45 Cant catch me now
Самолет летел сквозь густые облака на высоте двенадцати километров . На его борту царила полная тишина. Кто-то мрачно смотрел в окно, влекомый своими мрачными мыслями, кто-то пытался уснуть, чтобы быстрее переварить недавнее бегство из особняка Старков, а кто-то был настолько встревожен и подавлен, что старался всеми доступными способами заглушить чувство болезненной утраты. Питер уже тридцать минут смотрел в одну точку, почти не моргая. В его голове вихрем крутились мысли, позволяя взлететь ему выше двенадцати километров: в прошлое. Там сейчас была и Эмили. Ее простреленную ногу забинтовали и кровь перестала идти, но пуля все еще была внутри. Если бы сейчас Эмили вернулась в салон самолета, то, возможно, и почувствовала эту ужасную пульсирующую боль, поднимающуюся к колену и выше, но на ее счастье или несчастье она сейчас была очень далеко.
В ГИДРЕ случился переворот. Когда солдаты, ученые, секретарши, бухгалтера, экономисты и другие преданные работники ГИДРЫ , которые уже несколько поколений жили целью воскресить Темную мать и главным проектом которых был Темный тайпан, узнали, что их лидер больше не имеет связи с одним из камней бесконечности, вежливо попросили его удалиться со своего поста. Но он ,как ни странно, заявил, что делать это категорически отказывается. На следующий день Мирта, уборщица, пришедшая на работу как обычно раньше всех, чтобы успеть помыть полы до того, как по ним начнут бегать десятки ног, обнаружила труп лидера Гидры в чане с какой-то желтоватой жидкостью напоминавшей сироп. Мирта проработала здесь почти десять лет, но никогда не запоминала эти длинные заумные названия. Вот и сейчас она не имела понятия, в чем плавал труп лидера, но судя по его фиолетовым белкам глаз, химикаты, содержащиеся в этой жидкости влияли на печень. И он какое-то время глотал эту жидкость прежде чем захлебнуться. Сначала потерял сознание, едва бьющееся сердце успело разнести химикаты по телу и окрасить его широко открытые глаза в фиолетовый. Рот трупа посинел и был распахнут, как у рыбы. руки прижаты к себе и пальцы на них скорчены, что говорило о судорогах, ноги находились у груди, а рядом с чаном на столе лежала записка с очень кривым, как у первоклассника почерком. На ней два слова:"Пьетро Максимофф". После этого Пьетро и начал править ГИДРОЙ. Он с успехом заменил старого лидера, под руководством Темной матери, что хранилась у сердца Эмили. Она все сидела в темноте своей камеры, периодически выплывая из состояния живого оружия на короткие минуты. И с каждым днем под руководством ее друга Пьетро она все меньше вспоминала, кто она такая и кем она была. Иногда, когда Эмили видела его приветливое лицо, склонившееся над камнем у нее в груди, она смела думать о том, как несправедливо, что ей не подвластно то, что является ее частью. В один из очередных повторяющихся по своему распорядку дней, Эмили завели в камеру после процедур. Она тяжело дышала, сердце билось где-то в горле и отдавало в виски. Сквозь пелену, сидя на кресле, пристегнутая ремнями, Эмили слышала, как рядом разговаривают люди. Пьетро и кто-то еще.
- Пьетро, ее тело не выдерживает таких нагрузок. Тайпана буквально разрывает изнутри. Я считаю, нам нужно снизить количество потребляемых ей психоактивных веществ. Она и так полностью подвластна...
-Нет.- сухо ответил высоковатый голос- я сидел с ней в соседней камере. Видел я ваше "полностью подвластна". Тайпан противиться и самое главное может это делать. Так что я буду вливать в нее эти химикаты, пока не увижу тотальный контроль даже ее мыслей. Пускай у нее вместо крови течет наркотик, я не остановлюсь пока...
Эмили снова провалилась в густое забвение и очнулась только когда сидела на кровати в глубине своей камеры. Она не имела понятия, сколько времени так просидела, пялясь в одну точку. В коридоре послышались шаги . Двое мужчин и девушка. Они прошли мимо камеры Эмили , не обращая на нее никакого внимания. Скорее всего ее не было даже видно в темноте камеры, зато Эмили прекрасно рассмотрела девушку и узнала в ней Ванду Максимофф, сестру Пьетро. Бедная девушка. Неужели Пьетро не отпустил свою родную сестру и продолжил издеваться над ней? Открылась соседняя дверь. Там раньше сидел Пьетро. Когда Ванду успели перевести туда? Эмили услышала, как повернулся ключ в замке соседней двери. Мужчины ушли. Тишина. Ни звука. Будто здесь вовсе никого не было. На секунду, Эмили представила, как бледная маленькая Ванда лежит на своей железной кровати без сознания, но вспомнила, что Ванда шла сама и при чем довольно уверенно . Эмили приблизилась к каменной стене, разделявшей ее с Вандой. Она прислонилась к ней щекой, ощутив холод этого грубого камня и закрыла глаза. Тут же в темноте век возникла картинка: Ванда сидит в своей белой сорочке на корточках у стены и прижимается к ней щекой прямо напротив Эмили. Ее глаза прикрыты, а губы дергаются, шепча что-то неразберимое. Эмили отпрянула от стены, будто она резко стала очень горячей. Пьетро хочет сделать из Ванды преемницу камня Тьмы? Он хочет сделать ее такой же как Эмили? Тут сердце Эмили сдавила жалость. Столь редкое здесь чувство, которое ей не позволено ощущать . Ванда... Бедная Ванда! Какой ужас, что родной брат, единственное, что у нее осталось, обрекает ее на такие страдания бесчувственного оружия. Нечеловека. В эти нелегкие минуты своего осознания, Эмили четко решила, что хотя бы попытается не дать повторить ее судьбу кому-либо еще. Она снова придвинулась ближе к стене и коснулась ладонью. Пройдя сквозь толщу камней и цемента, Эмили нащупала Ванду, уже сидевшую на своей кровати. Прошлась по ней вверх и медленно забралась в ее сознание. Оно было чистым, практически белым и подсвечивалось желтым светом. Эмили чувствовала здесь присутствие кого-то еще помимо ее и Ванды. Она чувствовала огромную силу, что была спрятана глубоко и сейчас начала медленно просачиваться на поверхность едва заметными разводами. Но эти разводы были настроены агрессивно к незваной гостье и пока они не стали пытаться защитить себя, Эмили прижала их, шепча: " Беги отсюда при любой возможности. ГИДРА враг. " - Эмили ощутила вдруг, как ее тянет куда-то вниз, далеко, глубоко, так, чтобы она снова была управляема. Зачатки сил вырвались из-под Эмили и прежде, чем они успели вытолкнуть ее навстречу к бездне, Она добавила : " Забудь о моем присутствии". И Эмили погрузилась во тьму на долгие годы, почти до самого своего освобождения.