Глава 5
Ира
Сначала из-за угла показалась Сашкина голова. Затем Гелина. Я набрала скорость, насколько это было возможно на таких высоких шпильках. Хорошо бы вовремя затормозить и не вляпаться в кого-нибудь.
Завернула за угол и принялась отчитывать друзей:
– Вы что творите, обормоты! Она вас чуть не засекла! Зачем выглядывать-то?
– Но нам было интересно за вами наблюдать! – воскликнула Геля.
– Бедная девушка... Ты так притянула ее к себе! – заржал Сашка. – Думал, прям там ее засосешь!
Закрыв глаза и сложив губы трубочкой, Саша стал медленно наклоняться. Отбиваясь от него, я замахала руками, как ветряная мельница.
– Тебя сейчас Вселенная засосет! За твои похабные разговорчики! – рассердилась я. – Из-за вас я чуть не спалилась! Шпионы, блин! Маячите и маячите! Вы же такие приметные оба! Особенно Сашкина соломенная голова...
– Сама ты соломенная голова! – обиделся парень. Но мне было все равно! У меня столько претензий накопилось за те несколько минут, что мы не виделись! Ну просто очень хотелось сумочкой шандарахнуть по Сашкиной башке, соломенная она или нет.
Я ткнула друга пальцем под ребра:
– Признавайся, это ты лифт вырубил?
– Ай-ай, Лазутчикова! Больная! Я тебе супермен, что ли? Лифты вырубать...
– Ух ты! Вы застряли? – У Гели загорелись глаза. – А я думаю, что ты так долго... Ну надо же! Как романтично!
– Романтично? – ахнула я. И снова повернулась к Сашке. – Колись давай! Это ты мне такую чокнутую в пару выбрал?
– Чокнутую? – искренне удивилась Геля, в то время как Сашка наигранно корчился от моих нападок. – Разве она не симпатичнач?
– Если только в своих собственных мечтах! – злорадно проговорила я. Нет, девушка, может, и не страшная, но этот ее клоунский наряд... И прическа. Мамма Мия! У нее что, зеркала дома нет?
– Это не я, это Геля ее тебе подсунула! – захихикал Сашка. – Видимо, ее типаж! Так что не обязательно было меня калечить.
– Колчанова, ты издеваешься? – повернулась я к Геле, приняв на веру Сашкины слова. – На фига ты мне ботаншу выбрала? Такая чудачка и без всего этого маскарада телефончик попросила бы...
– Брендовые шмотки на тебя плохо влияют, Лазутчикова! – покачал головой Саша. – Ты уже и разговариваешь, как настоящая снобиха!
– Сам ты сноб. Но в чем тогда смысл нашего спора, если заставили меня все это надеть, а в пару выбрали какую-то... хм...
– Со спины она ничего такая! – перебила меня Колчанова, оправдываясь. – Высокая, подтянутая вроде...
– Да это все из-за кроссовок, – встрял Сашка. – Геля как разглядела ее обувку, так сразу давай тебе звонить...
– А что с ее кроссовками? – удивилась я.
– Ты что! – воскликнула Геля. – Это же коллаборация Asics и дизайнера Ронни Фига!
– Какого еще... Фига? – растерялась я.
– Древняя моделька, конечно, и потасканная изрядно, но такая сочная! А эта небесная расцветка... Где она их откопала, интересно?
– Ты кроссовочная маньячка! – констатировал Сашка.
– Пусть! – согласилась Колчанова. – Но она определенно шарит! Я, если честно, не особо ее разглядывала целиком, как-то разум сразу затуманился...
Я прокрутила пальцем у виска. Мне все равно, какие у кого кроссовки... В этом я не особо-то и разбираюсь.
– Вот если б ты на нее спереди глянула, вопросы бы отпали!
– А что тебя смутило-то? Спереди? – поинтересовалась Геля.
– Ну, хотя бы надпись «Я девственница» на футболке, – разозлилась я.
Сашка громко заржал. На нас даже несколько человек обернулись.
