Особенный

Босс Гильдии был повержен, его бездыханное тело упало на пол, остальные эсперы либо также умерли, либо до сих пор мучительно умирали, было 3 беглеца, а именно - тот самый Натаниэль, Твен, и Аллан, ещё был замечен главарь другой организации под названием *Крысы мёртвого дома" - Достоевский, но сейчас победившим ВДА и ПМ сейчас было не до этого.

Мори и Фукудзава быстро направились проверять остальных эсперов, и если что помогать. Операция была полностью завершена. Были потери...

Эйс... Хигучи... Кёка... Коё... Акико... Канджи... Все они были мертвы...

Полумёртвого Акутагаву выносил Ацуши на собственных руках. По лицу беловолосого лились слёзы и падали то на шею, то на грудь Рюноскэ. За ним хромая шёл Рампо.

- Он... Он же жив? - глотая слёзы сказал Накаджима.

- Что произошло? - спросил Огай.

- Он... Это из-за меня... - мямлил Ацуши. Было понятно, что пока его не выведут из истерики толку не будет.

- Рампо? - Фукудзава перевёл взгляд в сторону зеленоглазого.

- А, это... - Эдогава почесал затылок - Ну, дело было так...

Рампо рассказал, что как только их оставили вчетвером, Натаниэль сразу напал на Ацуши, и сильно ранил, после, когда Накаджима, можно сказать отлетел метров на 10 из-за очередного удара, Акутагаве нужно было проверить Ацуши, следующей жертвой Гортона стал Рампо. С Рампо пришлось долго возиться, ведь это ученик Фукудзавы, как никак. Но спустя минут пять на сероволосого напал Акутагава с невероятной ненавистью, даже Эдогава побоялся вмешиваться. В порыве ярости Рюноскэ не замечал всё больше и больше ран на своём теле, это был не Акутагава, это был монстр. Этот бой продолжался 10 минут, далее, как только шатен осмелился вмешаться Гортон скрылся с поля боя, а Аку упал без сознания. В этот момент проснулся Ацуши. А далее произошедшее уже известно.

Все стояли в шоке, особенно Дазай. Ведь он знал Рюноскэ гораздо лучше остальных, ведь он был его наставником довольно долгое время. И без того раненый Мори подошёл к починённому и проверил его на наличие переломов, растяжение и других физических повреждений. На первый взгляд всё было в норме, только вот, на теле от этого многочисленные ножевых останется много страшных и пугающих шрамах.

Вскоре всех оставшихся в живых собрали, больных - отправили на койки и в дали больничный

Траура было много, очень много, половина людей билась в нервных импульсах, остальных вообще не было в реальности или сознании.

Им было действительно трудно достигнуть этой цели, но всё же, сквозь боль и слёзы, страдания и потери они закончили это задание.

На удивление, одним из самых спокойных казался Чуя, в том то и дело, что казался... Никто не заметил, никто даже не догадывался, что как только Накахара окажется на едине с самим собой, то невинные и во истину детские слёзы покатятся по щекам из-за абсолютно не детских проблем, а его нервы, казалось бы толщиной с канаты начнут рваться, как тонкие ниточки, он ведь тоже человек...

Многим его коллегам казалось, что он вовсе не человек, а что-то большее, но он тоже человек...

Спустя три-пять таких истерик, и суицидник начал замечать неладное, но как бы это эгоистично ни было, но Дазая это утешало. Ведь он знал, что Осаму не единственный, у кого за "маской" спокойствия таится маленький и искренний ребёнок, который уже явно не выдерживает уже буквально всего. Часто оказывалось так, что причиной начала истерики и успокоения Чуи был тот самый Дазай.
Не смотря на этот факт Осаму ненавидел, когда рыжеволосый плакал... А кому понравится, когда плачет единственный ЕГО человек?

***

И вот, очередной раз Чуя опять закрывается в какой нибудь прачечной или ванной. Дазай сразу же чудесным образом рядом.

Зверский крик... Крик правжения... Крик полный печали и отчаянья. Слёзы льются ручьём.

- Чуя! Ну зачем же ты себя так ненавидишь? - успокаивеюще проговорил суицидник.

- А тебя какая разница?

- Ну...

- О других ты почти не думаешь... Или так уж нить жмёт?

-я... Это..

-Вот почему ты не можешь воспринимать меня , как обычных людей? Почему?!

- Сука, да потому что ты лучшее, что есть в моей жизни, дебил?

Сказал Дазай и громко хлопнув дверью ушёл. Опять Чуя один... Опять... Горький опыт и слёзы... Ммм, как замечательно...