Люди и боги

Усталость сморила меня и я заснула...

* * *
Странный старик-алхимик держал перед собой конструкцию, которую можно было назвать макетом плоской земли. А потом вдруг с грохотом бросил эту штуковину на пол.

– Дорогой, что случилось? – в помещение вошла невысокая седовласая женщина.

– Не получается.

– Почему? Ты же у меня такой умный.

– Никак не налажу систему давления воздуха. Так же хотел, чтобы небо для обитателей было голубого цвета. Как и твои глаза, дорогая.

– А как же инертные газы? Добавь их, они окрасят под магнитным полем их небо в голубой цвет.

– Ах, ты моя умница! – старик обнял свою старушку.

– Может ты создашь не один, а сразу несколько миров?

– В смысле?

– Ну как у пчел.

– Как у пчел?

– Да. Размести миры вплотную друг к другу шестигранниками и насели их разными расами. В одной соте кроме Древа, что будет держать основной купол, установи еще один – внутренний. Чтобы в нем жили самые достойные. А все остальные за внутренним куполом.

– Любопытная идея. Попробую.

* * *
Распахнув глаза, смотрела по сторонам. Странный сон. Очень странный...

Быть может все на фоне всех событий, что произошли за сегодня. Древо Жизни, Асгард, Мидгард, Звездные врата... Люди, Боги, мелюзины, рептилоиды... Голова кружилась от потока информации.

Рядом лежащий Эрос не был прикрыт. Его могучее тело восхищало. Безумно хотелось поделиться с ним своим сновидением, но что-то меня удерживало.

– Эрос! – вдруг громогласный голос уже знакомой мне Юноны вторгся в пространство.

Девица заскочила в нашу «опочивальню».

– Что случилось, – Эрос, потягиваясь и зевая, приподнялся со своего ложа.

– Я говорила с твоим отцом!

– Ты посмела заговорить с Великим Перуном! – вокруг него стала метаться шаровая молния.

Таким злым я его никогда не видела. Спрятавшись под тонкую атласную простынку, оставила только глаза, чтобы наблюдать за происходящим.

– Прости, но я должна была. И я пришла не поэтому, а потому... что твой отец сказал мне!

– И что же он сказал?

– Он в курсе твоих экспериментов со смердящей.

– В курсе?

– Я всегда думала, что Великий Перун против генетических экспериментов, особенно после неудач с козлами и рептилиями.

– Да.

– Кажется, он не против них! Может все дело в том, что сейчас ты проводишь эксперименты по скрещиванию людей с Богами. Внешне ведь мы очень похожи. Только люди маленькие.

– Ты меня удивила. Отец мне строго-настрого запрещал эксперименты особенно с Богами. Я даже помню, когда он бросил фразу, в которой точно обозначил свое мнение...

«Эрос, больше никаких экспериментов. Ты меня услышал? Хватит. Великий Предиктор недоволен! Ты еще скажи, что надумал скрестить смердящих с Богами».

– И что это была за фраза? – Юнона погладила по плечу Эроса, пристально посмотрев ему в глаза.

– Это не важно. Мне нужно поговорить с отцом, – сказав это, мой любовник-бог вышел из опочивальни, оставив меня одну с этой мегерой.

* * *
Взглянув на высокие двери в главное здание Асгарда, поежился. Я всегда себя чувствовал не в своей тарелке дома. Да и не наследник я престола, чтобы торчать все время здесь. Младший ребенок Великого Перуна, которого за пределами Ариев зовут еще и Тором. Я отчасти позор семьи, ведь именно моя задача возиться со скрещиваниями людей. Именно я вывел разные расы. Я сотворил таких, кого не очень любят равные мне Боги: рептилоиды, русалки, кентавры и многие другие.

– Здравствуй, дорогой сын! – услышал за своей спиной.

Повернувшись, сразу поклонился.

– Матушка, Великая Дива-Афродита! – встал на одно колено.

– Как ты?

– Все хорошо, матушка.

– Мне твой отец сказал, что у тебя очень важный эксперимент.

– Да. Эксперимент очень важный. Но я не знал, что отец в курсе.

– Ты же знаешь. Ему все известно. Не даром он сын самого Сварога, – матушка мне улыбнулась. – Ты какой-то встревоженный.

– Не хотел тебя беспокоить. Я провожу эксперимент со смердящей. Она должна выносить в чреве дитя... человека и... Бога.

– Ты правду говоришь? – она захлопала ресницами.

– Да, Великая Дива-Афродита! Я говорю правду!

– Опасный эксперимент. И я даже знаю почему...

– Почему?

– Потому что хотя люди и Боги отличаются. У нас общий предок.

– Правда?

– Да, сын мой.

– Девушка, которую я ввел в эксперимент, коснулась Древа Жизни и увидела Предиктора.

– Не может быть! – матушка явно рассердилась, потому что ее красивое лицо вдруг скривилось.

– Да, это правда. Во всяком случае по ее описанию это был он. Я ведь ни разу его не видел и не могу утверждать наверняка. Но она описала слишком верно, так же, как описано в священных текстах. Седовласый старец, который делает модель Земли. Откуда ей знать, что Предиктор седовласый старец.

– Зачем ты ее вообще повел к Арбор Мунди? – Великая Дива-Афродита явно была недовольна.

– Матушка, я должен был объяснить ей. Закон доброй воли. Мне нельзя было ей лгать, ты же знаешь.

– Знаю. Ладно, ступай к отцу. Поговори с ним. Надеюсь, твои опыты с людьми не приведут к печальным последствиям как с серыми.

Я кивнул и пошел быстрым шагом в покои отца. Напоминание про серых больно ударило. Именно я их создал. Я тот, кто заселил Мидгард людьми, подселил к ним еще и серых, что питаются их энергией. Это была моя ошибка и ее, к сожалению, никак мне не исправить. Только сами люди это могут сделать, воздав Великому Предиктору просьбу избавить их от серых. Но они в большинстве своем и не знают об их существовании.

– Отец, – я вошел в тронный зал.

Великий Перун-громовержец восседал на своем троне, задумчиво глядя на высокие потолки, на которых были фрески, изображающие прошлое Асгарда, Мидгарда и Хеля.

– Видишь это? – отец задал риторический вопрос. – Знаешь, о чем рассказывает эта фреска?

– О явившейся в Мидгарде дочери человека из Мидгарда и ангела из Хеля.

– Да, ты прав, сын мой.

– Отец, мне нужно с тобой поговорить.

– Знаешь, как звали эту дочь?

– Мигдаль-Эль.

– Да, ты прав, сын мой. А знаешь, как ее звали в Мидгарде?

– Не помню, – закачал головой.

Мне хотелось обсудить с отцом совершенно другое, а не какую-то Мигдаль-Эль, что была почти обычным человеком и жила в Мидгарде многие сотни лет назад.

– В Мидгарде ее звали Магдалина. Мария Магдалина.

– Ах, да. Я вспомнил.

– Ты знаешь, что у нее великая задача, поставленная Предиктором.

– Я не знал. Но она же уже умерла давно. Она была смертной.

– Смертной. Это так. Но душа и дух не умирают. Они либо возвышаются, либо переселяются в другой аватар. Знаешь, в кого ее дух и душа переселились.

– Нет, Великий Перун. Я не знаю.

– В Дариану...