Глава 7: "Бой"
Смотрины задержались до глубокой ночи, пока половина гостей, включая Гаару Окаянного буквально не валились с ног, в чем был виноват цыганский самогон. Мадара, конечно, разочаровался, что его будущий зять так быстро напился, ведь стойкость к алкоголю всегда ценилась им и цыганами.
Зато, хан успел продемонстрировать свой ум и умение править, тем, что предложил хороший план по полному завоеванию Руси, так что даже Мадара Грозный очень воодушевился идеей и решил поскорее справить свадьбу, чтобы наконец-то привести долгожданный план в исполнение.
К сожалению, на ужине Итачи почти никогда не давали вставить и пары слов. Как только тот открывал рот, чтобы выдать одну из своих мыслей, либо Гаара, либо Мадара перебивали его, кажется и вовсе, не замечая или не пытаясь выслушать. Все бы ничего, ведь Итачи и сам не очень горел желанием вмешиваться, если бы только не то, что ближе к концу ужина, отец упрекнул сына в том, что он намеренно отмалчивался и, тем самым, позорил всесь цыганский народ в глазах Гаары Окаянного.
***
С самого раннего утра, настроение у старшего сына Мадары было просто загублено. Ещё до обеда, татарский хан решил зайти к нему в шатер, что бы просто поговорить.
Хотя общества этого альфы, Учихе сполна хватило ещё вчера, но как бы противен ему не был хан, все же делать было нечего, раз тот уж пришел, не выгонять же гостя.
- хорошо мы вчера посидели, было интересно побеседовать с твоим отцом, - начал Гаара, натягивая на лицо лёгкую улыбку. - я был бы рад ещё раз повторить этот ужин.
- да, посидели хорошо, но я же считаю, что таких вечеров, наоборот, стоит делать поменьше, - поднял брови и осмотрел хана сверху до низу Итачи, после чего неторопливо закончил фразу: - иначе потеряется весь их смысл. Как говорится, хорошего понемногу.
- да, ты прав, - ответил Гаара, не сдерживая короткую усмешку.
Выдержав небольшую паузу, хан медленно отвёл взгляд от Учихи, развернулся и направился в сторону стены шатра.
- хорошая работа, качественная, - подметил тот, аккуратно прикоснувшись к ткани всей ладонью, рассматривая узоры и материал. - зимой вам должно быть холодно, ваши шатры очень тонкие, в татарских намного теплее.
- нет, у нас тепло, мы просто греем их, - пояснил Итачи, недоверчиво следя взглядом за гостем.
- вот оно что, - задумчиво ответил Гаара, пробежавшись взглядом по стене и потолку шатра. - думаю, Саске быстро освоится в наших шатрах, ведь, как говорится: к хорошему быстро привыкаешь. Жаль, я не могу его уже сейчас к себе забрать, ещё месяц до свадьбы.
- ничего страшного, Саске пока и дома хорошо, - ответил Итачи.
- да нет, почему вы его так поздно замуж решили выдать? - поинтересовался Гаара, наконец отрываясь от шатра. - хорошо, что я решил выйти замуж за него, а то ведь мог и пропасть омега.
- не пропал бы, он у нас красивый, умный, да и в хозяйстве хорош, - пояснил Итачи. - вообще, не вашего ума дело, когда мой брат выходит замуж.
- он мой муж, как же мне нет дела? - выдавливая смех из горла, говорил Гаара.
- ещё не муж, - сразу же поправил Итачи, сменив свой взгляд на серьезный.
- не утруждай себя поправлять меня, как ни крути, вобщем я окажусь прав, - задрав нос, усмехнулся Гаара.
- Гаара, зачем ты пришел, - закатил глаза Итачи.
- решил тебя проведать, а нужен повод? - подошёл ближе хан, не сдерживая широкой и надменной улыбки. - а то я вижу, ты сидишь здесь, скучаешь один, хоть бы омегу какую-нибудь к себе позвал.
- кажется, что ты здесь лишь затем, чтоб изводить меня и мои нервы, - заявил Итачи.
- да как ты смеешь говорить мне такое! Я для тебя повелитель и муж твоего брата! - недовольно громко сказал Гаара.
- да твою мамку ебал! - необдуманно бросил Итачи.
- а я твоего брата до конца его жизни ебать буду! - ещё громче говорил хан.
