокусил палец и сложил печать призыва. На небольшом, массивном камне из облака белого, густого дыма показался пёс, напоминающий породу мопс. Пакун. Именно так звали этого пса с коричневой короткой шерстью, эмблемой листа на лбу и синей жилеткой. Его черные полузакрытые глаза обвели взглядом двух джоунинов и остановились на хозяине.
- Здрасте, - лениво поздоровался четырехлапый, - всё понял.
- Вперед! - словно телепатически пообщаясь с Хатаке, пёс спрыгнул с камня и побежал в лесную чащу. Асума, повернувшись к копирующему ниндзя, получил от него утвердительный кивок и немедленно поспешил вслед за Пакуном.
Через минут пять бега меж могучих деревьев, Асума и его проводник прибыли к месту назначения. Капитан десятой команды быстро растолковал некоторые моменты своим ученикам и посмотрел на послов, которые заметно нервничали, переминаясь с одной ноги на другую.
- Не волнуйтесь, сейчас мы вас проводим до селения Звука, а мой напарник и его подопечные скоро тоже двинулся в путь в след за нами. - сказал спокойным голосом Асума, хотя естественно он переживал за всех, в особенности за своих учеников. Полагаясь на Какаши, который, возможно был сильно уставшим, Сарутоби решил сосредоточиться на своей обязанности. А заключается она в том, чтобы следовать за призывным животным Какаши вплоть до селения Звука. Не теряя зря времени, временая команда Асумы начала выполнять свою главную миссию. Скоро к ним присоединятся Хатаке с ребятами и все они вместе доберутся до места назначения. А возможно всё обернется иначе и совсем не в лучшую сторону...