– Серьезно? А она отчаянная...
– Еще какая! – кивнула я. – Ну, вы даете! Подстава подстав! Такую чудачку мне выбрать...
Я достала телефон и продемонстрировала фотографию.
– Слушай, что-то в ней есть! – задумчиво проговорила Геля, разглядывая снимок.
– Типичная ботанша, – хмыкнул Сашка.
– Симпатичненькая все равно! – не согласилась Колчанова. – Не прыщавая! Даже загорелая...
– Ага, – кивнула я. – Под настольной лампой загорела, пока конспекты писала!
– Снимите с Лазутчиковой дорогое платье, – поморщился Сашка. – Оно ее разлагает!
Геля продолжала рассматривать фотку.
– Прическа только странная... – Она захихикала. – Разве такие прически еще носят? Будто из юмористического сериала...
– А футболка не странная? – проворчала я, вырывая из рук подруги телефон. – Если честно, она вся какая-то... подозрительная. Да что говорить. Мы все немного того! Из юмористического сериала.
Я вспомнила, как вела себя в лифте, и невольно покраснела. Да уж... Совсем запугала бедную девушку. Грубила, несла какую-то ахинею... За руку ее схватила, потом за щеки. Переволновалась, в общем. Ну нет, знакомиться с девушками – это не мое. От страха все «пикаперские» советы, что давала мне Света Попова, вылетели из головы. Не удивлюсь, если эта бедолага, пообщавшись со мной, вообще на девчонок смотреть не будет. Ужас, как стыдно! Хорошо хоть больше с ней не пересекусь... Вряд ли эта чудачка решится мне позвонить. Первое впечатление я явно так себе произвела.
– Общение-то с ней продолжишь? – будто прочитав мои мысли, поинтересовалась Геля.
– А? – отозвалась я. – С кем? С чудачкой этой? Нет, конечно!
Мы медленно брели к эскалаторам. Как же меня утомила эта одежда! Короткое платье, каблуки... которые слишком громко цокали. Многочисленные браслеты... которые слишком громко звенели. Цок-цок-звяк-звяк. Как меня люди вообще переносят? Шума-то сколько. Захотелось стать невидимкой и упорхнуть через вентиляционную трубу на улицу. А там – в сторону дома, в свою мягкую кроватку, заваленную мягкими игрушками.
– А как ты ее захомутала? – поинтересовался Саша. – Ну, номер телефона она у тебя довольно быстро попросила... Молодец, справилась. Так о чем вы говорили?
Я еще больше помрачнела. А правда, как? Еще и тостером похвасталась! Это просто чудо, что девушка телефон у меня спросила. В состоянии аффекта, видимо. Попалась же чудачка... Другая бы послала подальше.
– О чем, о чем? – Я пожала плечами. Говорить друзьям правду было стыдно. – О погоде, о природе... Ну-у, я глаза вниз опускала, невзначай волосы поправляла, как Света советовала...
– Покажи! Покажи! – заскакала вокруг меня Геля.
Я демонстративно загремела браслетами.
– Во-от так!
– Ух, ты! Зашибенно!
– Ну, а то! Еще за лексиконом следила. Чтоб... без... всяких... глупостей! – Последние слова я буквально пропищала. Вообще, вранье мне плохо дается. Я сдерживалась изо всех сил, чтобы не почесать нос. Сашка с Гелей с любопытством косились на меня. И все-таки лучшая защита – это нападение. Поэтому я возмущенно завопила:
– А что пристали-то, граждане? Номер телефона у меня попросили? Попросили! Селфи сделала? Сделала! Так что эксперимент прошел на ура! И кому из нас достанется приз?
Мы уже спустились на первый этаж и вышли на залитую солнцем большую парковку. Кажется, здесь собрались все жители нашего города. Ни одного свободного места! А ведь есть еще и закрытый паркинг...
– Приз? Какой приз? – удивился Сашка.
