Теперь можно и блины поесть.
Девушка спокойно проспала полночи, но в какой-то момент сны с умершими не давали ей спокойствия. Они внушали ей чувство вины и слишком громко кричали, кажется, что уши совсем скоро свернуться в трубочку. Веки тяжело открываются, мозг совсем не хочет работать. С трудом Лисси принимает сидячее положение, потирая глаза. Акушева даже не стала переодеваться и уснула в уличной одежде, о чем сейчас и пожалела. Джинсы отпечатались на талии и причиняли небольшой дискомфорт. Быстро сменив одежду на удобную пижаму, Аку обнаружила небольшой комок бумаги, которого до этого точно не помнила в этом шкафу. В данной комнате жила только девушка, Наталья сюда больше никого не впускала. Интерес подавляться не хотел даже просмотром видеороликов в тик токе, поэтому теперь хорошо скомканная бумага была в руках девушки. Решительности долго не хватало, но с комком в горле Лисси развернула лист.
«Если ты это читаешь, то я уже мертва. Крошка, не вини себя. Мама рассказала тебе версию моей смерти. В ней есть нюанс. В моей комнате за кроватью есть шкатулка, забери её себе. Там важная для меня и для тебя вещь. Прошу, не рассказывай об этом никому. Держи её в тайном месте. Тебе следует быть осторожнее. Я знаю, кто глава клуба самоубийц. Он и убил меня. Не доверяй всем. Не доверяй тем, кому когда-то доверяла. Я уверена, ты найдешь правильный путь. Ты его жертва. Ты его главная цель. Может, эта вещь даст тебе намёк. Ты спасешь свою жизнь, если сможешь быстрее понять, что это за вещь, где ты её могла видеть. Я не могу сказать тебе, кто убийца. Я боюсь, что он сможет это найти. Помни, я всегда буду рядом.
Напоследок, Гена хороший, присмотрись, котенок. Доверься ему, он поможет тебе.
Целую, Рита.»
Рита, видимо, плакала при написании записки, ведь почти весь лист был в разводах от слёз.
Девушка медленно поднялась с кровати. Она на носочках прошла через не очень длинный коридор. И вот она в комнате своей подруги. В голове крутились разные варианты, что может лежать в шкатулке. Что эта за вещь, которая спасет жизнь Аку, спасет жизнь всех участников. У неё нет времени на раздумья. Девушка хочет быстрее всё это закончить. Хочет жить спокойной жизнью. Не хочет больше мучиться. Почему весь этот груз свалился на хрупкие плечи Акушевой.
Мельком заглянув за кровать, Лисси увидела эту деревянную шкатулку. Она сделана из белого дерева, углы крышки были покрашены золотой краской, была такая же золотая фурнитура. Кажется, девушка скоро сожжет деревянное изделие взглядом. Решиться она так и не смогла, не смогла решиться открыть её в комнате Риты поэтому, всё также тихо, но уже со шкатулкой в руках, Акушева шла обратно в комнату.
Выключенный свет, подступающие слёзы, трясущиеся руки, ком в горле, шкатулка и Лисси. Сомнения в открытии этой, на первый взгляд, безделушки.
— Доверься ему, — прошептала девушка. — Это будет на твоей совести, Рита. Даже когда ты мертва, это всё ещё на твоей совести.
Шкатулка уходит на второй план. В руках телефон, который совсем скоро будет лежать на полу с разбитым стеклом из-за сильной тряски конечностей. Всего одна кнопка может изменить всю жизнь девушки. Палец держится на месте. Лисси всё ещё не может решиться на нажатие иконки звонка. Резкий шелест за окном, быстрый разворот девушки на звук, а звонок уже идет. Напряжение немного снижается, ведь теперь отступать уже поздно.
— Куся? Ты время видела? Все хорошо? Ты в нормальном состоянии? Ты дома? Ты у Никиты? Ты где-то в лесу? Ты в ментовке? — Зуев начал заваливать Аку вопросами, не давая ей даже секунды, чтобы сказать хотя бы слово. — Эй? Чего молчишь?
