28. Час расплаты.
Все два дня мои руки буквально чесались: я хотела увидеть журнал на прилавках и прочитать то, что получилось. Конечно, не без уколов собственной совести.
Утром тринадцатого числа Майкл отправил мне сообщение на почту. Как только я его прочитала, тут же отправилась в ближайший маркет, чтобы купить выпуск журнала с моей статьёй.
Я не могла поверить, что сделала это. Все мои слова были напечатаны на страницах журнала. Сама того не замечая, я переносилась в каждое описанное событие, и с каждым воспоминанием на душе становилось хуже и хуже. Я совсем не подумала о том, что будут чувствовать парни, в особенности Лиам и Найл. Также я не подумала о Софи и, возможно, Кэнди. В интернете все равно найдут мою статью, так что конфетка все равно прочитает обо всех своих переживаниях.
Интересно, а будь у меня возможность прислушаться к своей совести два дня назад, я бы отказалась от своей затеи?
Все мои размышления прервал звонок телефона, на экране которого высветилось «Мама». Все внутри меня оборвалось, потому что я совершенно забыла о том, что журнал высылается ей по почте... И папе тоже..
Дрожащими руками принимаю вызов и подношу телефон к уху.
- Да?
- Логан, - голос женщины тверже любого металла, и я судорожно сглатываю. Знаю, мне должно быть наплевать. Но мне, черт возьми, не наплевать!
- Мама, - я попыталась повторить ее интонацию, но у меня вышел только жалкий писк. Или что-то вроде этого.
- Я только что прочитала твою статью, - в этот момент моё дыхание учащается, и я уже не знаю, что ей ответить.
- Так.. – выдавливаю из себя, заставляя себя собраться и выслушать всё, что сейчас скажет мама.
- Я не ожидала, Логан.
- Не ожидала чего? – хлопаю себя по лбу. Это довольно глупо спрашивать. Она не ожидала, что я скачусь до уровня Кэролайн.
- Полагаю, ты ради этих двух страниц пропала на две недели. Я права?
Ничего не могу произнести. Мне стыдно. Ужасно стыдно.
- Ты молчишь, а значит, я права. Никогда не думала, что ты опустишься до этого уровня, Логан. Ты выставила напоказ своё истинное лицо, и я не думаю, что этот Лиам захочет видеть тебя теперь. А ты ведь влюбилась в него. Каждая строчка пропитана тем, что ты начала испытывать к нему чувства. И продолжаешь отрицать это. Я в ужасе от того, кого я вырастила! Я всегда говорила тебе, что обсуждать жизнь других – самое последнее, что вообще возможно делать. А ты опровергла все мои ожидания вот этим..
- Мама, послушай меня, пожалуйста! Сейчас никого не интересуют те ничтожные уголки, которые мне давал этот чертов журнал! Все сплетни вынесены на первый план, а то, что интересно тебе или мне – скучно! Я писала статьи непонятно для кого, понимаешь? Их читали только ты и папа, и больше никто, я уверена в этом! И меня ни во что не ставили в этом журнале! Я должна была доказать, что достойна большего, чем правый угол последней страницы! И я доказала это! – к концу моей пламенной речи по щекам катились слезы, а в груди неприятно покалывало.
- Ты могла просто уйти оттуда, - спокойствие матери дало мне понять, что мои слова были неубедительны, - Мне казалось, что ты уехала в город, где могут сбыться твои мечты. Не ты ли мне утверждала, что в Нью-Йорке чертова куча издательств, в которых можно реализовать себя?
- Везде было занято и им не требовались только что выпустившиеся студенты колледжа, - я закатила глаза, вспоминая, как бегала по всему городу в поисках издательства, в котором буду работать. Это было лето прошлого года, но я четко помню, как тяжело мне пришлось.
- Но ты должна была помнить, что у тебя есть я. И я смогу принять тебя обратно. Здесь тоже есть пара издательств. И я клянусь, люди будут читать то, что ты напишешь, - мама всегда тепло отзывалась об Орландо, но я не могла туда вернуться. Это будет стопроцентное поражение. А я не могу сдаться.
