Глава 25
Это было очень необычное место.
С одной стороны возвышались высокие башни Цитадели вокруг шпилей, которых медленно кружились облака Тьмы, изредка касаясь кровли. А противоположная сторона в точности повторяла Академию в Конохе, даже качели, висящие напротив входа, были на месте. Между них шла идеально ровная тропа, умощенная отполированными до зеркального блеска глыбами из серого, как зимнее небо, камня. Край тропы терялся в молочно-белой дымке, простиравшейся вокруг этого места и скрывавшей все остальное. Два здания, одна дорога и больше ничего. Ни людей, ни животных, сплошная пустота, залитая звенящей тишиной, давившей на сознание.
Я продолжал стоять на самом краю тропы, не спеша двигаться вперед. Дороги назад не было - позади меня на расстоянии пальца клубилась та же дымка, и каким-то внутренним чувством мне было известно, что касаться её не стоит. Я поднял голову, посмотрел вверх, надеясь увидеть там солнце или Солнце, но не увидел не того не другого. Точно над тропой, небо словно разрывалось на две части, правая часть которого была темной, а левая просто ослепляла своей голубизной. Сам разрыв шириной в добрых десятка два парнов, если судить по расстоянию тоже был залит молочно-белой субстанцией, остававшейся неподвижной.
"И что дальше?" - спросил я самого себя, ибо не ощущал присутствия ни Кишары, ни Изграила, ни Масар’ина, ни, что было самым странным, Кьюби. - Идти вперед?". Ответ был очевиден, ибо других вариантов не было... или я просто их не видел, или видел, но не осознавал их путями.
На полированных плитах дорожки мои ботинки тихо поскрипывали, и этот единственный звук, слегка разгоняющий тишину, был даже чем-то приятен, хотя в иное время я бы просто разулся, чтобы не выдавать себя. Тропа петляла то влево, то вправо, подчиняясь своей собственной логике, непонятной мне. Я даже начал считать количество шагов от одного поворота до другого в попытке нащупать закономерность, но не преуспел - длина отрезков была хаотической, колебавшейся от одного до добрых семнадцати шагов.
- Три шага вправо, девять налево, шесть вправо, одиннадцать налево, четыре вправо, восемь налево... - начал бормотать я себе под нос, стараясь отогнать от себя напрягающую тишину. Не знаю почему, но мне было неуютно находиться здесь, словно я был похоронен заживо. - Шесть вправо, четыре влево, пять прямо...
Я остановился - теперь тропа не петляла, а резко стала прямой, словно стрела лучника, на всем видимом пространстве. Что бы это могло означать? Теперь идея идти по дороге не выглядела столь разумной, как несколькими минутами ранее, и я обернулся, чтобы посмотреть на пройденный путь и...
- Ксарх! - вырвалось у меня из груди восклицание, ибо пути назад не было... уже не было. Словно подталкивая меня вперед, за мной простиралась молочная дымка, держась на расстоянии в палец от меня, скрыв пройденный маршрут. - Только этого мне не хватало, - буркнул я себе под нос, запуская руки в карманы. Увы, там ничего не нашлось, и я, не отрывая взгляда от пелены, подобрал с земли неведомо откуда взявшийся камушек. Короткий взмах, и снаряд влетел в пелену, а я принялся считать. Досчитав до десяти, мне стало окончательно понятно, что стоит держаться от мглы как можно дальше. Если только...
Тьма затрепетала вокруг правой кисти, вытянулась, зримо уплотняясь, и спустя пару ури приняло форму обычного тренировочного шеста, которым заменяли меч на начальном этапе обучения в Цитадели. Покачав его в руке, я чуть отстранился назад и предельно осторожно ткнул в пелену концом шеста. Он с легкость вошел в преграду и... застрял! Я дернул его назад, но мгла держала крепко. Схватив шест двумя руками, потянул его назад изо всех сил так, что мышцы затрещали от напряжения, но пелена не хотела выпускать новый трофей. Промучившись еще пару попыток, я смахнул выступивший пот со лба, быстро сложил печать, развеивая шест. Тьма мгновенно рассеялась до самой дымки, и передо мной снова стояла обманчиво невесомая стена из, не знаю даже чего, но явно не уступавшего Тьме по Силе.