- не говори такое о Саске! - тут же возмутился Итачи.
- почему же? - спросил татар.
- я запрещаю! И вызываю тебя на бой на матраках!
***
"У меня не должно быть никаких сомнений!" - думал Дейдара. Сейчас ему предстояло решиться на очень важный поступок, от которого может поменяться вся его судьба. - "но... Это же и мой ребенок".
Ещё вчера Дейдара был больше чем на сто процентов уверен, что если понадобится, без сомнений избавится от ребенка. Сегодня же он решил ещё раз хорошенько все обдумать, что бы не совершить ошибки, о которых будет жалеть. Любая цыганская омега, была бы рада на месте Дейдары, к тому же, возможно, сейчас, даже и не задумывалась о том, беременна ли, а все потому, что со временем это само проявится. Дейдара же ждать не мог, хотя бы потому, что потом избавляться от ребенка будет проблемотичнее.
"Итачи он не нужен, всем нам будет лучше без него", - продолжал думать Егор. - "хотя он его первый ребенок, к тому же, получается, если родится альфа, то он станет наследником цыганского народа!"
Сделав глубокий вздох, омега закрыл глаза, и свёл уголки бровей к переносице, давая своим глазам немного отдохнуть.
"Если я сохраню ребенка, то буду обеспечен до конца жизни, и возможно, счастлив", - рассуждал Дейдара, посматривая в сторону травы, что была спрятана за подушкой, и с его ракурса, совсем немного видимая.
"Но ведь Итачи меня не любит, значит и ребенка не полюбит. А что я буду делать один, без его помощи? Конечно ничего, а это значит, что и сомнений нет, нужно избавиться от ребенка".
Глубоко вздохнув, Дейдара сдержал все эмоции, что накопились у него за последние пару дней.
"Эх, Сасори, сейчас ты мне как никак нужен, угораздило же тебе, именно сегодня, нарваться на кучу дел".
Украинец знал, что друг будет настаивать на сохране ребенка, но все равно должен был ещё раз с ним поговорить.
Может Дейдара бы стоило его послушать, родил и жил спокойно. Занимался бы своим ребенком, не скучал, сидя целые дни в шатре, не имея особых занятий, как сейчас.
От осознания своей беспомощности, глаза омеги снова закрылись, после чего тот беззвучно пустил скупую слезу.
Да, Учиха был безумно красив, умён, силен и родовит, так что Дейдара не стал исключением из тех омег, что хотели, что бы их дети хоть немного были похож на этого альфу.
Помедлив ещё пару секунд, Дейдара протянул руку под подушку, захватив пучок травы, что там лежал.
Аккуратно перебирая в руках каждую травинку, он в который раз прокручивал в своей голове все "за" и "против".
Закрыв глаза, Дейдара глубоко выдохнул, после чего принялся есть неизвестное растение. На вкус, как и предполагалось, оно было не самым приятным. Не смотря на то, что трава была почти засушена, стебель был горький и вязкий на вкус, пока мелкие цветочки, что росли на самом верху, отдавали чем то похожем на мяту.
Проглотить траву так просто не удалось. В горле и без того уже давно было сухо, так что растение, без воды, глотаться не хотелось.
- так ты все таки сделал это, - сказал Сасори, входя в шатер. В глаза сразу же бросились ещё мокрые дорожки слез на щеках блондина.
- Сасори, - сказал Дейдара. - я все таки решился.
- да-да, я вижу, - равнодушно ответил Сасори. - ещё спешу тебе сказать кое что, что тебя может огорчить.
- что же? - взволнованно спросил Дейдара. Ему и без новостей Сасори было не очень радостно, так что он мог лишь надеятся, что принесенная им новость его не добьет.
- надеюсь, что ты понимаешь, что кем бы ты для Итачи ни был, он все таки сын повелителя, - все таким же равнодушным тоном говорил Сасори. - если быть короче, то вчера, после ужина с Гаарой, с ним была девушка.
В сердце омеги на миг что что кольнулось. Конечно, у него и в мыслях не было ничего подобного, как ревность. Особенно теперь, когда он сам не знает, сможет ли ещё когда нибудь встретится с господином. Да и не так уж он этого хочет.
Выдержав небольшую паузу, ещё раз обдумав все, Дейдара спокойно сказал:
- разумеется, мне нет до этого дела.
