4.1.
В кабинете Хокаге было тихо, лишь звук бьющихся о стекло капель дождя царил в нём. Какаши стоял у окна и смотрел на тучи. Что-то в них вызывало беспокойство, но что?
Внезапно в дверь стучат и в кабинет входит Шикамару.
- Я принёс отчёт. Как вы и говорили, погода вызвана искусственно, так сказать.
- Ммм? Так сказать? А если точно?
- Тучи и бурю вызывает чакра. Наши специалисты смогли найти совпадение... С чакрой Ооцуцуки Кагуи.
- Кагуи!? Она ведь запечатана!
- Да. Мы связались с Саске, он как раз был в её измерении. Печать стабильна, ничего необычного.
- Это очень странно. У меня плохое предчувствие.
- И не зря! - в кабинет зашла Цунаде и поспешно подошла к Хатаке, - Где Наруто?
- Что-то случилось?
- Мне надо с ней поговорить.
- Ну, утром она сказала, что будет сидеть с Мирай. Вчера ещё упоминала о возвращении Саске. Скорее всего, вечером пойдёт его встречать.
- Ясно. А она в последнее время какая? Не нервная? Кошмары? Может, раздражительная?
- В последнее время, да? Хм, она слегка намекала, что будет рада моему выходному. Думаю, пытается по-тихому сообщить мне о своей беременности, но не может найти хороший момент.
- Беременности!? - в один голос крикнули Шика и Цунаде.
- Погоди, вы встречаетесь? - спросила Сенджу.
- Пятая-сама, Наруто и Какаши женаты уже месяц. Свадьбы не было, они просто быстренько оформили и всё.
Нужно было видеть лицо Цунаде: что-то среднее между ужасной радостью, возмущением и страхом. Около минуты женщина стояла, пытаясь осмыслить всё ранее сказанное.
- То есть... Она беременна? Вы женаты... П*здец! Мне срочно нужно её найти!
- Да что случилось?
- Тебе действительно нужны объяснения, Какаши!?
- Да.
- Ладно! У твоей жены в любой момент может начаться острый приступ из-за посттравматического расстройства. В отличии от нас с тобой и всех других, Наруто не проходила этот этап. Ещё на войне она запечатала все те переживания, вину и боль, зациклившись на помощи другим. А после ещё нам помогала в себя прийти. Скажи, Узумаки хоть раз брала себе время на передышку или просила помощи? Нет! Она вошла в аварийный режим и не выходила из него! Если сейчас это случиться слишком резко, то последствий не оберёшься! Эмоции вырвутся в сто крат мощнее, потому что копились долгое время! Поэтому я прошу тебя перестать задавать вопросы и сказать, где Наруто!
Хатаке выслушал, потупил в пол, а потом резко, что-то осознав, обратился к Наре:
- Шикамару, что сейчас проходят в академии?
- Ну, начинаются тренировки на меткость, углубление... В историю Конохи... Чёрт!
Хатаке и Нара бросились из кабинета и направились к квартире Куренай. Мирай ведь очень любопытная девочка, она обязательно начнёт расспрашивать Наруто о войне.
Какаши ещё помнил, как его блондинка, самая замечательная девушка на всём белом свете, тяжело дыша, падает в снег. Тогда, на секунду поймав её взгляд, он увидел столько боли и отчаяния. Казалось, что шторм в её бескрайнем океане охватил всё и вся, не оставляя ни одной капли спокойствия или надежды. День, когда Саске напал на совет Каге... Гааре было сложно об этом сообщать, а Узумаки было больно это слышать. Что же она сделала... Засунула всю эту боль куда подальше и вновь обрела надежду. Кто знает, сколько раз Нару так делала... Может, с самого детства... Все те обиды на деревню и её жителей, если девушка их просто заперла, тогда ни ей, ни деревне не прожить и дня. Девятихвостый своей буйной чакрой лишь ухудшит ситуацию.
***
Маленькая, хотя уже не совсем, девочка сидела на ковре в гостиной и внимательно слушала свою голубоглазую няню. Блондинка с энтузиазмом рассказывала, как они с Джирайей гонялись за Цунаде, чтобы вернуть в деревню и сделать Хокаге, как "принцесса слизней" поспорила с Нару, как появился Орочимару и кулон Хаширамы перешёл к Узумаки.
Наруто любила сидеть с Мирай, настолько похожей на Асуму-сенсея, своего отца. Детские любопытность и интерес ко всему раззадоривали джинчурики и помогали наполнять скучные истории красками, эмоциями. Особенно это помогало в повествовании о Четвёртой Мировой, которая так увлекала малышку Сарутоби. Она спрашивала обо всём, какими бы глупыми не были вопросы, а Нару охотно отвечала.