- Ты прекрасно знаешь, что я не могу вернуться в этот город, - я знаю, что ей будет неприятно услышать это.
- И теперь ты будешь жить с этим дерьмовым грузом на своих плечах, Логан! – я промолчала. Она говорила правду, - Мне больше нечего сказать тебе.
Короткие гудки дали мне понять, что мама закончила разговор. Телефон падает из моих рук и с грохотом приземляется на столешницу. Наверное, самое время признаться: до меня никогда не доходила вся суть ситуации, пока мама не вправляла мне мозги. Так было со старшей школы, и продолжается сейчас.
Встаю за стаканом воды, но тут же оставляю эту затею, потому что мой телефон снова звонит. На этот раз меня вызывает «Папа».
- Пап, послушай, если ты по поводу статьи, то я.. – начинаю я.
- Нет, это ты послушай! Я надеялся увидеть в этом журнале твою обычную небольшую статью, и в итоге вижу этот ужас! Логан, ты с ума сошла? Ты же себе жизнь испортила настолько, что и представить страшно! Мне жалко этого парня, ясно? Он явно не заслужил того, что ты натворила! – меня вжало в стул от сказанных им слов, - Можешь и не надеяться на его прощение. Логан. Если, конечно, у Лиама останется хоть капля человечности, в отличие от тебя.
- Пап.. – всхлипываю, не в силах больше что-либо сказать.
- У тебя должны были быть веские причины для того, чтобы сделать это, - голос отца также тверд, как и у матери пять минут назад.
- Они не принимали мои работы, а мне хотелось больше, чем один уголок.. – я больше не могу сдерживать слез, - И я даже пользу никакую журналу не приносила своим материалом, потому что его никто не читал, и продажи не увеличивались! Я хотела.. я..Я только хотела, чтобы они знали, что я могу и..
- Это не выход, Логан. Я тысячу раз сожалею о том, что не узнал о твоей затее раньше, чем это опубликовалось, - слышу, как папа что-то кидает в сторону. Ставлю 50 долларов на то, что это был журнал с моей статьей, - Я не хочу тебя осуждать или..
- Ты уже сделал это, - вытираю слезы и ухмыляюсь.
- Не перебивай, пожалуйста. Ты доказала то, что хотела, и в итоге осталась ни с чем. Ло, подумай еще раз о том, что сейчас чувствует этот парень. Вернее, все они. Ты добралась до каждого, и это отвратительно. Ты всегда утверждала, что не падешь до уровня журналистов The Sun, но теперь тебе туда прямая дорога.
- Мне кажется, я больше не пойду ни в одно издательство, - я утверждаю это для себя, и также ставлю в известность папу.
- Я буду очень рад, если так и будет. Думаю, ты должна извиниться перед Лиамом лично.
Вздрагиваю при упоминании его имени в разговоре. Я не знаю, как смотреть ему в глаза после всего этого, а тут я должна лично попросить прощения? Серьёзно?!
- Он не захочет меня видеть, нет.
- Но ты должна попытаться, - папа говорит это резче, чем нужно, - Мне нужно идти. Я надеюсь, ты войдешь в контакт со своим рассудком и постараешься всё исправить. Пока.
В который раз бросаю телефон и, наконец, встаю за стаканом воды. Я всё еще вытираю слезы, которые продолжают катиться из глаз по щекам, и мне совершенно непонятно мое состояние. Еще пару часов назад я была уверенна в своих действиях. А теперь два человека все разрушили. Нет. Я все разрушила.
Спустя несколько минут беру себя в руки и успокаиваюсь. Папа прав, и я должна попросить прощения лично. И, боюсь, в Колумбусе это делать будет уже поздно.
Очередной звонок телефона прерывает поток моих мыслей. Хмурюсь, когда вижу незнакомый номер, но все же отвечаю.
- Алло?
- Мисс Вуд?
- Да, это я, - немного неуверенно отвечаю на стальной мужской голос.
