11
— Ты уверен?
— Да, теперь я окончательно в этом убедился.
— Может не стоит это делать?
— Я не могу быть с человеком, который клянулся в любви другому.
— Ньют.
— Нет, Диана. Это мое решение. Несмотря на все что между нами произошло, мы должны это прекратить. Он любит ее и, снова ее встретив, поймет это.
Диана посмотрела на хмурое небо. Ей не стоит вмешиваться. Это их дело.
— Я пойду помогу Оливии.
— Хорошо
— И все-таки я советую тебе поговорить с ним. Ты оставил его практически без объяснений, ничего не сказав.
Он и сам это знает. После того, как сознание окончательно вернулось к нему, он ни разу не встретился с Томасом, он тщательно его избегал. Ньюту не хотелось мучить себя лживыми фразами и глупыми надеждами.
И вместо того чтобы пойти к Томасу и обо всем поговорить, он направился к Алексу и Алби, которые находились в дальней части Бурга.
Нужно отдать должное Диане. Она настоящий дипломат, благодаря ее способности договариваться два народа теперь живут вместе и общими усилиями стараются выжить.
В отдельном шалаше была сооружена карта двух лабиринтов. Бегуны потратили несколько дней для ее точной копии.
— Ньют? У тебя все хорошо?
Алби нависал над картой и вырисовывал какие-то знаки на клочке бумаги, когда к ним ворвался Ньют.
— Я знаю где находится выход.
Блондин решительно посмотрел на ребят и подошел к карте, указав на один из секторов.
— В каждом секторе есть выход, но для того чтобы он открылся нужен специальный механизм, который находится внутри гривера.
— Откуда ты это узнал? — Алекс недоверчиво посмотрел на парня и сложив руки на груди, почти в плотную подошел к Ньюту. — Ты только недавно был присмерти, а сейчас заявляешь, что знаешь путь к спасению!
— Да! Я начинаю вспоминать. Мы все очень важны и от нас зависит жизнь других людей. — Ньют переводил взгляд с одного парня на другого — Я помню обрывки: то как мне что-то вкололи и положили в лифт; люди в белых халатах; вакцина и она.
— Кто она? — Алекс положил руки на плечи блондина и посмотрел в его глаза словно пытался увидеть в них праду он говорит или нет.
— Тереза… — Из Ньюта будто воздух выбили. Это имя больно отдает в сердце и оставляет привкус желчи во рту. Слишком уж оно много значит.
— Ясно — Алекс убрал руки с плеч парня и подошел к карте. — Мы составим план и завтра утром выдвинемся.
Алби кивнул.
— Значит мы должны...
Ньют продумал план. Он выведет всех из лабиринта. Он не может сидеть в этих четырех стенах, после всего прожитого. У него есть только один выход — выбраться из лабиринта.
Парни весь день провели в шалаше, пытаясь составить план. Они пропустили обед и даже ужин.
«Спасение и дипломатия затягивает» — Диана обожала эту фразу. Чаще всего так она оправдывала вечное пропадание парней в лабиринте.
Спасаться — вот что они делали. Нужно срочно спасаться, бежать из этого лабиринта.
Пусть Ньют помнил не все, лишь обрывки, он прекрасно понимал, что оставаться здесь нельзя. Нужно срочно выбираться. Там, где-то за этими стенами, есть ответы на все их вопросы. Там свобода.
Уже поздно вечером ребята вышли из шалаша и каждый побрел в свою сторону.
Ньют решил дойти до столовой, где обычно сидели Диана и Оливия. Возможно ему повезет и что-то осталось после ужина. У девочек явно найдется лишнее яблочко или груша. Не оставят же они его голодать?
Общий костер, где теперь собирались местные жители, догорал, оставляя только алые угольки. Они светились словно маленькие фонарики, но их света не хватало чтобы осветить хотя бы половину полянки.
Ньют остановился и поднял голову вверх. Тысячи звездочек переливались и сверкали на темном небе. Парень глубоко вдохнул прохладный воздух и задержал дыхание.
Нет. Что-то не так.
Если раньше Нюит чувствовал умиротворение и спокойствие, то сейчас внутри все словно рушилось, ломалось на части.
— Я думал, ты уже не выйдешь.
Ньют резко развернулся и в темноте разглядел Томаса. Он сидел на одной из веток дерева, которые опустились почти до самой земли, и пил.
— Мы готовили план…
— План… Ммм… — Томас сделал большой глоток алкоголя и опустил голову.
— Минхо сказал, что ты рвешься в лабиринт. Думаю я дал все необходимые сведения Алби… Он расскажет тебе завтра…
— Почему?
