часть 43
Ночной воздух ударил в лицо прохладой, как только они вышли из дома. Шум вечеринки остался за спиной - музыка, смех, свет гирлянд. Т/и пошатывалась, будто ноги не слушались. Тимоти без слов перехватил ее за плечи, крепко удерживая.
- Тихо, стой прямо, - коротко сказал он. - Держись за меня.
Она хмыкнула и, облокотившись на него, позволила себя вести. Голова чуть склонилась к его плечу.
- А ты теплый... - пробормотала она под нос, будто себе.
Тимоти промолчал.
Они шли медленно, вдоль темных улиц. Под ногами похрустывали сухие листья, фонари бросали желтые пятна на асфальт. Т/и с трудом волочила ноги, и каждый ее шаг был как крошечная драма. Он придерживал ее уверенно, без раздражения.
- А у тебя были девушки? - неожиданно выпалила Т/и.
- Были.
- Много?
- Неважно.
Она фыркнула.
- А они были лучше меня?
Тимоти посмотрел на нее искоса.
- Вряд ли.
- А ты знал, - вдруг сказала она, будто игнорируя его ответ, - что я ненавидела тебя иногда?
- Да.
- А ты знал, - продолжила, - что никто не смотрел на меня так, как ты?
Тимоти чуть замедлил шаг. Она заметила и тут же добавила:
- Не смотри на меня так. Мне сейчас и так... странно.
Он вздохнул, пытаясь не поддаться на ее тон.
Она замолчала на несколько секунд, будто переваривала что то внутри. А потом вдруг остановилась. Тимоти тоже остановился, глядя на нее с напряжением.
- Поцелуй, - сказала она, и ее палец ткнулся в его плечо.
- Что?
- Ну... поцелуй, - она тыкнула пальцем себе в щеку. - Тут.
- Зачем?
- Потому что мне так захотелось, - ответила она с какой то детской упрямостью. - У тебя ведь были девушки. Поцелуй просто так, будто я одна из них.
Он молчал. Внутри всё сжалось. Т/и смотрела на него снизу вверх, пьяными глазами, слегка шатаясь.
Тимоти чуть склонился и осторожно поцеловал ее в щеку.
- Ещё, - прошептала она и переместила палец к шее. - Тут.
- Т/и...
- Ты не хочешь?
Он смотрел на нее долго. И потом все же наклонился, касаясь губами ее кожи чуть выше ключицы. Она глубоко вдохнула, будто что то в ней затрепетало.
- А ты знал, - снова прошептала она, - что мне никто не нужен был, кроме тебя?
Он ничего не сказал. Просто стоял, чувствуя, как ее дыхание дрожит у его груди.
- Тимоти, - прошептала она. - Ты не знал. Потому что я всегда делаю вид, что мне все равно...
Она снова навалилась на него и еле слышно добавила:
- На самом деле, ты единственный, кто по настоящему мне нужен.
Он крепче взял ее за плечо, снов начав вести вперед.
- Пошли домой, - сказал он тихо.
Дверь в дом тихо щелкнула, как будто боялась потревожить тишину. Тимоти придержал её плечом, одновременно прижимая Т/и к себе. Она шаталась, ее шаги были мягкими и неуверенными, как у ребенка, только что научившегося ходить.
- Садись, - сухо сказал он, направляя ее к скамье в прихожей.
Она подчинилась, плюхнулась, слегка заваливаясь набок. Ремешок ее сумки соскользнул с плеча, пальцы бессильно держались за ткань худи. Она тихо фыркнула, будто что то ее развеселило, но Тимоти даже не повернул головы.
Он опустился на корточки и принялся расшнуровывать ее кроссовки. Ни одного лишнего слова, только движение рук - сжатое, уверенное. Один. Второй. Он снял обувь и отставил ее в сторону, потом бросил короткий взгляд на неё.
- Вставай, - сказал тихо.