Пришлось повернуться к дымке спиной, и сразу приподнять брови - дорожка, буквально минуту назад бывшей идеально прямой и уходящей за горизонт, исчезла, уступив место парку. Очень знакомому парку - он был в трех кварталах от Цитадели, и мне часто приходилось проходить мимо него. Внутрь я никогда не заходил, но эти кованые ворота с символом Солнца, которые были прямо передо мной, я помнил хорошо.
"Мне нужно идти туда? - спросил я самого себя, осторожно протягивая руку к ажурной конструкции, и замер затаив дыхание. Если слух меня не обманывал, а это практически невозможно, то там был кто-то напевавший какую-то песню. Я прислушался, пытаясь разобрать слова.
- Спи, малыш, не тужи,
Глазки закрывай и не унывай!
Сны придут к тебе, малыш,
Под покровом Тьмы!
"Колыбельная?" - ворота без скрипа открылись, и я вошел внутрь парка. Он был построен в виде лабиринта, но не сложного, чтобы гуляющие здесь не блуждали незнамо сколько времени, а просто могли отдохнуть. Я снова прислушался, что бы понять, откуда доноситься голос.
- Спят Гвардейцы и Совет,
Спит наш Князь и просто дед.
Спят и огры и аледы,
Спят прославленные предки!
Голос был женским и почему-то кажущимся мне безумно знакомым, словно забытым очень и очень давно. Я повернул направо и быстрым шагом направился по зеленому коридору. Стоп, какому коридору? Я резко затормозил и внимательно посмотрел на растения. Память меня еще не подводила, и я точно помнил, что вся растительность в парке была фиолетовой - от бледного до почти черного, в зависимости от сорта келмарских кустов - но никак не ярко-зеленой. Я протянул руку, осторожно сорвал листок с куста. Потер его в пальцах, понюхал, и по запаху понял, что это лавр благородный. Именно из него были сделаны фигуры в парке отдыха в Конохе, неподалеку от Академии. Но как он мог оказаться в Столице?
- Спи малыш, не тужи,
Глазки закрой и погрузись в сон.
Тьма придет к тебе во сне,
Защищая ото всех!
Голос был другой, он казался моложе и был чуть выше по тембру. Значит здесь не одна женщина, а две или больше. И возможно они смогут мне рассказать, куда я попал.
Кстати говоря. А как я вообще здесь очутился? Мои ноги снова понесли меня вперед, а я искал в памяти последние воспоминания. Но, к сожалению, ничего не мог вспомнить - последнее, это разговор с Сакурой. Дальше полный провал.
Я повернул за угол и оказался в новом коридоре, который бежал вперед. Пробежав по нему десяток метров, остановился на развилке, ожидая нового куплета, который посвящен врагам. Врагам?
- Коль враги к тебе придут,
Ты не бойся, мой малыш,
Ты ведь спишь - они уйдут,
Убоявшись Тьмы!
Я продолжил двигаться вперед, гадая - откуда я мог знать, что будет дальше в песне. В памяти что-то сдвинулось, поднялось вверх, и на краткий миг мой взор затуманился, потеряв четкость. Пришлось остановиться и опереться рукой на зеленую стену коридора, выравнивая дыхание. Даже не заметил, как оно сбилось. Глубокий вдох, задержать дыхание, выдох и снова вперед. Взор прояснился, а в памяти вплыли строки. И когда первый голос начал куплет, я неожиданно для себя начал подпевать.
- Спи малыш, не зевай,
Глазки закрывай!
Завтра долгий день -
Силу набирай!
Очередной поворот, и лабиринт неожиданно кончился небольшой площадкой, на которой тихо журчал маленький фонтан. Вокруг него были расставлены скамьи с высокими спинками, на которые можно было вольготно облокотиться спиной и даже вздремнуть. На той, что расположилась аккурат напротив меня, сидели две женщины.
Сидевшая по левую руку от меня, осторожно баюкала младенца, не сводя с него своих синих глаз. Она была огненно-рыжей и на вид ей было лет двадцать-двадцать пять, коль можно было судить. Одетая в кроваво-красно кимоно, девушка покачивала ребенка, и от них двоих буквально исходили волны нежности и заботы. Присмотревшись внимательнее, я понял, что ребенка девушка качает не в руках, а своими волосами. Они словно живые лианы аккуратно поддерживали младенца, мерно вздымаясь и опускаясь.
- Спи малыш, не тужи,
Глазки закрывай и не унывай!
Сны придут к тебе, малыш,
Под покровом Тьмы!
