Глава 2. Возвращение "блудного" сына
Я лежала у себя в комнате, как обычно, никого и ничего не трогая, слушала музыку и просматривала новости вконтакте . Комната, где меня поселили была огромной и светлой, уставленная мебелью эпохи романтизма. Это комната Романа. Мне же здесь принадлежал только диван и огромный вещевой сундук, над которым красовалось резное зеркало и висячее вьющееся растение. Мне выдали на руки комплект белья, а плед сказали стянуть с кровати их сына. Я же еще тогда спросила о том, а не убьет ли он меня за его имущество. Старички лишь тихо посмеялись и проводили меня наверх, в общую комнату. Здесь повсюду развешаны фотографии космоса, каких-то странных изобретений, а в углу стоял огромный телескоп, к которому я проявила наибольший интерес. Он был позолоченный с вырезными яркими цветами и диковинными узорами. Вот приедет их сын, обязательно попрошу его показать мне эту штуковину.
Я умирала от скуки, делать мне было нечего и я решила спуститься вниз и попросить у моей приемной матери нужные для рисования предметы, при этом прикрыла свой ноутбук и поправила плед на диване. Ведь я обещала, что в комнате будет порядок. Спускаясь по винтовой лестнице, я заметила приемного отца, который был увлечен просмотром утренней газеты.
-Пааап! -крикнула сверху я - Ты маму не видел?
Алексей Олегович поднял на меня глаза и ответил :
- Посмотри на кухне. Она там должна была быть . А ежели ее там нет, то она пошла в магазин за курицей. Сегодня сын приедет, а в холодильнике будто мышь повесилась - последние слова дались мне с трудом, да и сказаны они были без особой радости.
Получается сегодня приедет Роман знакомиться со мной, сводной сестрой...
И я бегом побежала в душ. Никакие краски и альбом мне были уже не нужны. Единственное, что волновало в данный момент - мой внешний вид. Ах да, ещё и отношение... Как он меня воспримет? Вопросов было много, а ответов так мало.
Через полчаса я уже была готова. Более менее прилично выгляжу теперь.
Я устроилась с ноутом и кружкой морса на диване и как-то неудачно моргнув,заснула .
Когда я открыла свои глаза, за окном было уже темно и комната мне не казалась уже такой спокойной, напротив, она навевала мысли о вечном и казалась жутковатой. Чуть сожмурившись от света , я посмотрела на время. Было полвосьмого вечера, время ужина. Обычно , меня звали кушать, но сейчас я ничего не слышала и решила сама спуститься в столовую. Но прежде, я поправила свои длинные волосы, сколола их заколкой и переоделась в длинное до пят вечернее платье. Нет, не в праздничное. Вечернее платье, в смысле платье для сна. Но оно походило больше на обычный сарафан, поэтому в нем даже можно на люди выйти.
Спустившись в столовую, я не увидела ни единой живой души. Только часы с кукушкой предательски пробили половину. С кухни даже не пахло приготовленной едой. Странно. Но я решила подняться наверх и поискать кого-нибудь. Из ванной доносился шум воды. Я приоткрыла дверь и увидела крепкую мужскую фигуру, с отчетливым рельефом мышц. Это, видимо, Роман... И я тихо на цыпочках ушла к себе в комнату и позвонила Алисе Геннадьевне. Она мне сообщила, что они уехали по работе срочно в командировку и будут не раньше чем через месяц, также сказала, что Рома за мной присмотрит . Значит, он уже в курсе, что я-часть его семьи..
Я разложила диван и все аккуратно заправила, приготовив себя ко сну. Дверь в комнату открылась и вошел теперь мой брат . Он оглядел меня с ног до головы и не спуская оценивающего взгляда протянул мне свою руку.
- Роман Алексеевич, но для Вас можно просто Рома -представился мне он - А Вас как изволите величать, маленькое создание?
Я не маленькая! Я вообще-то школу закончила!! Я готовить сама с десяти лет умею! Я самостоятельная!! Я.... Я...... Я.... Немного спустив пыл, ответила :
-Инесса , для своих просто Несси -мои глаза смотрели в пол, ибо я не хочу показаться странной, разглядывая черты его лица, как художник.
-Несси, Вы наверное голодны, спустимся в столовую? - да он прямо как в воду глядел и чуть позднее прибавил - И да, не смотрите в пол, а то мне кажется, что Вы меня боитесь... Ну или разглядываете трещины, оставшиеся от моего подросткового дебоширства.
Он засмеялся. Это был самый приятный смех, который я только слышала в своей жизни. Бархатный, легкий, как осенний ветерок...