...Мадара-сенсей?
(Примечание: «сенсей» — это обращение не только к учителям, но также врачам, писателям, и т.п)
(Кун — обращение также к младшим по возрасту)
(Тян — обращение к маленьким детям (см. мою работу «помощь анимешникам...»
.
.
.
Обито молча смотрел в одну точку на теле Какаши. Тут Какаши громко, с хрипом вдохнул и выдохнул капли своей крови на лицо Обито. Учиха машинально оттёр капли крови со своего лица. Тут он замер.
-Т-ты ещё жив!-выкрикнул он.-Б-Бакаши!-Обито прильнул к нему, обняв, не обращая внимания на кровь, перепачкавшую его.
Какаши слабо вскрикнул от боли. Обито тут же отшатнулся. Приоткрыв глаза, Какаши посмотрел на Учиху невидящим взглядом.
-О..Оби...то..-пробормотал он. -т-ты.. здесь... со.. мной...- чуть улыбнулся он, и отключился.
Из глаза Учихи выкатилась одинокая слеза. Обито сжал кулаки. Ударил землю возле себя, выбив из неё капли незасохшей крови.
-Чёрт! Я полный идиот!! Он ещё жив, а я тут сижу, и ничего не делаю!
Он вскочил с земли, оторвал приличный кусок от лохмотьев, заменяющих ему одежду, и перевязал, как мог, сквозную рану Какаши. Он не мог без боли и слёз смотреть на эту дыру в его теле.
Он бережно подхватил умирающего Хатаке, и помчался обратно к Мадаре. Обито старался не трясти любимого, но совсем без тряски всё же было невозможно бежать быстро по деревьям. При каждом неаккуратном приземлении Обито, Какаши чуть вскрикивал от боли, всё слабее и слабее... Каждый его вскрик отдавался невыносимой болью в сердце Обито.
-Сейчас, потерпи.. Я отнесу тебя к старику, он тебя вылечит... -всхлипывал Обито, кусая губы.-Ты помнишь, когда меня раздавило камнем? И м-мы думали, что мен-ня уже не спасти..? П-помнишь? А он всё же спас! Т-так что держись, с-слышишь?... Ты только дотерпи до пещеры...- успокаивающе шептал Обито, пытаясь убедить не столько Какаши, что старик сможет его вылечить, сколько себя. Он корил себя, что не прибыл раньше, когда Какаши ещё не был ранен, и не истекал кровью, лёжа на холодной земле. Он ругал себя последними словами, за то, что не унёс Какаши в пещеру сразу же, как только увидел его, раненого, лежащего на земле, и вместо этого полез в битву, забыв, что Какаши ещё жив, и ждёт его помощи. Обито не мог себе простить того, что сидел без действия после боя, просто глядя на Какаши, того, что не заметил сразу эту искру жизни, что ещё тлела в Хатаке, постепенно затухая.
-«Только бы успеть...»-думал Обито всю дорогу.
-Вот мы и пришли, милый...-успокаивающе прошептал Обито, даже не заметив, что назвал Какаши «милым».
Учиха мягко спрыгнул, и вошёл в пещеру.
Заслышав шаги, Мадара глухо проговорил:
-О, ты вернулся... Ну что, спас своих друзей?- со скрытой насмешкой хрипло сказал Учиха.
-Да! Но одного поможешь мне спасти ты!!
-Что?!- Мадара не ожидал такого ответа. Он ожидал, что носитель клеток Хаширамы лишь пробудит мангекё и обучиться управлять Мокутоном , но никак не то, что кто-то выживет кроме Учихи. Он глухо засмеялся.
-Но я не могу выйти из пещеры и идти за тобой, ты же знаешь, я...
-А тебе и не нужно никуда ходить!- из тени уверенно вышел Обито, бережно неся на руках беловолосого худенького подростка его лет, истекающего багровой кровью.
Сказать, что Мадара немного ошалел от такой картины — ничего не сказать.
-«Мой воспитанник... влюблён в... него?»-только и подумал Учиха при виде этой картины. Но он отбросил эту мысль.-«Ха.. нет, он же любит какую-то там Рин... всё время о ней твердит во сне..»
-И что ты хочешь, чтобы я сделал? Ему не помочь.-произнёс Мадара, окинув взглядом паренька на его руках, который, казалось, не дышал. Лишь изо рта лилась тонкая струйка крови, размачивая большую засохшую кровяную корку у приоткрытого рта. И на пол капала густая тёмная кровь.
-Ты что такое болтаешь, старик?!! Он жив, слышишь? И я знаю, уж ты-то можешь ему помочь! Ты же помог мне, когда у меня была раздавлена вся правая половина тела! Пожалуйста!! Я прошу вас!- кричал Обито.