— Гена, ты мне и слова сказать не дал, — парень громко выдохнул понимая, что девушка не в изменённом состоянии, это вызвало лишь тихий смешок у Акушевой. Даже на расстоянии они чувствовали себя школьниками, которые скрывают свои чувства. — У меня есть одна вещь, от которой зависит всё. Я не могу открыть её одна. Мне страшно, Ген. Ты можешь меня забрать? — вопрос прозвучал совсем тихо. Лисси боялась услышать отказ, боялась остаться наедине с этой тайной, боялась, что не сможет решить эту проблему. Теперь она боялась и на улицу одна выйти.
— Одна моя нога тут, вторая у тебя, — девушка слышала звук закрывающейся двери, поворот ключей в замочной скважине, топот кроссовок по лестнице, но Зуев всё ещё не скидывал. Боялся, что она сделает что-то с собой? Возможно. — Кусь, я за рулем. У тебя есть десять минут. Буду ждать у ворот, — и Гена сбросил.
Восемь утра, а девушка активно собирается к почти незнакомому парню, который стал ближе всех живых друзей. Точно ли это хороший исход событий? А может Акушева пожалеет об этом потом? Сейчас ей плевать, она пишет записку для Натальи, чтобы она сильно не переживала.
«Наташа, у Гены что-то случилось. Он просил помочь, один он не справляется. Если что звони, в школе меня сегодня не будет. Приду домой вечером. Люблю, целую и не скучай!»
Оставив лёгкий след от помады на листке, Аку положила записку на стол и выбежала из дома. Хотя можно было не торопиться, ведь Зуев ещё не приехал, но долго на улице девушка не простояла.
— Прыгай, кусь, — Геннадий подмигнул Лисси и открыл ей дверь, не выходя из салона. Акушева села в машину, крепко держа рюкзак со шкатулкой.
Уже немного знакомая квартира Зуева и уж точно знакомая спальня. Лисси нервно сидит на кровати, а Гена решил не теснить её, поэтому уместился на стуле.
— Что за проблема? — все десять минут пара молча сидела, не принимая попытки убрать чувство неловкости. Зуеву пришлось брать всё в свои руки.
Лисси достала шкатулку и протянула руки вперёд. Гена аккуратно подошел к девушке и принялся осматривать изделие с разных сторон.
— Рита сказала, что там лежит вещь, которая поможет мне понять, кто глава клуба самоубийц.
— Тогда открываем! — решительности у парня было хоть отбавляй, чем Акушева похвастаться не могла, раз самостоятельно открывать шкатулку она не решилась.
Зуев поднял фурнитуру, которая хорошо держала секрет своих внутренностей. Когда нужно было просто поднять крышку, уверенность у всех закончилась. Казалось, что там чьи-то конечности.
— Я ведь не из робких, — прошептала девушка. Теперь настрой прибавился у Лисси. Всё-таки из-за этого человека умерла её подруга, а если она так и будет наматывать сопли, то может умереть и Илья, а может и вовсе Зуев. Себя она не рассматривала, раз всё это начиналось ради неё, то и убьют ее последней. Девушка резко подняла крышку и взглянула на дно.
— Сережки? Серьезно? — Аку откинулась на кровать, изображая плачь. — Я лишила тебя сна из-за чертовых серёжек! Сука.
— Эй, не бузи, Кусь. Сережки то дорогие. Точно человек не из простых. Вспоминай, у кого такие же видела! — парень достал украшения из шкатулки и положил в ладошку девушки. Золотые сережки с гарантирующими серебряными вставками. В середине украшения сиял маленький камушек красного цвета.
— Твою мать! — крикнула девушка и спрыгнула с кровати. Она вспомнила эти серьги, она знала почти все. Только один Зуев сидел и ничего не понимал, чем был явно не доволен.
— Мать мою не трогай! Рассказывай
— Я лучше покажу, — Акушева схватилась за цепочку на шее. На цепочке была подвеска в таком же стиле, но уже с камнем фиолетового цвета. — В детстве у меня была компания. Нас было трое. Я, Рита и, — Лисси замолчала.
— И? — протянул парень.
— Я не помню! Сука, не помню! — девушка ходила из угла в угол. Она активно пыталась вспомнить все моменты из детства. Появлялись отрывки, но лицо третьего она не могла вспомнить, но вспомнила, какие украшения были у этого человека. — Это парень, у него кольцо было. Лицо не могу вспомнить, — Акушева совсем скоро не выдержит и заревет прямо здесь.
