Глава 17
«Улыбка - это всегда сильное оружие»
Цокот каблуков этом разносился по помещению, создавая особую атмосферу. Идеально выглаженный брючный темно-серый костюм подчеркивал уверенность её обладательницы. Длинные светлые волосы, собранные в непослушный пучок, привносила элемент игривости в её строгий образ.
Тусклый свет мягко освещал пространство. Маленькие лампочки ловко направляли лучи на картины, позволяя зрителям рассмотреть каждую деталь. Положение прикрепленных к белоснежной стене, создавая эффект динамичного диалога между искусством и зрителем.
У входного проема в художественную галерею, расположена похожая на полотно творца, имеющая белый окрас стенка.
Встречает всех прибывших гостей шесть заглавных черных как уголь букв.
«NOBODY»
Предоставленная демонстрация, носит специфическое название - «Никто». Призванная пользующийся популярностью художником Лим Сео Чжуна.
Светловолосая девушка присутствует на презентации его новых созданных работ, написанные живописцем за последние пять лет.
Дух захватывало от живописных творений.
Аура пропитывается воодушевлением долговечности и естественности.
Внутренний мир насыщается эстетикой, что очаровывает и восхищает взгляд.
Переполняешься чувствами – насыщенность пейзажа, зрелище что испытывает потребность в изрядном количестве времени, чтобы разобраться в первые минуты требуется немало усилий.
Ёнми счастливо улыбалась. Её мечта попасть и посмотреть картины полюбившегося художника была исполнена. Тепло блаженства охватывает внутренне и не отпускает. Состояние полной удовлетворенностью жизнью, превращает это время в область возможностей. Девушка переполняется эмоциями, и пускает одинокую слезу.
– Ооо, мисс, – неожиданно-негаданно появляется человек, из-за которого светловолосая потрясенно моргает глазами. – Нет необходимости заливаться слезами, или вы хотите проверить на прочность эти картины?
Мужчина в темно-синем костюме с идеально выбритым лицом, улыбался так, словно поймал девушку с поличным. Светловолосая замялась под таким взглядом – ей было слегка неловко.
– Скажу так, картины покрыты толстым слоем лака, так что даже не пытайтесь, – его выразительные серые глаза насмешливо сверкнули. – Вы же не захотите устроить дождь, верно?
Девушка засмеялась.
– Нет, извините, просто, – она осмотрела сверкающими глазами галерею, – это так чудесно, что я прослезилась.
Мужчина с гордостью засиял.
– Знаете, мне очень приятно, разрешите узнать ваше имя?
– Конечно, – она сложила руки перед собой. – Ли Ёнми.
Мужчина почтительно кивнул.
– Рад знакомству, Ли Ёнми, разрешите, – его взгляд упал на её руку, заметив это светловолосая смущенно кивнула. – Не желаете, чтобы я провел вам экскурсию?
– Ой, вы, наверное, заняты, я не хочу вас отвлекать.
Лим Сео Чжун по-доброму усмехнулся.
– Что вы, махнул он рукой, – час, конечно, в кармане не лежит, но полчаса, к вашим услугам. Есть ли картины, о которых вы бы хотели узнать больше всего?
День становился всё прекраснее и прекраснее, и ни что не могло его испортить.
Беседа, неторопливые разговоры и интересные истории.
Окружая себя творчеством – мы желаем в последствии его показать миру.
Лим Сео Чжун, оказался таким мягким человеком. Он учитывал мнение всех встречающихся на его пути людей. Чутко верил, что найдется как минимум одна картина, которая западет человеку в сердце, и оставит там приятный.
Картина, написанная черной и белой краской, напоминала жизнь. Каждая линия, каждый мазок создавали напряжение, как будто в них заключалась богатая история, полная противоречий. В этих простых цветах пряталась философия: свет и тень, победа и поражение, жизнь и смерть. Смотря на эту работу, можно было увидеть отражение своих собственных переживаний и найти в ней частичку себя.
Светлая полоса. Чёрная полоса. Сливались ли они хоть раз? Получался ли серый оттенок?
