20 глава
Переступив порог родной квартиры, я облегченно бросаю рюкзак у порога. Само задание не было не сложно, как обратная дорога. Несколько десятков километров я нес на себе капитана Ямато и, что хуже всего, слушал крики Сакуры. Эта девчонка просто невыносима! Как она вообще могла мне когда-то нравиться?! Как стыдно за юные года…
Бледноликий мой товарищ по команде, как ни странно, не проронил не единого слова. Хмуро плелся за нами, изредка бросая холодные взгляды в мою спину. По-моему, если на моей жилетке останутся следы инея, я совсем не удивлюсь. Тем не менее, эта миссия более чем доказала, что Сай отлично умеет атаковать… в спину. Когда ты не ожидаешь этого. Мелкий, гадкий хам…
Быстро сбросив с себя всю одежду, я небрежно кидаю ее в ванную комнату. Потом постираю, потом. Сейчас единственное, что я хочу — полежать. Потом принять душ и перекусить. Затем мне нужно явиться на ковер к Цунаде и безропотно отчитаться о проделанной миссии. Не знаю, почему этой женщине вдруг "не хватит" показаний Ямато, но парни у ворот Конохи передали ее приказ. Соскучилась, небось, старушка!
Прохлада постели, ее мягкость и нежность так и манят мое уставшее тело в свои объятья. Упав на свое ложе, невольно ощущаю, как мышцы расслабляются, становясь кусками ваты. Я — один большой и уставший кусок ваты. Сейчас бы вздремнуть часок-другой, да нельзя — госпожа Цунаде будет недовольна. А я, все-таки, джентльмен, который не может заставлять даму ждать. Потому что эта дама может одним пальцем снести целый квартал…
Я улыбаюсь от этих мыслей, что немного придает бодрости. Почему-то в этот момент я чувствую себя таким счастливым и полноценным, каким иногда был в гостях у Акацуки.
Неохотно встаю с постели и лениво шагаю в ванную, почесывая свою светлую макушку. Живее бы сходить к Пятой, а потом, думаю, нужно навестить старика-извращенца. Пропустим с ним по стаканчику чая и устроим пару-тройку тренировок. Не думаю, что жабий отшельник откажет мне в таком удовольствии. Но, кроме шуток, он действительно дельный человек. Может, он перероет свои старые свитки и найдет мне новые техники. Это было бы довольно кстати.
Выбравшись из лабиринта своих дальнейших планов, я поднимаю одежду и закладываю в стиральную машину. Мельком глянув на себя в зеркало, становлюсь под душ и включаю воду. Ледяная вода, что хлынула на меня мощным потоком, заставляет окончательно очнуться. Чертов душ! Беспомощно пытаюсь сделать воду теплее, до максимума выкручивая красный кран. Видел бы меня сейчас кто-нибудь — ниндзя с риннеганом, обладающий многими техниками и живший несколько лет под одной крышей с Акацуки стоит голый в душе и истерично пытается исправить свое холодное положение… но ведь никто меня не видит!
Выбравшись из этой водной тюрьмы, я уже бодрой и легкой походкой продвигаюсь на кухню. Сооружаю себе рамен и кружку чая и, войдя в состояние полной гармонии с миром и желудком, с удовольствием поедаю сие творение. Но затягивать с трапезой тоже нельзя, поэтому я уплетаю все очень быстро и, осушив целую кружку чая за один раз, спешу одеться, после чего натягиваю протектор Конохи на голову, прячу в карман несколько денежных купюр и, подмигнув своему отражению, выхожу из квартиры.
На улице солнечно и безветренно, просто безупречная погода! Люди куда-то бегут, торопятся, словно муравьи в траве, и совсем не замечают всю прелесть нынешнего дня. Конечно, можно до бесконечности философствовать на эту тему, но мне не хочется тратить бесценное время на подобные мысли. К тому же, заблудившись в собственных думах, можно завернуть не в тот проулок и оказаться в другом конце деревни.
В резиденции все та же нерушимая тишина. Дохожу до кабинета Пятой и тактично стучусь. После короткого «входите» открываю дверь и прохожу.
— Добрый день, госпожа Цунаде, — любезно приветствую главу деревни, — вызывали?
Женщина громко захлопнула какую-то книгу и медленно перевела взгляд на меня. Сказать, что она сердиться — ничего не сказать. От нее так и пышет гневом. Хоть еду подогревай около нее…
Что за самовольство, Узумаки? — сдерживая желание наорать на меня от всей души, задает вопрос Цунаде.