— Иди ко мне, — Зуев расправил руки для объятий, а Лисси, словно кот улеглась на торс парня и крепко обняла его. Парень гладил девушку по волосам, дабы хотя бы немного её успокоить. Тело Аку постепенно расслаблялось, а глаза закрывались. Гена не хотел тревожить чужое погружение в сон своими разговорами.
— Барс, — тихо прошептала девушка, почти полностью проваливаясь в сон. — Ты барс, — парень уже хотел спросить, с чего же такие выводы сделала Акушева, но тихое сопение дало понять, что с вопросом он уже опоздал.
Девушка все также лежала на парне, но объятья были уже не такими крепкими. Руки распластались на кровати, голова была почти возле шеи, стоило Аку немного поднять голову, то она бы уткнулась своим носиком ему в шею, нога была закинута на его тело. Зуев был полностью захвачен без какой-либо возможности вылезти, хотя убирать с себя девушку ему не особо и хотелось, но это было до одного момента. Гена лежал на спине, что было для него не очень удобно. В какой-то момент спина начала болеть, а тело затекло от одного положения, и хотелось повернуться или хотя бы немного поменять положение, но ему казалось, что если он повернется или немного подвинется, то девушка проснется, поэтому Зуев гордо терпел свои мучения и всё-таки смог уснуть.
Солнце освещало комнату через дырки в шторах. Лучи попадали в глаза девушки, заставляя жмуриться. Хоть Лисси и ждала теплую погоду, но когда она мешает ей видеть прекрасные сны, то хочется вернуть ту дождливую и холодную погоду. Всё-таки победило солнце, и Акушева открыла глаза, медленно их потирая. Запах еды, доносящийся с кухни, заставил Аку быстрее пробудится. Сейчас ей было плевать на телефон, хотелось быстрее что-то погрузить в свой организм. Босыми ногами девушка зашла на кухню. Зуев с голым торсом в розовом фартуке что-то готовил, пританцовывая. Акушева облокотилась об дверной проем и наблюдала за этой милой картиной.
— Что готовишь? — нарушила тихую идиллию девушка, чем немного напугала Гену. Парень тихо сматерился и подкинул блин на сковородке. — А ты меня не отравишь? — Лисси подошла к парню и взглянула на тарелку с блинами, забирая один. Блинчик был горячий и обжигал пальцы, но желание попробовать готовку парня было сильнее. Девушка закинула блин в рот, о чем потом пожалела.
— Ты как ребенок, — Зуев улыбнулся и достал самый нижний блин, сложил его в несколько раз и протянул Аку.
— Вкусно, — с набитым ртом сказала девушка и запрыгнула на столешницу.
— С набитым ртом не говорят! — Лисси кивнула и потянулась за ещё одним блинчиком. — Жди, — Гена легонько хлопнул Акушева по ладони. — А то ничего не останется. Чай, кофе?
— Тебя, — Аку подмигнула парню и потянулась за кружкой. — Чай. Зеленый есть? — Но Зуев находился в ступоре. Ему сейчас было явно не до чая. — Земля вызывает Геннадия Зуева! Прием! — протянула девушка и дала парню щелбан.
— А? Что? Я, — Гена не знал, что ему ответить. Наверное, если бы это сказала ему любая другая девушка, то он отреагировал бы по-другому. Секс на один раз никто ему не запрещал, но к Акушевой его тянуло. Они словно привязаны друг к другу. — Ну это. Чай да?
— Ага, — Лисси спрыгнула на пол. — Полотенце можешь дать? Я в душ.
— Там в ванне на полке чистые есть, возьми любое, — девушка кивнула и оставила парня на едине со своими мыслями.
Поход в душ вышел не очень удачный. Акушева сначала намочила волосы, а только потом вспомнила, что здесь нет её шампуня, поэтому волосы остались мокрые. Надежды, что у парня есть фен не было. А потом джинсы и толстовка упали в мокрую ванную. Надевать мокрую одежду не очень хорошая идея. Лисси нашла самое длинное полотенце и замотала его на себя. Полотенце немного прикрывало задницу Аку и из последних сил держалось на груди. Капли с волос стекали по шее. В таком виде девушка вышла из комнаты, заходя на кухню.
