9. Похищение 2, вслед за новыми чувствами.
На улице темно.
Заканчивая последнюю стопку документов, старший психанул. Он нажал злополучную конпку на аппарате и монотонно произнёс:
- стопка документов на тебе. Не заполнишь – уволю. Пока я собираюсь, занеси кофе с собой.
Через пару минут зашла девушка. Высокая брюнетка с прокрашенными концами блонда. Глаза были изящно подчёркнуты тонкими и ровными стрелками, придавая глазам остроту взгляда.
Ровная походка и навязывающийся взгляд. Гордость прёт через шары, скорее всего силиконового типа, а её задница так и ждёт пинка из кабинета, или же желание скинуть её в окно, предварительно проткнуть силиконовый полушар, что засел у неё в жопе.
- Фёдор-сан, а свободны ли вы завтра вечером? - отдавая стакан кофе, спросила та, сверкнув лисьими глазами.
- Я? Да, занят. А что? У тебя появилось лишнее время? Тогда сходи завтра до Николая. Он оформит твоё увольнение. Или тебя по официальному? С папкой документов в заднице? - та возмущённо вздёрнула нос к верху. - Если сейчас же не возьмёшься за работу, то я заверну тебя в ковёр на главном входе, склею скотчем и подвешу вместо люстры. Ясно объяснил?
- Да...
- Документы в руки и за работу. Всё равно ничего не делаешь. Я ушёл раньше. У меня встреча. - монотонно произнёс Дост, поглядывая на время наручных часов.
Он завязал волосы в пучок и накинул пальто, выходя из кабинета, высылая SMS-ку Гоголю.
Николай вышел одновременно с Фёдором из соседнего крыла.
Перешли через турникет и точно также, совершенно синхронно вышли из здания.
- А мальчишка-то, ревнует к Аясако.
- Потому что у тебя язык длинный. Из-за тебя он тогда ревел. А Аясако я уволю. Она всё равно ничего не делает.
- Жестокий ты, Дос-кун.
- Нет, ну если хочешь, то я перенаправлю её секретаршой заведующего 3-его офиса.
- А? Ты, конечно, человек добрый, но меня мой устраивает. И мне такая штукатурка в соседнем кабинете не нужна.
- Так ты со своим секретарём шашни крутишь? Может уволить его? - в шутку спросил тот, подходя к своей машине и садясь с правой стороны, зная, что светловолосый сядет сам. - Работать будешь лучше.
- Нет. Мой парнишка. Его не трогай. Он как твой, ласковый и заботливый.
- Понял я. Не язви.
- Сейчас до Ацу? - поинтересовался Николай.
- Ещё раз назовёшь его по имени, зубы вышибу.
- Ага. Значит до него. Сегодня его отец, насколько я помню, уехал в 11 в командировку на 4 дня.
- Я знаю. Ты посидишь в машине, а я, когда он уснёт, я его вынесу. Он ведь один.
- И зайдёшь официально?
- Ага. - он припарковался.
- Удачи. Если что, то звони. Я взял планшет.
- До связи.
Он вышел из машины. Подошёл к двери и нажал на кнопку.
Ацуши сидел в своей комнате и вздрогнул, когда прозвенел дверной звонок.
Опять тот же взгляд. На часах 9 вечера. Кто это мог быть? Отец вернулся? Он спустился в низ и подошёл к двери. Увидев в глазок пришедшего, на лице сверкнула яркая улыбка. Дверь открылась, а перед Достоевским стоял его смысл жизни.
- Привет, малыш. - говорит темноволосый и тут же содрогается от навалившегося объятия. Фёдор зарывается в светлую макушку и прижимает его к себе настолько, сколько то было возможно. Это чертовски приятно.
Он аккуратно зашёл в прихожую и закрыл дверь.
- Ты пришёл! Я скучал по тебе! Нельзя так уходить! Мог разбудить! И вообще! Что это за обещания такие, если ты ушёл!? - радость сменилась резким возмущением. Нет, ну как так можно? - Дурак!
- Кричишь как можешь? Не ругайся. Малыш. Завтра у меня выходной. И твой отец в командировке. Ну?
- Хочу и ругаюсь! Мы вообще-то... - и тут он затих. А кто они? Любовники? Пара? Знакомые? Друзья? Кто они друг другу?! Он же не может так просто кричать... Они... Они никто друг для друга. Ацуши не может его отчитывать как своего парня. - п-прости... - в глазах пелена слёз. Хочется плакать.
- Эй, малыш, всё хорошо? Ты плачешь? Не рад меня видеть?
- Н-нет... Я рад что ты приш-шёл... Я п-просто зад-думался... А к-кто мы друг другу? М-мы даж-же не встреч-чаемся... А я так р-ругаюсь...