– Ну, привет, Лунтик! – проговорила я рассерженно. – Ты откуда свалился? Сектор «приз» на барабане положен!
– Мы вроде ни на что конкретное не спорили... – Подруга остановилась и задумчиво посмотрела куда-то вдаль. – И все равно, Ир, эксперимент не до конца проведен. Круто было б продолжить ваше общение! – вдруг выдала она. – Чтоб она наверняка в тебя втюхалась!
– Что? Нет! Для чего? – испугалась я.
– Ну ты сама посуди: так интересно! Встретились два... несовершенства!
– Ага, это ты нас завуалированно лохами обозвала! – рассердилась я. Стало обидно. И за себя, и за ту очкастую чудачку. Мы с ней, конечно, не самые популярные ребята, но чтоб вот так на нашей личной жизни крест ставить... Хотя за девчонку стало еще обиднее, чем за себя. Я вспомнила, как девушка достала из кармана шариковую ручку... А может, она ее с собой всю жизнь вот так таскает, бедолага? И я первая девушка, которая «ответила взаимностью». Раскрутила своим неадекватным поведением на такой отчаянный шаг! Я ужаснулась.
– Ты, кажется, не до конца поняла, о чем я! – сказала Геля. – Помочь же хочу!.. Сейчас как раз книжку про это читаю... Тебя приодели, так и ее можно... Изменить! Чтоб от девчонок отбоя не было!
– Гель, тебя заносит! – осторожно проговорил Саша.
– Как обычно! – фыркнула я.
– Нет в вас авантюризма!
– Зато в тебе хоть отбавляй! – сказала я. – Вот так распоряжаться судьбами людей!..
Конечно, в чем-то она права. Наверняка у чудачки с девчонками не клеится. Но я, конечно, не тот человек, который мог бы ей с этим делом помочь. Тут ей со Светой Поповой нужно скорефаниться.
– Значит, ты, Лазарева, не хочешь быть послом доброй воли?
– Колчанова, иди лечись! – посоветовала я. – Тем более все равно сомневаюсь, что она мне позвонит...
– Как не позвонить такой красавице? – удивилась Геля. – Ты только посмотри на себя!
Я непроизвольно нахмурилась.
– К тому же ты ведь следила за «базаром»...
– В какой стороне остановка? – спросила я у Сашки, игнорируя Колчанову.
– И глазки вниз опускала... – невозмутимо продолжила подруга.
– Я ногу натерла! – буркнула я.
– И волосы невзначай поправляла...
– Колчанова! – взорвалась я. – Если она позвонит, посмотрим! Но я ничего не обещаю, понятно тебе?
Геля просияла. Тут у нее завибрировал телефон.
– Черт, я совсем забыла! – пробормотала Колчанова. – У тетки же юбилей! – Разговаривая, она отошла от нас на почтительное расстояние.
– Да, видок у тебя тот еще, – хмыкнул Сашка, внимательно разглядывая меня. Он щурился от солнца, которое отражалось в громадных панорамных окнах торгового комплекса.
– Ох, Саш, я так устала... – промямлила я. – Прическа растрепалась, да? – Как, оказывается, тяжело живется этой Лазаревой... Бедняжка. Одни туфли на каблуках чего стоят... То ли дело – Лазутчикова!
К нам вернулась недовольная Колчанова.
– Так, ребят, я беру такси и дую к тетке! Вся родня уже там, а у меня из головы совсем вылетело... Отец рвет и мечет! Ир, вещи потом передашь... Классное сегодня утро все-таки было! Хочется продолжения банкета!
– Иди уже! – хором сказали мы с Сашей.
Геля поочередно чмокнула нас в щеки и убежала. Мы с Сашей так и продолжали стоять на месте. Хорошо, что я недалеко живу... Пешком дойти можно. Какой-то бесконечный день!
– Тебя проводить? – спросил Саша.
– Давай, – вздохнула я. – А то копыта по пути отброшу! Мне нужна твоя моральная поддержка!