– Иллюстрация, куда было вложено много эмоций и чувств, – печаль и что-то ещё послышалось голосе Сео Чжуна.
Светловолосая почувствовала состояние художника, и выражая минутное молчание, воспитанно промолчала.
Темно-серые глаза Сео Чжуна пронзительно глубоко поглощали, каждые сантиметры черно-белой картины. Подобное было близко, словно мужчина временно открывал своё зеркало души. Прямо сейчас похожее на внутреннюю борьбу самим собой.
Девушка тоже задумалась. Сколько всего произошло с ней в жизни. Потеря матери и отца. Непреднамеренно болезненный ком собирается в горле. Смерть старшего брата. Светловолосая старается сглотнуть - это неприятное ощущение.
Воспоминание накатывают волнами, как штурмовое море. Каждый момент, каждая утрата оставили свой след на сердце.
Когда всё призрачно проходит. Ёнми концентрируется на мужчине, что скорее наблюдал за ней всё то время, что она провела в своей голове. По мимолетным взглядам, и сверкающим глазам, каждое из которых связывало теплые тлеющие связи. У них имелось в некотором роде, общие переживания и схожая реакция на это.
– Мистер, Лим Сео Чжун, вас зовут на сцену, – женщина среднего возраста, цокая каблучками подбежала и предупредила мужчину.
Художник с почтением кивнул и загадочно улыбнулся девушке перед тем, как уйти.
***
–
Мам, зачем мы здесь? – Молодой человек разглядывал в некотором степени большое количество людей.
Незнакомая женщина в небесном платье, что находилась рядом засмеялась.
– Творчество – это прекрасно молодой человек, – улыбнулась она с самый невинным выражением лица. – Творчество заставлять видеть закрытые глубины нашей души.
Ким задумался. Есть ли у него душа?
Душу нельзя найти.
Душу нельзя рассмотреть.
Однако можно ли её почувствовать?
Может быть, его душа пряталась в этих переживаниях, в тех связях с людьми, которых он любил. Шатен вздохнул побольше воздуха и медленно выдохнул. Он ничего не почувствовал.
– Техён, – голос матери отвлек его от главного состояние внутри него.
Ким улыбнулся уголком губ и кивнул ей.
– Иду, – медленно растягивая слово, протянул он.
Приближаясь к импровизированной уютной сцене, Ким обратил внимание на знакомую девушку.
На ней неподходящий темно-серый костюм, что её хрупкое тело казалось, утопало в нём. Она была на высоких каблуках, в них её рост становился ещё выше.
Словно идеально для него.
Её длинные волосы прибраны в неидеальный пучок. Черт, но он идеальный, даже если волосы, что недолжны лезть в лицо - попадали на глаза. Когда она искренне улыбнулась незнакомому мужчине, её темно-карие глаза становились похожи на такой приторный, до боли в зубах молочный шоколад.
Он моргнул.
Ким предпочел бы не видеть её. Всё, казалось, сложилось так, чтобы их пути пересеклись именно сегодня.
Мать специально прихватила его собой. Сопровождать на таком мероприятии, что может быть желательным и самым лучшим. Но желание полностью отсутствовало. Что-то никогда неизменно – это посещение грандиозных мероприятий, где собираются все состоятельные людишки. Обсуждают, сплетничают, наиграно радуются и всё на что свет не лежит боготворят.
«Ужасно. Я не думал, что день может стать настолько омерзительным»
Черный галстук, скрывающийся за пиджаком, превращался в змею, что в один момент сделает своё гадкое дело. Судя по поведению, молодой человек был спокоен и беспечен. Несмотря на то, что, внутри происходили раздражающие химические процессы. Нетерпение, лежащее на поверхности кожи, хорошо скрывалось в обществе бесчувственных состоятельных богачей. Им необязательно видеть настоящее эмоциональное состояние и внутренний душевный настрой.
Он тихо засмеялся, покачав головой.
Совершенно не осознавая, что на Кима взглянули потемневшие от увиденного глаза.