Теперь я посмотрел на её соседку и замер неподвижно. Высокая, не броско одетая в серую тогу женщина была старше спутницы. Светлая кожа и резко контрастирующие при этом темные вьющиеся волосы, становившиеся светлее к кончикам, говорили о том, что она родом из Столицы. И еще краше об этом говорила светло-синяя повязка, скрывавшая её глаза, тонкий браслет на запястье и линий татуировок, змеившиеся от локтей к плечам. Жрица тоже смотрела на ребенка и чуть качнула головой, мягко улыбнувшись соседке.
- Уснул, - она говорила весьма тихо, чтобы не разбудить ребенка, но в тоже время достаточно громко, чтобы можно было разобрать слова. - Какой он у тебя сегодня возбужденный, Кушина. Обычно он засыпает раньше.
- Ему нравиться, как ты поешь, Геката, - так же негромко ответила ей девушка, поправляя пеленки, на которых я сумел различить символ Конохи, и почему то я не удивился этому. Куноичи и Жрица, сидящие рядом в парке из Столицы, засаженном растениями из Конохи. Ах да, и в четыре руки опекающие младенца.
Бред? Бред. Галлюцинации? Точно так. Вот только это не может случиться со мной - мой разум закален сильнее стали, и максимум что может случиться это провал в памяти. "Но у тебя не родное тело!" - ехидно-предательская мысль выскочила наверх, но пропала втуне. Тело - не разум, тело всего лишь оболочка, которая удерживает разум и Сущность. А потому все происходящее... кхм. Все мои логичные рассуждения завершались тупиком, и все потому, что я не мог понять, где нахожусь. Я посмотрел на сидящих на скамейке женщин, почесал в затылке и деликатно кашлянул, привлекая к себе внимание. Мне это удалось - обе незнакомки повернули головы ко мне. Та, которую звали Кушиной, нахмурилась, а Геката наоборот тепло улыбнулась и прижала ладони к груди.
- Простите, вы мне не подскажете, что это за место? - начал я с самого главного вопроса, надеясь получить ответ, но услышал совершенно не то.
- Не так громко, - прошипела в ответ куноичи, быстро наклоняясь к ребенку. - Подойди ближе и не кричи - разбудишь Наруто, - я уже успел подойти буквально на пять шагов, как говорившая вскинула на меня глаза, пронзив достаточно злым взглядом. - Так достаточно близко. Ближе не подходи, - в подтверждение своих слов, девушка перенаправила часть своих волос в мою сторону, словно предупреждая дополнительно.
- Не обижайся на Кушину, - мягко промолвила Геката, до того как я успел возмутиться поведением куноичи. - Она долгое время была разлучена с сыном и теперь пытается наверстать упущенное, - за эту фразу Жрица получила недовольный взгляд от красновласой девушки. Я покосился на запеленатого младенца, прикинув в уме, что ему от силы пара дней от роду, а то и меньше. И как они могли быть долго разлучены - непонятно. Хотя, она же мать - может и час для неё колоссальный срок. - Ты что-то хотел спросить у нас?
- Что это за место? - спросил я прямо в лоб у Гекаты, думая, что её голос кажется мне знакомым. Да и внешне, она мне кого-то напоминала, но я в упор не мог понять кого.
- Это Перекресток, - несколько грустно ответила мне собеседница. Перекресток. Угу, ясности это ни прибавило не на гран, а развернутого ответа я точно не получу. Мой взор снова наткнулся на младенца, и лоб прорезала морщина. С этого угла мне было прекрасно видно его лицо, и взгляд невольно выхватил пару деталей. Младенцу было от силы пара часов от роду, а не дней. Он был блондинистым, а по щекам пролегали...
Я провел пальцем по щеке, аккурат по полоске темной кожи, пересекавшей лицо. Если внести поправку на возраст, то...
- Его зовут Наруто, верно? - я посмотрел на куноичи в красном кимоно. Она чуть повернулась ко мне, и по моей спине прошелся легкий холодок - кимоно было серого цвета, а красным оно было от огромного количества крови. Ни кто из известных мне существ не выжил бы при такой кровопотере, и моя правая рука моментально окуталась темным пламенем. - Кто вы? - я сделал шаг назад. И хотел отойти еще дальше, но не успел.
- Замри, если хочешь жить! - неожиданно резким, не терпящим споров, голосом рыкнула на меня Жрица, и я краем глаза заметил, как заострили кончики её ушей. Это говорило о том, что передо мной не просто Жрица, а Жрица владеющая Слой Тьмы и являющаяся сатурой - редким даром обращения в моменты опасности в аватару Тьмы. Сражаться с такими существами просто неимоверно сложно, ибо сатуры в облике не чувствуют боли и способны с легкостью порвать даже лемура или огра. - Посмотри назад.