— Что «почему»?
— Почему ты меня избегаешь? Почему снова говоришь, что мы не можем быть вместе?!
— Я вспомнил…
— Что ты вспомнил?
— Твою настоящую любовь! Я вспомнил её. Как только мы окажемся за пределами лабиринта и вернемся обратно домой, ты встретишь её и поймешь, что я был ошибкой. Я хочу прекратить это сейчас, пока все это не так далеко зашло. После ты сам скажешь мне — «спасибо».
Брюнет отбросил бутылку, и резко вскочив, оказался перед Нюьтом. Томас схватил парня за плечи и начал трясти.
— Очнись, Ньют! Какой бред ты несешь?!
— Я говорю правду…
На глазах навернулись слезы от собственных слов. Блондин всхлипнул и ударил Томаса в грудь.
— Идиот!
Томас схватил парня за талию, и прижав к себе поцеловал. Сильно и властно. Он сминал его губы, кусал, облизывал.
Руки сами потянулись вниз и со всей силы сжали зад Ньюта, от чего тот нервно пискнул. Завтра будут синяки.
Ньют поддался вперед и запустил пальцы в мягкие волосы парня. Блондин непроизвольно потерся пахом о бедро Томаса и резко открыл глаза, когда одна рука парня легла на его член.
Томас сжал ладонь и начал ласкать парня через ткань штанов.
У Ньюта чуть искры из глаз не полетели. Он впился когтями в плечи парня и замер.
Томас не останавливаясь, начал спускаться ниже и целовать шею блондина. Он почувствовал, как тело в его руках задрожало и напряглось.
-…Почему ты не можешь просто наслаждаться нами..? … Почему вечно все усложняешь.?
Томас не дал ответить и снова впился в губы парня.
-...Стой... Я не… Мы не можем.
Ньют резко выставил руки и оттолкнул бегуна от себя.
Выбравшись, блондин освободился от цепкой хватки и со всей силы залепил Томасу пощечину.
Пока брюнет приходил в себя, Ньют быстро убежал в общий дом.
Сердце бешено колотилось, а дыхание никак не могло придти в норму. Ньют медленно сполз по стене и уткнулся носом в колени. По щеке пробежала слеза, но парень быстро ее смахнул.
Нельзя плакать!
— Эй, все нормально? — Из темноты вышел Галли. Он опустился на корточки и всмотрелся в лицо Ньюта. — Не важно выглядишь.
— Спасибо.
— Слушай, я не знаю, что у вас там происходит, но реветь точно не вариант.
— Какой ты стал добродушный.
— Мог бы и не ерничать. Давай, поднимайся, пол холодный. Заболеешь еще.
Галли отвел Ньюта в комнату и кинул в него дополнительное одеяло. Простудится ведь.
Сон не шел. Совсем. В голове вертелись воспоминания, как Томас сжимал парня в объятиях, как целовал, ласкал.
Провертевшись всю ночь, Ньют кое-как заснул под утро.
— Эй, Ньют! Вставай! — детский звонкий смех разливался по всему дому.
Мия запрыгнула на спящего парня и начала его щекотать. Ньют так же залился смехом.
— Ахахха!.. Всё.! Стой! — Ньют скинул девченку с себя на подушки и попытался перевести дыхание. — Маленький дьявол!
Мия села на кровать и серьезно посмотрела на Ньюта.
— Почему ты во сне говорил о дяде Томасе?
— Что? Я не... Я не говорил о дяде Томасе!
— Ты бубнил: «Томас, останься...Мы не можем... » и еще что-то. Я не разобрала.
— Ох...
— Так что это значит? Почему он должен остаться и что вы не можете?
— Он должен остаться испечь пирог и мы не можем класть туда клубнику.
Ньют подорвался с кровати и схватив девчонку за руку направился в столовую.
— А почему нельзя класть клубнику? Она же вкусная!
— Это должен был быть мясной пирог, а дядя Томас все испортил!
В дверях резко оказалась Диана, которая заговорщицки улыбнулась и сложив руки на груди, спросила:
— А что Томас испортил?
— Пироги!
— Оу.. Даже так!
Диана засмеялась и исчезла внутри кухни, а Ньют покраснел до кончиков ушей и медленно вошел за ней.
— Ньют, ты не заболел? Ты весь красный. — Оливия внимательно оглядела парня и поставила руки в боки. — Дуй в медпункт и пока они не скажут, что ты здоров, сюда не суйся.
— Нормально! И отсюда выгнали.
Пришлось Ньюту томать в медпункт, где Джефф осмотрел его с ног до головы, потрогал все что мог, и отпустил с Богом.