***
Менее, чем через пол часа, как приказал Итачи, все необходимое уже было подготовлено к бою.
Альфа, на вид, не младше 40 лет, встал на границе скошенной для боя площади, предназначенной для самой схватки, после чего громко и протяжно прокричал:
- матраки к бою!
Услышав эту фразу, оба альфы разошлись на пару шагов друг от друга, после чего слегка поклонились, тем самым обещая, что бой пройдет честно, после чего встали в исходную позу, притянув к себе дубинки, щедро обмотанные лошадиной кожей, как и щит, что они держали в другой руке.
Подождав ещё пару секунд, альфа не менее громко прокричал, призывая к началу боя:
- Сошлись!
Итачи не стал ждать, сразу же бросился на Гаару, вполсилы направляя свой удар на плечо противника, и, увы мимо, ведь хан уже успел ловко подставить туда бурый щит, в ту же секунду, воодушевленно нападая сам. Его удар тоже не пришелся по цели, Итачи быстро увернулся, подставив на свое место матраку, по которой, собственно, и пришелся сильный удар, что та чуть не выпала из железной хватки своего хозяина. Воспользовавшись положением соперника, Гаара толкнул своей левой рукой Итачи в грудь. Из-за кожаного щита, находившегося в ней, удар был пришелся слишком лёгким, что Учиха его почти и не почувствовал, но судья решил иначе, посчитав это касание победой в раунде.
Спорить, конечно, никто не стал, так что вернувшись на свое исходное место, что бы начать вторую часть боя, Итачи обратив внимание на ухмылку хана, ведь тот буквально давил свою ехидную лыбу на показ сопернику.
- на радуйся раньше времени, ещё ничего не решено! - кинул Итачи Гааре, в ответ получив лишь пристальный глумившийся взгляд.
Судья объявил начало второго раунда.
И снова, дожидаться пока Гаара нападет Итачи не стал, пошел на него первым. Он нанес два удары, сильнее прежних, но оба они не задели и кафтана Гаары, лишь со свистом разрезали воздух.
Что бы не попасть под удары, могущественный хан попятился назад, тем самым сам загнав себя в ловушку. Площадка, на которой проходил бой, была очень узкой и короткой, что далеко здесь никак не разбежишься. Так что, как только Гаара понял, что сделал, он пошел в наступление, активно размахивая матракой.
К его сожалению, и это не помогло, Итачи легко смог ударить того по руке, близь плечу, заставив сердце противника больно вздрогнуть и схватиться рукой за место, источающее боли.
Но сказать, что татар был огорчён было нельзя, наоборот, его это лишь подзадорило, так что ухмылка с его лица некуда не исчезла, как и несерьёзный взгляд. Пошевелив плечом, Гаара отправился на свое место, дабы начать третий раунд, что он планировал сделать финальным, к тому же, в свою пользу. Как правило, полный бой объявлялся оконченным, только когда противник окажется на земле, либо же признает свое поражение.
Третий раунд начался довольно необычно: Гаара наконец-то начал нападать, да ещё как сильно и быстро, что уже после пары ударов хана, попавших по кожаной подушке, Итачи устал уклонятся, да и вовсе, выдохся. Руки буквально окаменели, что тот был не в силах их даже и поднять. Все попытки попасть по Окаянному были предотвращены им самим. Да и чтобы защищаться почти не осталось выносливости, так что цыган был вынужден просто ожидать своей участи, из последних сил безуспешно пытаясь ее предотвратить, слушая, как бешено бьётся сердце, а лёгкие буквально разрывает от недостатка кислорода.
Сделав пару глубоких вздохов, Гаара собрался с силами и сильно замахнулся, намечая в голове место удара.
Успев отодвинуть голову лишь на пару сантиметров, Итачи почувствовал удар Гаары, что по его телу прошла сильная дрожь, сопровождаемая жёсткой болью в шее, что пострадала от матраки. От переполняющей тело боли, Итачи повалился на траву, но успел вовремя опереться на руки.
Защита была только в виде шлема, так что бой на матраках сам по себе был опасным делом, например, как сейчас, Итачи могли бы спокойно лишить головы или свернуть шею.
Бой объявили оконченным, а победителем стал Гаара Окаянный. На радостях, тот сделал вид, что и не сомневался в своей победе, и показушно предложил Учихе помощь, протянув руку.
***
Интересная 🔥 глава у godoffik.