В его глазу светился мангекё шаринган.
-Не заставляйте меня угрожать.-твёрдо, вполголоса сказал Обито.
-Ладно-ладно...- сказал Мадара, поднимаясь с трона.
-Если он умрёт — виноват будешь ты. В таком случае тебе уже никто не позавидует. Ясно?-совсем уже тихим голосом сказал Обито
-Но ты же всё-таки Учиха...-поморщился Мадара.
-У него тоже есть шаринган!!-закричал Обито.
-Что?-перспектива заполучить сразу двух обладателей шарингана захлестнула его своими возможностями.-Да, так уж и быть... я его вылечу...-с «неохотой» сказал Мадара.
Обито бережно поднёс Хатаке к Призраку Клана Учиха.
-Где вы будете его лечить?
Мадара глухо засмеялся от продуманности Обито.
-Если хочешь, можешь положить его на свою кровать, хотя...
Не успел старик договорить, как Какаши уже лежал на кровати Обито, положенный заботливыми руками.
-Поторапливайся, старик!
Мадара подошёл к кровати, уже перепачканной кровью беловолосого подростка, который слабо, с хрипами дышал, выдыхая собственную кровь.
-«Надо же, живучий оказался, прямо как истинный Учиха...»-подумал Мадара.-А теперь отойди, юный Учиха, и встань в сторонку.
Обито хотел было возмутиться, но Мадара подвёз кровать к своему «трону», и нажал какой-то рычаг. Стена открылась, являя взору огромное помещение, полное белых существ, и какую-то статую со множеством рук, стоявшую в центре. Обито пригляделся к лицу этой статуи. Оно напоминало... нет, оно было точной копией лица первого Хокаге, Хаширамы. И ещё статуя была сделана по торс, и была... голой?
-«Кьяах! Неужели наш старик —извращенец, да ещё и втюрился в Хашираму?»- Обито чуть не прыснул со смеху от странной и неожиданной догадки.
Но тем временем стена с громким стуком захлопнулась, оставив Обито стоять в одиночестве среди знакомых стен пещеры.
-Что-о?! Эй, старик, открой!!-замолотил по стене кулаками Обито.
Тут из-за стены раздался голос.
-Прекрати кричать, ты же не хочешь, чтобы твой друг умер? Ты мешаешь мне его лечить. С твоими криками я не смогу его вылечить даже под угрозой смерти.
Обито подумал, взвесил всё, и решил остаться по эту сторону и не орать. Всё-таки, слова Мадары были похожи на правду. Он уселся около стены, прислонившись к ней ухом и всем телом, пытаясь уловить хоть малейший звук. От напряжения у него противно зазвенело в ушах, словно там сидел маленький комар и пищал, пищал... Скоро Обито уснул, сидя у стены. Он просидел так довольно долго.
Спустя примерно три часа стена открылась, и Мадара вывез Хатаке, лежащего, всё так же без чувств, на кровати. Обито больно стукнулся головой об пол, и вскочил, потирая ушиб. Он было бросился к Какаши, но Мадара его неожиданно остановил.
-Стой.- шёпотом сказал старый Учиха.
Обито застыл как вкопанный, в пяти метрах от Какаши. Тот лежал, забинтованный, без сознания, но крови у него больше не было. Лишь на бинтах, под которыми были самые кровоточащие раны, чуть проглядывали красные пятна. Но, к удивлению Обито, там, где в Хатаке была ужасающая сквозная дыра, крови не было, только по краям, словно очерчивая её контур, тянулась багровая полоска.
-Что это, Мадара-сенсей?-шёпотом сказал Обито, указывая на кровавую полосу.
Мадаре польстило такое обращение. Он впервые слышал от Обито более-менее уважительное обращение к нему.
-Хм.. я имплантировал ему туда клетки Хаширамы, так же, как и тебе.-он потыкал в правую половину тела Обито.
-Т-то есть он...выживет?
-Если приживутся клетки. Ну, он же Учиха, поэтому бояться нечего...
-Он не Учиха!
Мадара опешил.
-«соврал мне, чтобы я вылечил его дружка?.. Умно.»
-Так значит, ты соврал мне, и у него нет шарингана, так?- усмехнулся Мадара. -А я и не знал, что ты уже настолько вырос...
-Нет! У него есть шаринган.
Теперь Мадара вообще ничего не понимал.
-Раз он не Учиха, у него не должно быть шарингана, шаринган есть только у Учих. Может быть, у него просто красные глаза, а не шаринган?..
-Нет!-воскликнул Обито. Он весь светился уверенностью.- Его глаза...-он мечтательно прикусил губу.- Его глаза тёмно-серые, как сумерки перед рассветом, а шаринган ярко-красный, как пламя. Он скрывает его под протектором, потому что не может деактивировать. Около глаза, где у него шаринган, у него остался милый розовый шрамик, а...