— О чем вы?
— Не притворяйся идиотом! — Уже не выдерживает глава деревни, испепеляя меня взглядом. — Кто позволил тебе уклониться от прямого приказа?! Кто разрешил тебе вести команду в логово врага?! Из-за твоего упрямства и глупости миссия провалена! Вы… ты упустил шпиона! Скажи мне, мальчишка, как можно поймать шпиона, поймать Орочимару и потерять их?! Неужели ты не понимал своей пустой головой, чем могло кончиться твое «геройство»!
Закончив свою зверскую триаду, Пятая, грозно нависнув над столом, буквально пар из носа пускала. Не хватает только кольца в носу, красных глаз и больших рогов. Впрочем, теперь я понимаю, почему вся деревня трясется перед ней — орать умеет она умеет знатно. Но меня этим не испугать! Если уж я и вылечу из Конохи — Гаара найдет мне местечко у себя.
— Отвечай мне! — громких удар кулака о стол заставляет меня вздрогнуть. Надо бы хоть что-то сказать, а то и правда переезжать придется.
— Я лишь хотел доставить в деревню на одного беглеца больше и…
— Я давала распоряжение? Я давала указ о его поимке?! Учиха — опасный преступник… как у тебя вообще хватило ума тащить с собой команду?
— Ведь и я не из робкого десятка, — дернув бровью, самодовольно отвечаю я. — Тащить, как вы выразились, я никого никуда не собирался. Я планировал идти к Саске в одиночку, без риска в лицах моих товарищей. Это моя позиция, все остальное, я думаю, вы уже знаете со слов капитана Ямато.
Цунаде глубоко вздыхает и садиться на место. Ее гнев заметно поубавился, но она все еще негодует. А чего это она, собственно, переживает? Ах да, забыл, я ведь «лучшее оружие» деревни, еще бы!
Женщина открывает дверцы стола и что-то нервно ищет. Ее руки трясутся, да и общее состояние требует чего-то. Достав бутылку саке, глава деревни без стеснения отпивает треть. А душа, а тело-то саке требует! Тем не менее, она тут же успокоилась, едва ее вкусовые рецепторы ощутили алкоголь.
— Наруто, — преспокойным голосом продолжает Цунаде так, будто совсем не на меня орала пару минут назад, — ты должен понимать всю ответственность, которую ты взял на себя. Капитан Ямато пострадал от удара Учихи. Это твоя вина. Вы потеряли информатора и преступника, что тоже, по большей части, твоя вина.
— Госпожа Хокаге, а вам не кажется глупым обвинять меня в провале миссии? Я не выставляюсь, но совсем немногие из команды номер семь рвались в бой. А когда настала возможность доставить отступников в деревню, эти немногие решили пойти со мной, дабы оказать ту же помощь, что и на мосту.
— Не сравнивай себя с ними, — отпивая из заветной бутылки, бросила женщина, — у тебя додзюцу и огромный запас чакры. Я не сомневаюсь, что ты бы доставил Учиху в деревню, но ты подверг немалому риску целую команду. А это непозволимо.
— Тогда, я думаю, пора повышать меня в ранге и давать одиночные задания, — не выдерживаю я. Что за бред? Я один виноват в том, что хотел «помочь деревне»? Да пускай они тогда катятся к чертям! Ни одной печати для них не сложу! Да что там, и шагу ради них не сделаю!
— Я обдумаю это, Наруто. Но имей в виду, ты в ответе за тех, кто слабее. С огромной силой, как известно, приходит огромная ответственность, — уже в стиле великого бывалого философа рассуждает Пятая, с важным видом рассматривая пустую бутылку.
— Я могу идти?
— Конечно, — поднимает взгляд на меня Цунаде. В глубине ее карих глаз плещется теплота, навеянная алкоголем. Она придирчиво рассматривает мою фигуру, останавливаясь на отдельных частях. Пожалуй, в голову лезть не буду…
— Удачного дня, госпожа Цунаде, — кивнув, отхожу к двери. По телу так и бегают мурашки от ее взгляда.
— До свиданья, Наруто, — уже с улыбкой отвечает женщина и откидывается на спинку стула.
Когда резиденция остается позади, я спокойно выдыхаю. Да уж, вот это «до свиданья»! Какого черта?! Зачем она вообще меня вызывала? Поорать, попить и свалить вину на меня? Мелочи бы лучше на карман подкинула…