- Значит, брат Хинаты-чан спас тебе жизнь!? - с искорками в глазах поинтересовалась Мирай.
- Да, его звали Неджи, даттебайо! Он был великим гением и хорошим другом!
- Ого! Вы были близки?
- Ну, Неджи был старше меня да и всего моего выпуска. Мы познакомились перед первым этапом экзамена на чунина, он тогда был очень высокомерным и зацикленным на судьбе. Во время промежуточного этапа дрался с Хинатой, не жалея ни её здоровье, ни её веру в себя, которой и так не хватало. Отчётливо помню, как поклялась на крови отомстить за подругу. Такой шанс подвернулся мне на третьем этапе. Мы встретились... не знаю, как объяснить, но в какой-то момент, взглянув в его глаза, я будто прочувствовала всю его боль: отец умер, жизнь зависит от главной ветви клана... это так ужасно.
- Ты победила?
- А? Д-да, победила, - блондинка прокручивала в голове те моменты, особенно зацикливалась на глазах Хьюги. Они были светлыми с сиреневым отливом, словно луна. Яркая, бледная, но очень красивая луна, чистая и могучая, - Я назвала его гением... Так оно и бы...- внезапная картина его смерти вызвала у Узумаки мурашки и небольшую дрожь в руках. Раньше она старалась вспоминать только хорошие моменты, но сейчас - плохие сами выстраивались перед ней.
"Потому что ты назвала меня гением"
- О-он пожертвовал собой... ради м-меня и ради всех нас, даттебайо... - тряхнув головой и прогнав печальные мысли, Нару постаралась улыбнуться, - Может про кого-нибудь ещё рассказать?
- Хммм, а правда, что на войне были воскрешённые каге?
- Да! Орочимару воскресил предыдущих четырёх хокаге! Они были великолепны! Вся их сила - не сказки!
- И твой отец там был!? - с ещё большими искорками в глазах спросила Мирай.
- Конечно, даттебайо! Четвёртый хокаге, Минато Намикадзе, Желтая молния Конохи - всё это мой отец!
Девочка на миг опустила взгляд, а потом вновь посмотрела на джинчурики, но уже слегка грустно.
"- Не нравится мне это..." - напрягся лис. Его что-то смутило, но что - непонятно.
- Н-но это ведь было 10 октября, твой день рождения. Получается, что твой отец дважды умер в день твоего рождения? Да и не только он! Столько людей и хороших шиноби! Вся война происходила во время твоего дня рождения! И всё ради заполучения хвостатых, которых вылавливали немало лет, значит, началось всё намного раньше!? Люди и тогда погибали!? Зачем же так? Неужели всех жертв нельзя было избежать!? - ребёнок протестовал. Хотя, нет. Мирай не ребёнок. Она очень умна и понимает то, чего не понимают другие, - Неужели организацию нельзя было остановить раньше?
- Можно было, - неожиданно для себя сказала Нару, уставившись на свои дрожащие руки, - всего можно было избежать, Мирай, - шептала блондинка, стараясь вновь запрятать свои чувства куда подальше, - "но мы, люди, такие - поддаёмся эмоциям, не различаем добро и зло, стараемся стать сильнее, но, когда становимся, бывает уже поздно. Мы восхваляем богов, которых никогда не было, были только другие люди, который заслужили себе славу кровью или слезами. Ничего бы не было, если бы я была сильнее! Если бы Саске был сильнее! Если бы верхушки деревень не плели интриги! Если бы люди сами не сеяли ненависть и не пожинали её плоды! Если бы мир был другим! Но нет! Все слепы и не видят того, что лежит перед носом! В детях видят лишь оружие или демонов, которые так и норовят всё разрушить, не понимая, что сами и создают чёртовых монстров!"
- Наруто? - тихо позвала девочка Узумаки, - ты в порядке?
"- Детка, ты не произнесла ни слова. Всё это - лишь мысли в твоей голове. Успокойся." - сказал Курама, стараясь понять, откуда исходила чужеродная чакра, внезапно появившаяся поблизости.
И вправду. Блондинка не проронила ни слова, лишь кричала на саму себя в собственной голове, не замечая, что до крови впилась ногтями в ладони.
- Прости, Мирай. Я, кажется, задумалась, - абсолютно спокойно ответила Нару, широко улыбнувшись девочке, - твоя мама скоро придёт, так что я пойду. Обещай, что не сожжёшь дом, ладно?
- Л-ладно, пока, - сказала обеспокоенная Сарутоби.