-Стоп, стоп, хватит! Я понял!-прервал Мадара разошедшегося Обито. Тот обиженно посмотрел на него.-Лучше скажи мне: откуда у него этот шаринган?
-Я отдал его ему.
-Чего?! А можно чуть подробнее?-Мадара чуть помолчал. Потом, со вздохом, сказал:- и, пожалуйста, без красноречивых описаний его внешности.
Обито чуть зарделся. Потом, под выразительным взглядом Мадары, вспомнил всё, и стыдливо прикрыл руками лицо.
Мадара выжидающе смотрел на него.
Обито вздохнул, и рассказал ему всё, что касалось этого.
Мадара слушал, и всё больше убеждался, что юный Учиха безоглядно влюблён в беловолосого мальчишку, лежащего на кушетке.
Мадара с давящей грустью подумал: -«...А ведь я сам был также влюблён в Хашираму, только понял это слишком поздно... мда.. надеюсь, он не повторит моих ошибок...»
Мадара о чём-то крепко задумался.
Хаширама был ярким солнцем в его чёрной, как ночь, жизни. Он всегда улыбался ему, и от этой улыбки в душе Мадары расцветали цветы. Только Мадара стыдился этих цветов любви. Он заливал их ядовитым раствором из колких фраз, от которых улыбка солнышка чуть увядала, а глаза наливались грустью. Учиха страдал из-за этого, ему даже порой хотелось умереть. Но Хаширама вновь и вновь, словно самое неутомимое и яркое солнце грел эти цветы своей улыбкой и взращивал бескорыстной любовью.
Во время их последней схватки, Мадара даже позволил почти убить себя. Но, зная, что это будет их последняя встреча, он укусил Хашираму. Это было желание страсти, но из-за своей боли он сделал это чуть сильнее, и даже вырвал кусок его плоти, забрав его частичку с собой. Из этой частицы он воссоздал у себя в пещере его тело.
Спустя долгое время, Учиха узнал, что Сенджу женился, а затем умер. У Мадары больно кольнуло в сердце тогда.
Из размышлений его вывел голос Обито: -Хей, вы там не заснули?
Мадара вздрогнул. Потом ответил: -Да, я всё слышал, юный Учиха...
-А вы можете называть меня просто Обито?- чуть скривился младший. Ему немного надоело это обращение. - А Бакаши..-он указал на беловолосого- ...просто Какаши, а не «юный НеУчиха»?
При этих словах Обито чуть не прыснул со смеху.
Мадара чуть оскорбился, но не подал виду.
-Договорились, Обито-тян.
-Чего-о?! Уж лучше Обито-кун, хотя бы, раз не можете без суффиксов!
Мадара усмехнулся.
Тут худенькое тело Какаши начало дрожать. Подросток силился открыть глаза.
-Обито, смотри-ка, кажется, твой «Бакаши» очнулся.
Обито радостно встрепенулся, рванул было к нему, но, вспомнив предостережение Мадары, осторожно подошёл к кровати.
-Хей, Бакаши, ты как?..- шёпотом, трепетно спросил Обито, взяв его бледную руку в свои, аккуратно, как если бы его ладонь была из хрупкого фарфора.
Какаши било крупной дрожью. Всё его хрупкое бледное тело содрогалось.
-Э-эй, Бакаши, слышишь? Не смей умирать, ясно?!- Обито вдруг заплакал, припав к его руке. Он боялся, что загадочные для него «клетки» могут не прижиться, и Хатаке умрёт.
Обито несколько суток провёл около его кровати, не отпуская дорогую руку.
На третьи сутки Обито посмотрел на него заплаканными глазами. Какаши едва заметно дышал.
-«Как можно так долго спать?»-с горечью подумал Обито.
Уф... Извините пожалуйста, что так долго не опубликовывала главу... Это всё потому, что я очень странный человек. Сейчас расскажу, почему.
В моих заметках у меня ооочень много незавершённых фанфиков. И время от времени я к ним возвращаюсь в рандомном порядке. И всё бы ничего, но меня иногда посещает вдохновение, и я начинаю новые... И не публикую их, чтобы не заставлять читателей ждать, как с этим фф.
А, кстати... недавно я начала ещё фанфик по КакаОби, и написала пока что две главушки... События там развиваются быстрее, чем в этом фф. И у меня к вам вопрос: публиковать этот фанфик, или пока не стоит? Лучше сначала дописать, или опубликовать эти несчастные две главы?
Короче, жду ваших комментариев)
И не забывайте ставить звёздочки, пожалуйста))