- И подставить спину? - ответил я вопросом на просьбу женщины. Она нахмурилась в ответ, тяжело вздохнула.
- И в кого ты такой упертый, - усталым голосом промолвила она, заставив меня удивленно приподнять брови. - Клянусь Тьмой, ни я, ни Кушина не станем нападать на тебя. Просто обернись и посмотри, - я сделал вид что колеблюсь, пристально глядя на неё, а затем молниеносно обернулся с такой скоростью, что затрещали позвонки. Изначально, я хотел потратить на это пару мгновений, но так и застыл, глядя на густой туман, придвинувшийся ко мне вплотную. Еще бы чуть-чуть, и я бы влетел спиной в марево, не останови меня Жрица. А то, что это явно не рекомендуется делать, я понял давно. - Увидел? - с легкой насмешкой поинтересовалась у меня Жрица.
- Увидел, - только и сумел ответить я, оборачиваясь обратно к женщинам... или скорее не женщинам, а к чему-то принявшему женский облик. Пару минут мы молча смотрели друг на друга. - Отсюда можно выбраться?
- Даже если тебя съели, у тебя все равно есть два выхода, - как можно ехиднее промолвила Кушина, продолжая покачивать Наруто. Геката тихонько фыркнула, а я невольно приподнял уголки губ.
- Либо вылезти обратно, либо прогрызть путь наружу, - несколько мгновений куноичи недоуменно смотрела на меня, после чего очень тихо рассмеялась. Подождав, пока она отсмеется, я снова повторил вопрос. - Так как отсюда можно выбраться?
- Никак, - грустно ответила мне Жрица, качая головой. - По крайней мере, самостоятельно тебе отсюда не уйти, Наруто.
- Намекаете на то, что я умер? - спокойно спросил я её, и обе мои собеседницы быстро переглянулись меж собой.
- Почему ты так решил?
- Потому что двое из вас троих гарантировано мертвы, - мой взгляд остановился на Кушине и её сыне, потом перескочил на Гекату. - Вы, Геката, скорее всего тоже. А значит...
- А твой сын не дурак, - покачала головой Кушина, и я застыл столбом, уставившись на Жрицу. И чем дольше я на неё смотрел, тем сильнее понимал, что это так.
Плотина, воздвигнутая в моей памяти, затрещала и исчезла, обрушив на меня поток образов, посвященных матери. Тысячи тысяч картинок порождали жгучую, дикую боль, от которой не было спасения, и я заскрежетал зубами. Ноги подкосились, а поток все продолжал литься и литься...
Сколько времени прошло? Секунда? Час? Вечность? Я сам не понял, когда это прекратилось, придя в себя лежащим на спине. Рот был полон крови, горько-соленой на вкус, а голова просто раскалывалась на части. С трудом переворачиваюсь на бок, сплевываю и кое-как сажусь на ноги. Мать стояла буквально в шаге от меня, крепко стиснув кулаки, бледная и взволнованная. Её глаз не было видно, но я чувствовал, как она смотрит на меня.
- Наруто, как ты? - голос Жрицы был полон заботы и нежности, и на краткий миг я почувствовал укол совести.
- Нормально, - рассеянно ответил я ей. Встал на ноги, посмотрел на неё. Я вспомнил все, что связывало нас, кроме одного... - Почему ты отдала меня в Цитадель? Ведь Жрица имеет право оставить ребенка. Почему? - мне и вправду хотелось узнать ответ на этот вопрос. И понять, что двигало ей, почему она отдала самое дорогое, что было у неё. Геката вздрогнула всем телом, опустила плечи.
- Я не отдавала тебя, Наруто, - голос Жрицы был едва слышен. - В тот день в наш дом забралось несколько гхолов, - я стиснул зубы так, что затрещала эмаль. - Я пыталась спасти тебя, но моих сил не хватило.
- Но тогда как... - хотел было спросить я, но мать предугадала мой вопрос.
- Один Разрушитель, возвращающийся в Цитадель, почуял их и атаковал. Он сумел их перебить, но для меня было слишком поздно. Он и забрал тебя, отвел в Цитадель.
- Но тогда почему я...
- Я попросила его закрыть твои воспоминания. Я... Я не хотела, чтобы ты страдал, Наруто. Лучше лишиться памяти, чем раз за разом переживать этот кошмар.