- Через пять минут у вашего дома будет машина. Вы должны выйти и поговорить с нашим боссом, если не хотите проблем. Номера и марку я скину SMS-сообщением. Ожидайте, - он не дал мне и слова вставить, и сбросил. Я шокировано смотрела перед собой, пока не пришло сообщение с информацией о машине. Тут же в окно я увидела подъехавший Range Rover.
Мне было страшно от того, что я не знала, с кем буду иметь дело, и что вообще будет происходить внутри. Но у меня и так было достаточно проблем. Еще больше я не хотела. Так что, нырнув в свои старенькие вансы, я вышла на улицу.
Передняя дверь машины тут же открылась, и из нее вышел здоровенный парень в черном костюме. Он жестом пригласил меня сесть на заднее сиденье. Этот амбал выглядел устрашающе, так что я старалась действовать быстро.
В салоне машины царила тишина. Слева от меня сидел мужчина лет пятидесяти и что-то набирал в телефоне.
- Рад видеть вас, Логан, - заявил он, убирая мобильник в карман пиджака.
- Не скажу то же самое, потому что не знаю, кто вы, - я старалась не грубить. Думаю, у меня это плохо получается.
- Раз уж вы написали статью про моих подопечных, то должны знать, что я их продюсер. Саймон Коуэлл, - меня вжало в сидение от его слов. Кажется, наступил час расплаты.
- Оу.. Эмм..
- Думаю, мне не стоит говорить причину своего нахождения здесь, верно? Ваша статья может оказать не самую лучшую репутацию группе. Я этого не хочу. А учитывая ваши чувства к мистеру Пейну.. Вы ведь, насколько я знаю, симпатичны друг другу, так? – ком подкатил к моему горлу, и я поняла, что Лиам уже знает о статье. Я неуверенно кивнула, и он продолжил, - Позавчера Лиам пришел ко мне с просьбой о расторжении договора их с Софи пиара. Парень хотел реальных отношений, и, полагаю, с вами, мисс Вуд. Не стоит говорить, что он сейчас морально подавлен. И дабы слухи не разошлись дальше, я хочу предложить вам кое-что.
- Журналы на прилавках уже почти полдня, - тихо добавила я, но, он, кажется, пропустил это мимо ушей.
- Я заплачу вам крупную сумму денег, и мы сейчас же поедем в издательство разбираться с этой статьей. Удалим из базы и как можно быстрее уберем все с прилавков. Или же вы летите в Лондон, объясняете всё, как есть, парням, в особенности Лиаму. Если он сможет простить вас, то мы оформим ваши отношения как официальные. Но со статьей придется поработать в любом случае. Вы ведь уволились из этого издательства?
Киваю, обдумывая варианты, предложенные Коуэллом.
- Это было низко с вашей стороны, потому что парень действительно выглядит влюбленным и разочарованным.
Несколько секунд смотрю на мужчину. Глаза начинает щипать, и я чувствую, как дрожат мои губы.
- Я полечу в Лондон.
Саймон дает мне около пятнадцати минут на то, чтобы собрать все необходимые вещи в чемодан и взять все свои документы. Его охрана загружает мой чемодан в багажник, а я снова оказываюсь на заднем сиденье рядом с Коуэллом.
- Вы поступили благоразумно, - кивает он.
После мы едем в издательство, где охрана Саймона чистит всю базу от сплетен связанных с группой. Нет больше моей статьи, нет пустышек от Кэролайн. Нет ничего. В это же время Майкл связывается с поставщиками и просит их вернуть весь тираж обратно, в издательство.
- Я говорил тебе подумать, а ты настояла на своем, - прошипел Майкл мне в лицо.
- Не привыкла думать о последствиях, точно так же, как и ты, - мягко улыбаюсь ему и ухожу вслед за Саймоном обратно в машину.
- Полетишь со мной, в одном самолете. И подумай о том, что будешь говорить. Ты должна оправдать свои действия. В противном случае вернешься домой и будешь корить себя за то, что натворила. Я не шучу. У Лиама большое сердце, но я очень переживаю за его решение, - сказал мне Коуэлл уже в аэропорту перед нашей посадкой в самолет.
- Я переживаю даже больше вашего, - бормочу я, прокручивая в голове всё, что я хочу сказать Лиаму.