Т/и едва приподнялась, но покачнулась. Он даже не дал ей опомниться - подхватил на руки, как будто она весила ничего, и без лишних комментариев зашагал по лестнице вверх, к ее комнате.
Тимоти открыл дверь ее комнаты плечом, аккуратно перешагнул порог и замер на секунду, чтобы привыкнуть к полумраку. Лунный свет пробивался сквозь шторы, заливая комнату мягким холодным свечением.
Он аккуратно поднес ее к кровати и опустил на матрас. Она даже не сопротивлялась - только голова чуть запрокинулась назад, губы приоткрылись, глаза блуждали. От жары и алкоголя она словно плавилась внутри - и от усталости, и от него.
Тимоти молча выпрямился, собираясь отступить.
- Тебе повезло, - выдохнула она, почти в потолок. - Что я пьяна.
Он остановился. Прищурился.
- Да? - в голосе не насмешка, а усталое удивление.
- Да, иначе я бы вообще не подпустила.
Тимоти не ответил. Просто стоял, глядя на нее - не то с раздражением, а с чем то другим, с чем он сам не знал, что делать.
- Но не возомни ничего, - добавила она, смотря на него. - Завтра - все по прежнему. Я буду такой, как раньше.
- Буду ждать, - коротко сказал он, хмыкнув.
Она сделала глубокий вдох, все также не убирая глаз от него.
- Ну, иди уже. Не мешай мне вести себя плохо без свидетелей.
Он почти усмехнулся.
- Не беспокойся. Я молчаливый свидетель.
- От тебя, кстати, еще и пахнет... Как будто ты лучше всех, - пробурчала она, уже почти засыпая. - Ненавижу это.
Тимоти еще раз глянул на ее лицо. Лунный свет подчеркивал линию скул, губ, полураспущенные волосы. На секунду он подумал, что даже в таком состоянии она кажется сильной. Слишком настоящей...
- Спокойной ночи, Т/и, - сказал он тихо.
Она не ответила. Просто повернулась на бок, отвернувшись. И только когда он уже дошел до двери, прошептала почти неразборчиво:
- Только не смей быть добрым завтра.
Тимоти усмехнулся под нос, а через секунду дверь закрылась почти бесшумно.
Свет ударил в глаза нещадно. Т/и вскочила с подушки, сердце бахнуло в груди, и через пару секунд она, спотыкаясь, полетела в ванную.
Тошнота вырвалась изнутри без предупреждения.
- О-о-о, вот это заявочка, - раздался ленивый голос за спиной.
Она обернулась, вытирая рот. В дверях стоял Тимоти - прислонившись к косяку, босиком, с дурацкой ухмылкой, будто видел спектакль века.
- Ты что, следишь? - она зажмурилась.
- Ну, если так угодно королеве шотов, - он глотнул кофе. - Я мимо проходил.
- Заткнись, - буркнула она.
- А ты, кстати, вообще что то помнишь? - спросил он с подчеркнутой невинностью. - Или все вымело?
Т/и молчала. В голове крутились какие то фрагменты - приглушенный смех, его рука, кажется, на ее лице... Или не рука? Она что то просит. Он смотрит, не покидая взгляда.
- Что я делала? - спросила она, устремленно глядя на него.
Он усмехнулся.
- Интересовалась... Вдруг очень любопытной стала вдруг.
- В смысле?
- Ну, про девушек всякое спрашивала.
Он сделал паузу, наслаждаясь ее выражением лица.
- И?
- И просила. Разное. Немного, - он снова отпил кофе. - Но не волнуйся. Ничего ужасного ты не натворила. В принципе.
Т/и сжала пальцы.
- Что именно?
Тимоти пожал плечами.
- Все в пределах нормы. Особенно «поцелуй тут и тут».
Т/и захлопнула глаза.
- Господи...
Он рассмеялся.
- Лучше замолчи, - пробормотала она сквозь зубы.
Он только хмыкнул и кинул ей полотенце.