Узумаки поспешила ретироваться. Ей было плохо, очень плохо. Дамба, которую она возводила с самого детства, начала рушиться.
" - Держись, детка. На тебя действует чья-то чакра, не подда... "- голос лиса оборвался.
" - Курама!? КУРАМА!" - Наруто была в панике. Скача с невероятной скоростью с крыши на крышу, она направлялась к самому дольнему полигону. Её собственная чакра рвалась и метала, моля хозяйку выпустить её на свободу, а блондинка всё бежала и бежала. Начался ливень, на улице стало очень холодно. Узумаки уже не понимала, замёрзла она или дрожь настолько сильна из-за её психического состояния.
Главное - это удержать контроль. Ради себя. Ради Какаши. Ради детей...
***
Хатаке и Нара очень громко и настойчиво постучали в дверь и, дождавшись, когда её откроют, сразу спросили.
- Где Наруто?
Куренай, что только пришла домой, очень насторожилась.
- Она ушла недавно. За несколько минут до моего прихода.
- Чёрт! - выругался Какаши и уже собирался побеждать искать Узумаки.
- Погодите! - у двери появилась Мирай, - Ей плохо, да? Это я виновата!?
- Тише, Мирай. Почему Нару должно быть плохо? - спокойно спросил Шикамару.
- Потому что это был её день рождения, - уже плача говорила девочка, - а все умирали...
Внезапный выброс коллосального количества чакры резко заставил всех посмотреть в сторону леса. Там, на самом дальнем полигоне, словно огромный костёр, горела золотая чакра. Мгновения спустя она исчезла, рассеилась.
***
Блондинка сидела на полигоне и пыталась отдышаться. Ей удалось свести выброс к минимому. Если бы Узумаки не имела такого контроля, то деревня была бы уничтожена.
Воспоминания и эмоции вновь были огорожены дамбой, но нечто другое вызывало ужасную боль. Чакра. Чужая чакра. Она выжигала Нару изнутри, стараясь захватить контроль. Как бы блондинка ни хотела бросить все силы на борьбу с захватчиком, они были направлены на защиту кое-чего намного дороже её собственной жизни.
Как она была счастлива, когда узнала о двух маленьких человечках, двух малышах от её любимого человека. Узумаки прыгала от счастья и пыталась выкрасть момент, чтобы сказать Какаши. Хотя, он наверняка знает. Конечно, знает! Хатаке всегда обо всём знает! За это Нару любит его ещё больше. Без слов, без действий, её муж понимает, что ей нужно и о чём она думает. Одного взгляда, одного вдоха хватает...
Блондинка заметила перед собой движение и подняла глаза.
- Саске?
Учиха стоял на краю полигона и внимательно осматривал свою напарницу.
- Опять вляпалась, усуротонкачи.
Несмотря на то, что джинчурики ничего не слышала, она прекрасно поняла его слова и улыбнулась, но уже в следующее мгновение вскрикнула и сжалась в комок.
Саске рванул к ней, однако был откинут обратно.
- Не успел, - констатировал Учиха и посмотрел на стоящую перед ним девушку. Как нн посмотри, это не Наруто. Гордая стойка и пронзительный взгляд, но ни капли тепла или света.
- Учиха Саске... - процедила она, - Не мешай.
Позади девушки появился портал.
- Не смей! КАГУЯ! - Саске направил в её сторону огненный шар, - Проваливай!
Ооцуцуки легонько отпрыгнула и улыбнулась.
- Я не ошиблась в ней, - тихий и удовлетворённый шепот.
На полигоне появился Хатаке и хотел было наброситься на ученика за обстрел его беременной жены, но услышал совсем не родной и тёплый голос.
- А вот и отец, сын Белого Клыка.
Какаши встретился с заинтересованным и оценивающим взглядом, вызывавшем мурашки.
- С-Саске? Это ведь не...
- Не Наруто. Да. Это Кагуя, а я ошибся. Меня провели! - с горечью сообщил Учиха.
- А дети!?
- С ними всё в порядке, - пропела девушка, - ваша милая жена бросила все свои силы и защитила их, пускай, я и не собиралась как-либо вредить этим малюткам.
- С чего нам тебе верить!? - гневно спросил Учиха.
- Не знаю... Наруто верит. Поэтому она и позволила мне, буквально две секунды назад, восполнить её резерв и усыпить. Признаюсь, не ожидала. Наверно, она видела мои воспоминания... Прошу прощения, - портал вновь появился, но мужчины не сумели отреагировать, - мне нельзя медлить. Обещаю, Наруто вернётся к вам в полном порядке.
Девушка исчезла, а Хатаке с широко распахнутыми глазами смотрел на то место, где стояла его любимая...