Я взяла Сашку под руку. Мы не спеша побрели вдоль машин от торгового комплекса в сторону шумного бульвара. По пути нам встретился мим на ходулях. Он ловко маневрировал среди прохожих. Потянул руки к какой-то маленькой девчонке, которая засмотрелась на него, раскрыв от удивления рот. Малышка вскрикнула и побежала догонять родителей. Я вспомнила, как утром папа назвал меня мимом, и непроизвольно заулыбалась.
– Ты чего радуешься, Лазутчикова? – покосился на меня Саша.
– Папа говорит, что я на каблуках, как этот!.. – Я кивнула в сторону уличного артиста.
Саша с интересом вгляделся в него.
– Знаешь, у него как-то лучше выходит.
– Ой-ой-ой! Можно подумать!
Поравнявшись с мимом, я сравнила наши походки. Один в один!
Длинноволосый музыкант напевал под гитару старую песню группы «Танцы минус»:
Я укутываю, убаюкиваю,Электрический свет просто выключаю.Недоверчивую и застенчивуюЯ укутываю, я укутываю.
Несмотря на то что с непривычки гудели ноги, настроение улучшилось. Хотелось зажмуриться от весеннего солнца и замурлыкать от удовольствия.
Мы свернули в тихий переулок, а затем в один из дворов. Решили срезать, чтобы скорее добраться до моего дома. Ну, как быстрее... Шла я с каждым шагом все медленнее, пока в конце концов совсем не остановилась. И настроение пропало. Майское солнце стало припекать. Я даже стянула пиджак.
– Снимай и туфли! – приказал Сашка.
– Что? Как? – не поняла я.
– Что как? – рассердился Сашка. – Залезай ко мне на спину, я тебя дотащу! Надоело на твою кислую физиономию смотреть...
– Сашенька, ты же золотце мое! – обрадованно пролепетала я, сбрасывая ненавистные дорогущие туфли.
Сашка потащил меня на спине словно Медведь в коробе Машеньку. Как говорят: друг познается в беде! Я его расцеловать была готова!
Минуя пару домов, Сашка остановился и произнес:
– Все! Я так больше не могу!
– Тяжело? – испугалась я. – Сашка, так я сама дойду! Тут осталось-то... Вон моя хижина!
– Я так больше не могу! – упрямо повторил Саша, продолжая нести меня. – Ир, поговори с Гелей?
– О чем? – спросила я. Хотя, конечно, догадывалась.
– О нас. С ней.
Саша замолчал. Было странно вести такой разговор, сидя на Сашкиной спине. Странные ситуации – это вообще прям мое. Ни дня без них.
– И все-таки поставь меня на асфальт! – попросила я.
Сашка выполнил мою просьбу. Теперь я стояла босыми ногами на нагретом за солнечное утро теплом асфальте. Мы стояли друг напротив друга. Мимо прошла пожилая женщина. Поглядев на нас с подозрением, она хмыкнула. Наверное, при таком ярком марафете, с растрепанной прической, да еще и босиком я похожа на загулявшую выпускницу.
– Ой, Саш, дай руку! Обуюсь.
Вид у Сашки был измученный. Похоже, мне предстоит тот еще разговорчик...
– Почему она все время притворяется, что ничего не происходит? – спросил он.
– А что происходит-то? – Я с трудом натянула тесные лодочки.
– Знает ведь, как я к ней отношусь...
– Может, ей так удобно? Ну, а ты сам разговаривал с ней на эту тему?
– За столько лет нашей дружбы кучу раз...
– Тогда, Сашенька, у меня для тебя дурные вести! Вряд ли моя беседа на нее как-то подействует... Ты же знаешь Колчанову!
Туфли так сильно жали, просто караул! Я осторожно сделала пару шагов. Мамочки, больно!
Женщина, которой мы с Сашкой не приглянулись, снова оказалась возле нас. Видимо, решила прогуляться по залитому солнцем двору. Ходит туда-сюда. На меня она смотрела с брезгливостью. Что ей надо-то?