- Хей, малыш, всё хорошо. Мы встречаемся. Это можно понять. Но я очень сильно виноват, что не посчитал, что тебе нужны слова. Прости меня. Ацу, малыш, давай встречаться?
- Я с-согласен! И не смей б-бросать меня, - кажется, от мини-истерики остались только всхлипы. - понял!?
- Да. Кстати, малыш, ты чертовски милый.
- Не отходи от темы! - возмущённо-смущённым тоном крикнул
- Ты такой сентиментальный. Я обещаю тебе, что не посмотрю на других. Всегда буду рядом. Обещаю, что ты будешь самым счастливым человеком в мире.
- Точно?
- Клянусь. А сейчас... Давай вернёмся в твою комнату?
- Да, хорошо.
Младший счастливо улыбнулся и взял Доста за руку, ведя в комнату.
Ацу хотел начать разговор, но его опередили.
- Слушай, малыш, а долго у меня твои вещи будут лежать? Всё-таки тебе покупал.
- А? Я думал ты их уже выкинул, как что-то не нужное.
- Почему такое мнение? - открывая дверь, спросил Дост.
- Ну... Просто... Забудь. Я их одену как только прийду к вам.
- А когда это случится? - усаживаясь на кровать и проверяя сообщение от Гоголь-фетиш, поинтересовался темноволосый.
- Не знаю, слушай, Федь~ - младший хотел кое-что попросить, но резко остановился, смущаясь своей невнимательности. Ему никто не разрешал так называть Доста.
- Да, малыш? - не обращая внимание на новое обращение, спросил тот, совсем не против ласковой формы своего имени с уст возлюбленного.
- П-прости! Я~ - Красного, как рак, Ацуши притянули к себе за талию, намекая на касания к своей голове, да и в принципе намекая на ласку и объятия со стороны светловолосего.
- За что ты извиняешься? - он почувствовал, как голову притягивают к тёплому телу, и сам поддался вперёд, прижимаясь и слыша стук сердца где-то чуть ниже, чем его местоположение.
- Я просто не знаю, может тебе не нравится такое обращение к себе. - уверенно ответил Накаджима, гладя и перебирая шелковистые, чуть фиолетовые, волосы.
- Ну почему же? Ты так тепло это говоришь, - его лицо расплылось в довольной улыбке.
- Сейчас ты выглядишь счастливым.
- Если так и есть, то смысл это скрывать? Так что ты там спрашивал?
Щёки невольно набрали цвет спелой клубники, (она тоже красная. :> ) а взгляд поплыл куда-нибудь, но лишь бы не в аметистовые глаза.
- А... Это... Да~ кхм...
- Чего ты стесняешьс~
- П-поцелуй... Поцелуй меня - более уверенно. Дост удивлённо поднял голову, смотря прямо в двухцветные глаза. Он только хмыкнул, и потянул Ацуши вниз, а тот расслабленно позволил по-хозяйски усадить себя на чужие колени.
Накаджима понял, что ему дали возможность действовать самому, как бы говоря: "не волнуйся, я мешать не собираюсь."
Ацу кинул возмущённый взгляд в глаза партнёру. Вообще-то он хотел, чтобы его самого поцеловали, а не чтобы целовал он сам. Фёдор огорчённо выдохнул, но настаивать не стал. Положил руку на талию, а вторую на затылок светловолосего юноши. Тот в свою очередь обвил рукой шею и другой зарылся в тёмную шевелюру, поддался вперёд.
Губы накрыли чужими, сливаясь в поцелуй. Он был мягким, нежным и искренним. Оба отстранилась. Ацуши уже по привычке спрятал лицо у плеча старшего.
- Обожаю твои поцелуи. - хмыкнув и погладив по голове парня, Фёдор улыбнулся.
Вы когда-нибудь похищали любимого человека через главный вход? Нет? Запоминайте:
Ацуши уснул прямо на руках у Достоевского. Скрутившись комочком, он положил голову на торс, позволяя окольцевать себя руками и прижать к себе. Расслабившись, оба начали говорить о всякой всячине. Маленькая (не особо. 170 см) тушка сильно размякла, а руки на чужой шее медленно сползали.
- Ацу, малыш, спишь? - тишина послужила ответом. Он медленно приподнялся с светловолосым, ложа его на кровать. Беря своё пальто и накрывая мальчишку им, Достоевский достал телефон. Он быстро что-то настрочил, убрал смартфон обратно и подхватил парня на руки. "Лёгкий" - пронеслось в темноволосой голове. Из-за отсутствия чего-то под спиной, ощущая себя в воздухе, Накаджима вздрогнул во сне и ухватился за складку чёрной водолазки Доста.
Он вынес его по тихой. Даже гоголь вздрогнул, когда дверь с водительской стороны открылась.
- Пизд~ Вали на задние.
Вот так вот 1264 слова.
Е~ умею бодяжить фанфики водой ):>
Вхехехехе)