- И потерять воспоминания о самом дорогом человеке? - глухо спросил я, видя свою правду в этом вопросе. Жрица грустно улыбнулась.
- Забыть дорогих тебе людей просто не возможно... - перед глазами все поплыло, фигуры потеряли четкость, а затем яркая вспышка...
В себя я пришел рывком. Только что я был рядом с матерью, а теперь тупо пялюсь в не очень-то высокий потолок, прикрытый слегка замызганными панелями. Писк медицинских приборов, остро характерный запах лекарств - госпиталь. Я криво усмехнулся глубоко внутри - где же мне еще быть? Только в больнице или на кладбище, но в случае с кладбищем, я бы точно не очнулся.
"Интересно, сколько времени я провалялся без сознания?" - спросил самого себя, и тут же прислушался к спору, который звучал в моей голове.
"А я тебе говорю - это была подстава!!! - судя по интонациям, Кьюби буквально распирало от ярости и злобы. - Я ни хрена не мог сделать - яд наглухо заблокировал меня в клетке!"
«Да, я не спорю! - огрызнулась в ответ Изграил, взбешенная не меньше Лиса. - Меня бесит тот факт, что мы ничего не могли поделать, и Наруто едва не погиб», - накал страстей был нешуточным — мои друзья-Атрибуты находились в крайней степени раздражения, и уже начали переходить на личности.
«Как у вас тут дела? - спросил я их материализуясь в зале. - Скучали?»
«НАРУТО!!! - от этого яростного, полного облегчения рева, я оглох, а спустя ури был буквально погребен под несколькими демонами и иными существами. В какой-то миг, мне стало радостно, что Лис не может вылезти из клетки, а то я бы просто был раздавлен в лепешку. - Ты в порядке?» - этот вопрос задала мне Кишара, пристально глядя мне в глаза. Несколько мгновений я прислушивался к подаваемым сигналам от тела и только покачал головой.
«Жив, но не в лучшей форме. Судя по ощущениям сломаны рука, ребра и потерял много крови. Что вообще произошло? Как вас смогли отсечь от меня?» - я специально задал этот вопрос, чтобы немного отвлечь их всех от своей персоны, ибо когда все успокоятся…
«Нектар «Сладкого сна», - фыркнув, назвал название яда Кьюби, постучав когтем по решетке. - Легко сделать, легко найти ингредиенты и почти не оставляет следов после себя. Замедляет движение чакры в теле до минимума, и, как выяснилось, усыпляет всех остальных из нас»
«Хм-м-м, а мне показалось, что чакра остановил…» - я прикусил язык, но было поздно. Крепкие объятия Атрибутов превратились в неразрушимые оковы, которые я не смог бы разорвать при всем желании.
«Поправь меня, если я ошибаюсь, Наруто, - неожиданно ласковым тоном проворковала Изграил, прямо мне на ухо, заставив посмотреть на сфинкса. - Ты что знал, что тебя отравили?» - от чарующей улыбки демона-кошки веяло лютым холодом.
«Ну-у-у, я это понял буквально перед самым боем...» - был вынужден признаться я, ибо отрицать это было бесполезно, продолжая коситься на вопрошавшую. Улыбка меча стала еще шире.
«Думаю, - оценивающе посмотрев на меня, промолвила она, - что я отгрызу тебе ухо!» - ровные, белоснежные зубы кошки мгновенно превратились в кривые острые клыки, способные перекусить даже сталь. Судя по яростно горящим глазам сфинкса, она собиралась исполнить обещанное прямо сейчас, а потому…
«Я виноват, - сфинкс замерла неподвижно, словно была статуей. Остальные же просто воззрились на меня так, как будто я приписал себе божественную сущность. - Я серьёзно — я правда виноват перед всеми вами, но что мне оставалось делать? Отступить или сдаться я не мог, а кроме того я просто не ожидал, что у Кибы поедет крыша от ревности, и он решит меня прикончить используя запретные техники», - я говорил искренне, не обманывая свои Атрибуты.
«Что-то я не чувствую, что бы ты особо раскаивался!» - задумчиво пробормотал вирм, пристально глядя на меня. Я уже открыл было рот, но меня опередили.