– Вы читали сказку Андерсона? – громко спросила я.
– Что? – встрепенулась женщина. – Это ты мне?
– Вам! – кивнула я. – Ведьма оказалась права! Каждый шаг причиняет мне такую боль, будто я ступаю по острым ножам...
– Ты пьяная, что ли? – сурово спросила женщина. Сашка тоже смотрел на меня с недоумением.
– Вот стану пеной морской, будете знать! – пригрозила я, увлекая за собой Сашу.
– Лазутчикова, что ты там несешь?
– А чего она на меня так пялится? Будто я американский шпион...
– Вертихвостка! – донеслось нам вслед.
– Я – Русалочка! – не оборачиваясь, громко возразила я. – Так, на чем мы с тобой остановились?
– Будто ты не помнишь... – нахмурился Сашка.
– Ладно! Я тебе клятвенно обещаю поговорить с Гелей по поводу тебя!.. В ближайшее время!
Разберешь разве, что там у них происходит? С ребятами я познакомилась на первом курсе. Поначалу, конечно, решила, что они – пара. Еще бы! Всюду вместе! Геля мне сразу понравилась, и очень хотелось с ней подружиться. Почувствовала я в этой девчонке родственную душу! А вот Сашка смущал. Казалось, я буду третьей лишней в их компании. Но как-то само собой получалось, что мы всегда садились на лекциях вместе. Забирались на самый верх аудитории, где ряды располагались амфитеатром. Все остальные наши одногруппники, жуткие зубрилы, старались сесть поближе к преподавателю. «Не самая святая троица» – это, кстати, нас так на потоке прозвали. Потому что, несмотря на нормальные оценки, мы были... ну как сказать, далеки от образцовых студентов. А если присовокупить наши с Гелей споры на «слабо», то картинка вырисовывалась яркой.
Еще в самом начале нашей дружбы, на паре по древнерусской литературе, я выяснила, что Саша и Геля, оказывается, с самого детства вместе. Учились в одном классе и живут рядом. Сашка, как заботливая мамочка, опекал Колчанову. Я даже и не припомню особых шуточек от нашего ядовитого приятеля в ее адрес. А вот в мою сторону – хоть отбавляй. Поначалу я обижалась, пока не узнала Сашу ближе. А потом научилась отвечать той же монетой. И мне – обалдеть! – жутко нравилось, как мы подкалываем друг друга. Если бы Сашка в один ужасный день перестал это делать, я бы всерьез решила, что он заболел... Или обижен на меня. А мне бы этого совсем не хотелось.
Несколько раз я уже пыталась узнать у Гели, почему она не отвечает на Сашины чувства. Парень ведь неплохой. Верный, добрый. Хоть и вредный. Но Колчанова вечно юлила и прямо на мои вопросы не отвечала. Кажется, ей было просто удобно, что Саша при ней. Себя она позиционировала как «одинокая и независимая». Ни с кем встречаться не хотела, а над парнями, которые проявляли к ней интерес, просто насмехалась. Как-то она обмолвилась, что разочаровалась в мужчинах. Была у нее какая-то безответная любовь. А вот к кому – не знаю, и Геля, и Саша всячески избегали эту тему. Я надеялась, что Колчанова все-таки расскажет. Пора уже раскрутить подругу на откровенный разговор... А то ставит тут эксперименты. В себе бы разобралась.
В лифте я со вздохом прислонилась к стене, так как ноги меня уже не держали. Плевать, что стены грязные, а платье такое красивое... и чужое. Сашка сжалился надо мной и снова взял меня на закорки. В квартиру он втащил меня, словно тяжелый мешок с картошкой. Оставалось только бросить у порога и крикнуть моей маме: «Ну, что, хозяйка! Принимай урожай!»
– Ирочка! – Мама всплеснула руками. – Что с тобой?
– Мам, это нормально – делать такие неудобные утюги? – проворчала я, скидывая туфли.
– А чья это обувь? И где твоя одежда? Ничего не понимаю! Ты же утром совсем в другом ушла!
