Чимин перестал считать.
Они в тайне ото всех встречаются ночью на берегу озера три-четыре раза в неделю. Чимин на протяжении месяца приходил домой поздно и весь в синяках, а после оправдывался перед семьёй тем, что ходит подышать ночью или что упал, когда выходил в туалет. Расспросы с каждым разом становились всё настойчивее, но и омега с каждым днем учился всё большему, поэтому количество гематом на его теле уменьшалось, по сравнению с самым началом.
Чонгук оставался таким же высокомерным и вредным, но в конце занятий, когда они оба были без сил, был максимально открыт и даже мил, что Чимину очень нравилось. Ему сам альфа нравился, если быть честными. Он был невероятно красивв, даже когда по его лицу тек пот. Парень до сих пор не уверен, возможно ли такое, все ли в армии такие красивые, но он мог с точностью сказать, что если бы это было так, война не длилась бы так долго. Все-таки красота - вещь убийственная, и Чимин может подтвердить это смело, когда в который раз отвлекается на разглядывание лица мага огня, и тот нагло пользуется этим, опрокидывая его на землю. Но и сказать, что Чонгук тоже на него не смотрит, нельзя. Чимин частенько ловит его за этим и смущается, стараясь сразу посмотреть в своё отражение в воде и убедиться, что у него на лице ничего нет.
В целом тренироваться с Чонгуком здорово. Он правда показывает Чимину многие приемы, не связанные с магией, и омега понимает, что в случае чего сможет постоять за себя и без воды. Также с Чонгуком бывает неловко. Альфа иногда принюхивается к его запаху, осторожничает и мягко берёт за руки, обездвиживая и аккуратно роняя на землю. Как он говорил, ты не победил, пока противник стоит на ногах.
Сегодня Чимин снова идёт туда, пробирается сквозь чащу и пытается вспомнить всё, что они прошли на прошлом занятии. Ему всё ещё немного непонятно, почему маг огня так сюсюкается с ним, но он понял, что Чонгук можно доверять, поэтому особо и не задумывается об этом.
Чонгук снова стоит спиной к лесу. Он всегда, дожидаясь Чимина, смотрит на водную гладь и о чем-то думает, но Чимин пока не решился спросить о Дона чём именно. Омега старается аккуратно подкрасться к нему сзади и повалить на землю, продемонстрировав свои улучшенные навыки.
Но что-то определённо идёт не так, когда альфа, вместо того чтобы упасть, выставляет ногу для поддержки равновесия и быстро перехватывает его руки, заведя их за спину. Чимин и опомниться не успел, как уже стоит повернутый к воде, а к его спине прижимается Чонгук, слегка посмеиваясь над его выходкой.
— Неплохо, вполне неплохо. Но лучше в следующий раз просто поздороваться, а то я и обжечь могу ненароком, — Чонгук тихо шепчет ему на ухо, еле задевая его губами. Чимин чувствует его дыхание, и от этого по спине каждый раз бегут мурашки. Он краснеет и поворачивает голову к альфе, немного нахмуриваясь, потому что нельзя такое делать. Он ничего не говорит, смотрит внимательно на старшего и ждёт, пока тот отпустит его, но подобного не происходит. Они вдвоём просто разглядывают друг друга, пока Чонгук не поддаётся вперёд с явным намерением слиться с омегой в долгожданном поцелуе. Чимин чуть не прикрывает глаза, показывая, что не против, но в последний момент отстраняется и отходит на пару шагов назад. Альфа недовольно хмурится, но по-прежнему ничего не говорит.
— Простите... — Чимин, возможно, сам пожалеет, что не ответил, но что-то ему помешало. И не факт, что не помешает а следующий раз.
— У тебя сильно сбивается дыхание. С такой выносливостью можешь только мечтать о том, чтобы стать хорошим магом, — Альфа смеётся над ним. Чимин сжимает руки в кулаки, и вся вода падает обратно. После пары спарингов Чонгук захотел размять свои руки и начал выпускать огонь над озером, чтобы случайно не поджечь лес. Омега, не желая стоять в стороне, после довольно длительного перерыва решает также попрактиковаться, но, как можно было догадаться, у него снова ничего не получается. Магия воды даётся ему сложнее, чем тренировки Чонгука.
— А вы как это делаете? Как у вас получается так легко извергать огонь из пальцев?
— Магия огня - это часть меня, если буду задумываться, как это происходит, ничего не выйдет. Это как моргать. Наше тело делает всё за нас, но стоит нам об этом подумать, как эту функцию начинаем выполнять мы. Я думаю о своей стихии как о продолжении собственного тела.
— Вот как... — Чимину понадобится некоторое время, чтобы освоить эти знания и применить на практике.
Когда Чонгук выдохся, он пластом упал на землю и прикрыл глаза, пытаясь восстановить дыхание. В такие моменты он чувствует себя счастливым, любит всех вокруг и готов простить всем смертным их грехи. В жизни происходит много плохих вещей, но у него получается отпустить их с помощью спорта и магии. Они отнимают у людей много сил, и их попросту не остаётся, чтобы тратить на какие-то тревоги и стрессы.
— Ты здорово расстроил меня, когда не позволил поцеловать себя.
— Простите ещё раз... — Он, не поднимаясь, взглянул на Чимина. Тот сидел на бревне почти у самого леса с опущенной головой. Его лицо и волосы немного блестели от пота, а одежда испачкана землёй и песком. Но даже так омега не потерял своей красоты, и смотреть на него в целом было очень приятно. Его мягкие черты лица так и манили к себе, Чонгуку очень хотелось его поцеловать. Народ огня всегда получает желаемое, но альфе кажется, что сейчас не тот случай, когда можно забрать трофей силой.
— Должно быть, устал от постоянных домогательств? — Чимин поднимает глаза на мага огня и хочет спросить, неужели тот считает, что его каждый день осыпают комплиментами и лезут к нему?
— Ко мне не пристают с такими намерениями.
— Тогда почему мне не ответил? Не доверяешь?
— Почему я должен это делать? Мы... Мы ведь никто друг другу — Чонгук не любит, когда он мямлит. Но дать чëткого ответа на вопрос он сейчас не может, поэтому и выкручивается, как умеет. Это звучит грубее, чем он планировал, поэтому в мыслях сразу извиниться, но Чимин этого не делает. Слишком много чести для мага огня.
— А если станем? Тогда ответишь?
— Не знаю. — Возможно, он и позволит ему себя поцеловать.
— Говорят, что аватар - это маленький мальчишка. Его поймают и убьют, тогда война будет окончена.
— И всё же я верю в аватара. Если он выжил после геноцида воздушных кочевников, значит он очень силён. И он сможет восстановить равновесие в мире, это его предназначение.
— В этом и вся ваша проблема. Вы ждёте, пока вас кто-то спасёт и надерëт задницу народу огня, вместо того, чтобы хоть что-нибудь предпринять.
— Что-то предпринять? Вы издеваетесь. Вы забрали у всех возможность что-либо предпринимать. Даже сейчас я пытаюсь освоить магию воды, а вы нагло смеётесь надо мной. Знаете, как я себя отвратительно чувствую? — Чимин не может тоже терпеть вечно.
— Хочешь, чтобы я извинился?
— Хочу.
— Я могу извиниться перед тобой. Но я не стану делать этого за свой народ. Я не стыжусь своей истории, я не считаю, что мы поступили плохо.
Чонгук тогда и правда извинился перед ним, но Чимин понял, что страна Солнца занимает в сердце Чонгука первое место. Он не может его судить, их так воспитывают и вбивают в голову чувство превосходства с самого детства. С этим он, к сожалению, ничего поделать не может.