«Главное, что он сознательно признает свою ошибку, Масар'ин, - буркнула все еще злая Кишара и осторожно ослабила хватку, освобождая меня от захвата. Ваку свернулась кольцами на манер змеи и посмотрела на меня. - Зачем ты вообще полез туда? Ты ведь мог просто потребовать проверки организма и всё всплыло наружу? - я ошарашенно воззрился на повязку, впервые слыша об этом. Демонеса тяжело вздохнула, без труда поняв меня. - Ясно… - короткая пауза. Она слегка покачалась влево-вправо, снова замерла. - Так зачем ты спустился на ристалище?»
«Надеялся поймать убийцу Наруто, - ответил я Кишаре. Изграил протянула лапу, положила её мне на лоб, покачала головой. По озабоченному взгляду кошки было видно, что она решила, что у меня либо горячка, либо я просто сошел с ума. Примерно тоже самое можно было увидеть в глазах ваку. - Я не свихнулся. Сама посуди: меня отравили, но когда я спустился вниз, то тут же заставили избавиться и от Изи и от Масар'ина. О чем это должно говорить?»
«Что тебя решили заманить в ловушку, и ты, как дурак, полез в неё, хотя правильным бы было поднять хай и заставить все проверить! - вмешался в спор молчавший до сих пор Кьюби, вцепившись лапами в прутья решетки. - Тебе было мало прошлого раза? Или ты извращенец любящий ставить себя на край?» - если бы Лис мог метать молнии или испепелять взглядом, то меня должно было уже раз двести разложить на атомы.
«А толк? - спросил я его, выгибая бровь, чтобы показать свое отношение такой постановке вопроса. - Если бы я поднял, как ты говоришь хай, то бой бы просто отменили, а всех потянули разбираться. Убийца бы просто сделал вид, что ничего не знает или попросту сбежал, а потом ударил в неподходящий момент. А так я сумел узнать кое-что о нем!»
«И что ты узнал?» - несколько холодно поинтересовалась Кишара, тщательно скрывая любопытство. По её виду было видно, что она несколько успокоилась и старалась думать рационально.
«Он богат, терпеть меня не может и готов пойти на жертвы среди своих пешек, ради того, чтобы прикончить меня. Кроме того он очень хорошо разбирается в психологии людей и способен манипулировать ими по своему усмотрению», - Атрибуты и Лис притихли, переваривая полученную информацию. Пару минут они осмысливали сказанное мной, анализируя полученные данные.
«В Конохе не так много богатых людей и кланов, - нарушил первым тишину Кьюби, задумчиво теребя край левого уха когтями. Он посмотрел на меня чуть нахмурившись. - И можешь мне поверить, у каждого из них есть возможность грохнуть тебя и без лишнего шума, а не устраивать этот цирк!»
«А может именно цирк и нужен чтобы сбить остальных с толку? - выдала гипотезу моя повязка, а я тихонько покинул зал, оставив Атрибуты и Лиса спорить дальше. Вернувшись в реальность, пару минут тихо лежал не шевелясь, прислушиваясь к окружающему миру.
Помимо писка приборов, до моего слуха донеслись звуки дыхания еще нескольких человек. Навскидку их было двое: один слева от меня, другой справа. Поворачиваю голову направо и вижу светлые волосы рассыпанные по подушке. Понятно, это Ино, а справа…
Длинные рыжие волосы были только у одного человека на экзамене — у Ризу, а значит я провалялся в беспамятстве как минимум один бой. Я невольно прислушался к дыханию это взбалмошной девицы и чуть скривился — судя по едва слышному звуку девочке изрядно досталось, меньше чем мне, но ненамного. «И кто мог так тебя хотеть убить?» - спросил я самого себя, но ответа естественно не получил. Ладно, хватит валяться, словно умирающий, пора возвращаться в зал и наблюдать за ходом других боёв. Несколько печатей, и тончайшие усики Тьмы, скользнув из самых темных уголков палаты, юркнули мне под одеяло, оплетая тело. Им потребовалась пара минут, чтобы впитаться в кожу, и я почувствовал себя вполне сносно. По крайней мере теперь я мог рискнуть встать с койки, а не просто свалиться с неё мешком.
Сесть мне удалось не сразу, а только со второй попытки, но главное удалось. Оглядевшись я нашел взором свои вещи и, стараясь не шуметь, принялся одеваться. Видок наверно еще тот — больничные штаны, туча бинтов, а поверх всего этого куртка Охотника и меч в придачу. Теперь осталось только по тихому улизнуть из палаты, желательно ни с кем не столкнувшись. Вряд ли я смогу внятно объяснить, что смерть мне уже не грозит...