– А Иру, теть Ань, по телевизору скоро покажут! – выпалил вдруг Сашка. Я с недоумением посмотрела на него. Что за чушь он несет?
– Вот правда, теть Ань, подошла к нам в торговом центре съемочная группа, говорят, мы вас на камеру переоденем и причешем!
Я непроизвольно схватилась за голову.
– Да вы что! – воскликнула мама.
Такая она у меня доверчивая, конечно. Все за чистую монету принимает. А Сашка врет и даже не краснеет.
– Угу, теть Ань. Чудеса! Только потом шмотки им вернуть придется... Кругом обман!
Я молчала. С другой стороны, как маме объяснишь, что это за маскарад? А Сашка не унимался:
– Про нее там сначала целый сюжет сняли! Как живет, чем дышит... Где учится. Может, для профайла и вас снимут!..
Мама открыла рот от изумления.
– Эй, сочинитель, – шикнула я. – Ты больно-то не увлекайся! Будто ты мою маму не знаешь, она же еще беляши для всей съемочной группы нажарит...
Сашка стоял с невозмутимой физиономией. Ему как с гуся вода.
– Мам, скорее всего, отснятого материала хватит! – успокоила я родительницу.
– По какому каналу-то будет передача? – крикнул из зала папа.
– По кабельному какому-то... – промямлила я. – Но дата выхода неизвестна!
– Тебе хоть сообщат? – не унимался папа.
– Обязательно!
Сашку вся эта ситуация определенно веселила.
– Нужно будет всем родственникам позвонить... – заключил из другой комнаты папа.
– И коллегам по работе сообщите! – не моргнув глазом, добавил Сашка.
– Конечно-конечно! – закивала мама.
Я только головой укоризненно покачала. Вот же Сашка – жаба!
– Я только одного не понимаю, почему тебя сделали героиней такой программы? – искренне удивилась родительница. – Разве же ты у нас плохо одеваешься?
Я развела руками, браслеты при этом громко звякнули. Мол, откуда же мне знать.
– А сейчас... как елка! Много лишнего! – вынесла вердикт родительница.
– Зрители оценят, – не унимался Сашка, вошедший в роль. Стоит, лыбится и на меня с превосходством поглядывает.
– Ой, мам! А Сашке нашему вообще за деньги предложили пол поменять! – сказала я в отместку.
– Чего-чего? – Мамочка чуть в обморок не упала. – И такие программы есть? Да-а, давненько я телевизор не включала...
Тут даже папа из комнаты вышел.
– А это все американцы! Капиталисты! – сурово сказал он. – Все на них равняемся...
Сашка сверлил меня глазами.
– Ни в коем случае не соглашайся, Александр! – с пафосом произнес папа.
– А я че... я, конечно, нет... – забормотал Сашка. – Ну, мне пора! До свидания!
Друг пулей выскочил за дверь. Меня разбирал смех, но я с серьезным лицом повернулась к ошарашенным родителям.
– Ну, что такое? Что на меня-то так смотрите? Пол в квартире поменять предложили! Школа ремонта! А вы что подумали?
* * *
После сегодняшнего спектакля, разумеется, жутко болели ноги. Я даже отказалась от ужина, потому что было только одно желание: лежать на кровати весь вечер. К тому же родители за ужином обязательно пристали бы ко мне с расспросами об этой дурацкой программе, которую выдумал Сашка. Вот же подстава...
Поздно вечером у меня заурчало в животе. Я тихо пробралась на кухню, налила огромную кружку кефира и схватила со стола пачку любимого топленого печенья. Вернулась в комнату, забралась в кровать и довольно захихикала. Мама не разрешает есть печенье в постели. Конечно, ведь все будет в крошках... Но сейчас меня это мало волновало. Мне было так хорошо здесь и сейчас. Как-то я не задумываюсь о последствиях, что часто играет со мной злую шутку...
Мой старенький ноутбук долго грузился. Я грызла печенье. Вечерний майский ветер трепал светлую занавеску. Со стороны проспекта доносился шум машин.