Идти на кухню пока не хотелось. Там девочки, а значит и вопросы, на которые у парня нет ответов.
Топать в огород нет смысла. Там сейчас другие ребята работают.
В голову резко пришла идея прогуляться в лесу, которая жутко понравилась Ньюту.
— Давно я просто так не гулял. Надо же отдохнуть от всех!
Спокойное журчание воды, пение птиц и отсутствие посторонних людей — идеально.
Ньют присел на берегу маленькой речки и тихо вздохнул. В голове роились мысли. Парень даже боялся лезть и разбирать их. Ведь все настолько запутано…
Снова захотелось плакать, но Ньют лишь шмыгнул носом и похлопал себя по щекам.
— Твое сердце борится с твоим разумом. Это сложная борьба и чаще всего бесполезная.
По тропинке медленно шел Отец Лука. Он остановился рядом с деревом и присел на один из валунов.
— Вы меня напугали.
— Я так не думаю. Расскажешь, что тебя так гложет?
Ньют посмотрел на старика, который оперевшись на палочку сидел на камне и разглядывал птиц. Он выглядел так безобидно и радушно. От Луки ничего нельзя было скрыть. Он словно смотрел в душу человека, видел ее насквозь, поэтому врать не было смысла.
— Сложно это… Я знаю, что у человек которого я люблю есть важный для него человек. И когда они встретятся, то я буду уже не нужен.
— Мы не можем знать, что будет завтра, поэтому живем сегодня. У нас есть лишь мгновение чтобы насладиться сегодняшним днем, но человек, который вечно думает о завтрашнем дне, не может сделать этого.
— Хотите сказать, что мне нужно жить настоящим?
— Я ничего не хочу сказать. Мои слова могут иметь совершенно иной смысл, но ты увидишь в них только то что ты захочешь видеть.
— У меня странное ощущение, что скоро все изменится… И я боюсь этого.
— Глуп тот, кто живет будующим, но еще глупее тот, кто его боится. А ты отнюдь не глупый парень. Ты всего лишь запутался.
Ньют облокотился о дерево позади него и взъерошил себе волосы. Он медленно опустил ладони на лицо и шумно выдохнул.
— Да, я запутался.
Лука молчал. Это не была напряженная тишина, она была расслабленной и спокойной.
— Раньше, до вашего появления здесь, когда все шло свои чередом, Диана сидела со мной здесь и так же болтала о жизни. Ее мысли часто уходили куда-то далеко. Она думала о будущем забывая про настоящее. Сейчас у нее появилась любовь, которая держит ее в реальности. Может быть тебе тоже нужна любовь, чтобы ты перестал бояться?
— Может быть я именно любви и боюсь?
Ньют посмотрел на Луку, ожидая ответа, но тот лишь пожал плечами.
— На этот вопрос сможешь ответить только ты сам.
Посидев еще немного блондин направился на кухню, где все свое время проводили девочки.
Маленькая озорница Мия словно ужаленная носилась по комнате, а Оливия все махала скалкой, норовя ударить ей по голове.
Диана и Ньют болтали. Надо отдать должное девушка старалась не поднимать темы связанные с Томасом или чем-то что может о нем напомнить. Погода, рецепт курицы, новый сорт помидор, старые истории.
С девочками было весело, но чего-то все равно не хватало. Ньют даже не мог сформулировать в своей голове, что же ему конкретно не хватало. Скорее он боялся признаться себе в простой правде — нужен был Томас.
Вдруг на кухню вбежал Алби.
— Ньют! Они нашли то о чем ты говорил!
Парни бросились к бегунам, которые только что пришли из лабиринта.
Впереди шел Минхо и держал в руках непонятный механический предмет.
— Это то что было нужно?
Ньют осмотрел найденный предмет и довольно кивнул.
— Ньют, что это такое?
— Это наш ключ к спасенью!
Все переглянулись и недоуменно уставились на парня.
— Каждый гривер приходит в лабиринт из определенного сектора. В каждом секторе есть выход. Благодаря этой штуке мы сможем выбраться отсюда.
На плечо Ньюта опустилась тяжелая ладонь. Он резко обернулся и увидел Томаса.
— Ты молодец.
Только и сказал бегун, как в следующую секунду раздался оглушающий вой сирены. Звук был громче и отличался от старого сигнала.
Ворота находившиеся в других частях Бурга с грохотом начали открываться. Поросшие мхом и лианами, они медленно открылись.
— Что это значит?!
Где-то в глубине лабиринта послышались истошные крики гриверов.
— Бежим!