Из задумчивости меня вывел звук СМС-сообщения.
«Почему тебя нет в Сети?»
«Ужинаю!» – быстро напечатала я в ответ Геле и потянулась за еще одним печеньем. В ноутбуке полезло какое-то очередное обновление. Оставалось только тяжело вздохнуть.
«А Александро где? Что-то он тоже не отвечает».
Я вспомнила Сашкину просьбу. Эх, мне же еще предстоит беседа с подругой. Где Сашка и почему он молчит, я понятия не имела. Вообще, помимо нас с Колчановой у него есть друзья-парни. Такая погода классная. Наверняка гуляет. Только я собралась написать об этом Геле, как мне пришла новая СМСка. С незнакомого номера:
«Тук-тук!»
Я уставилась в экран телефона. Скорее всего это от этой чудачки из лифта. Надо же, а она отчаянная. Я-то думала, не решится написать Лазаревой. Где она, и где она... Муа-ха-ха! И что это за «тук-тук»? Только зашуганная ботанша могла написать такое понравившейся девушке!
Не ответив, я перешла в папку с фотками. Наше селфи. Сама размыта и похожа на приведение. А это чудо-юдо даже в камеру от неожиданности не успела посмотреть, так и запечатлелась в профиль. От нечего делать я увеличила фотку. Черт, а она ничего, симпатичная... очень даже симпатичная. Ее бы приодеть да научить себя вести... Ну, как Геля сегодня предлагала. Кстати о Колчановой...
«Теперь и ты меня игноришь? Сговорились, что ль?»
Блин, я же забыла ей ответить! С этим «тук-туком».
Я даже с некоторым сожалением вышла из фотопленки и опять зашла во вкладку с сообщениями.
«Понятия не имею, где твой Сашка ненаглядный!;)»
Вспомнив, как выглядит чудачка в профиль (и почему она засела в моей голове?), я напечатала ответ и ей:
«По голове себе постучи!»
Когда пришло новое сообщение, я в предвкушении потянулась к телефону. И даже немного разочаровалась, когда увидела, что это опять от Гели.
«А че это он сразу мой? Кстати, прикинь, Светка спросила, как Александро в соцсетях найти!»
Так-так-так! Интересненько! Я сделала глоток кефира, вытерла ладонью белые «усы» и набрала:
«Да ла-а-адно?!»
А чудачка все молчала. Наверное, вспомнила, какая я неадекватная. А я же просто общаться с девушками не умею...
Но нет! Она проклюнулась:
«Ты должна была спросить: кто там?:)»
Вот странная! Я хихикнула. Глянула на ноутбук. Обновлено всего на тринадцать процентов. Что б его...
«Сто грамм?» – уточнила я.
Ответ пришел быстро:
«А как, кстати, правильно: грамм или граммов?»
Вот чудная все-таки!
Следом и от Гелии строчка:
«Так да-а-а! При личной встрече тебе все расскажу!»
Ладно, Колчановой можно и позже ответить. Глупо улыбаясь, я напечатала:
«Помидор или помидоров?»
«Полотенцев или полотенец?» – тут же спросила она. Я засмеялась. Это самая странная переписка в моей жизни.
«Ну так когда все обсудим-то?» – всплыло сообщение от Колчановой. Неуемная какая!
«Давай завтра встретимся?» – предложила я. Так, еще одну печеньку, и на сегодня хватит! Лазаревой нужно беречь фигуру...
О, чудачка что-то прислала! Стряхнув с ночной рубашки крошки, я вновь взяла в руки телефон.
«Давай!» – написала девушку.
Давай? И что ей, интересно, давать? Я еще раз просмотрела наш высокоинтеллектуальный диалог: помидоры, полотенца... и мое «Давай завтра встретимся?» А-а-а-а! Что-о-о? Ка-а-ак? Это предназначалось не ей! В расстроенных чувствах я откинулась на подушку. О боже!