— Ген, можешь дать мне футболку и штаны? А то у меня небольшие проблемы, — Аку неловко почесала шею.
— Ебать, — выругался Геннадий, когда увидел девушку. В таком виде она была для него ещё более привлекательной. Тонкая шея, торчащие ключицы, следы стекающей воды, тонкие ноги. — А, — протянул парень. Ему казалось, что все его лицо уже красное, а он выглядит очень неловко. — Да, пойдем, — Зуев быстро двинулся в спальню, пытаясь перевести дух.
Парень рылся в шкафу, дабы найти не слишком широкие шорты или штаны и футболку в более менее нормальном виде, а не мега грязную и с кучей дырок. В это время Акушева облокотилась спиной об стену и наблюдала за парнем. Он её манил. Выделяющиеся скулы, вены на руках, которые так и привлекали девушку, на торсе был пресс, по которому Аку уже мечтала провести ногтями. «Бери все в свои руки, Лисси» — подумала девушка и медленно подошла к парню, оставляя мокрые следы от стоп.
— Ген, — Акушева почти в плотную стояла к Зуеву, но оставила места, дабы он повернулся. Гена поворачивается и теперь расстояния слишком мало, а разница в росте выражается больше, чем до этого. Лисси приходится встать на носки, чтобы дотянуться до парня. — Забей на футболку, — Гена хотел что-то спросить, но девушка поцеловала его губы. Парень среагировал не сразу, но, к счастью для Аку, среагировал. Ведь если бы он её оттолкнул, то видеться с ним потом было бы тяжело. Поцелуй, который они оба ждали. Поцелуй, который Зуев уже не раз видел во снах. Такой нежный, который хорошо передавал их чувства. Гена обвивает тонкую талию девушки и целует её уже с большим напором, а Лисси все устраивает. Разница даёт о себе знать, когда девушке уже тяжело стоять на носках, поэтому она обвивает шею парня, а он в свою очередь поднимает Аку за талию, заставляя её обхватить торс ногами. Пара медленно передвигается ближе к кровати, не прерывая поцелуй.
— Ты уверена? — спрашивает Зуев, нависая над телом девушки. — Ещё есть время остановиться.
— Назад пути уже нет, Геннадий Зуев, — Лисси медленно проводит одной рукой по прессу парня, а другой притягивает его за шею для очередного поцелуя.
Понимая, что девушка назад отступать не будет, Зуев начал действовать более решительно. Он отстраняется от губ Аку и оставляет поцелуи на шее, медленно переходя к ключицам. Не решаясь оставлять следы близости на шее, парень делает засосы на манящих ключицах, поглаживая талию через ткань полотенца. Шеи и ключиц ему мало, поэтому полотенце летит в другой угол комнаты. Гена целует её грудь, а Лисси водит руками по его волосам. Зуев оставляет поцелуи почти на всём теле девушки, медленно спускаясь к бёдрам. Гена останавливается около влагалища Акушевой. Он поднимает свой невинный взгляд на девушку. Её глаза полны непонимания и желания чего-то большего. Парень оставляет поцелуй на левой ляжке и медленно приближается к влагалищу его спутницы. Лисси только успевает моргнуть, как чувствует язык парня в себе. Рука снова гладит шелковистые волосы Гены, воздуха не хватает, а из рта доносятся тихие стоны. Зуев ловко двигает языком и доводит девушку до оргазма. Парень поднимается и дотягивается до тумбочки, открывая ящик. Презерватив находится у него в руках. Он снова кидает взгляд на Акушеву, спрашивая разрешения, та лишь ногой начинает стягивать лишнюю одежду. Понимая, что девушка все ещё не против близости, он снимает боксеры и надевает презерватив. Зуев медленно входит в Лисси и наклоняется к шее, покрывая ее поцелуями. Сначала медленные и нежные толчки, дабы Акушева привыкла, а когда она сама начинает двигать бедрами навстречу парню, он начинает двигаться более активно. Стоны разлетались по комнате, и, кажется, соседи совсем скоро начнут стучаться по батарее. Акушева кончает первая, а после нее заканчивает Зуев и, снимая презерватив, сваливается на кровать.
— Теперь можно и блины поесть, — проговорила Лисси, пытаясь отдышаться. Гена лишь громко рассмеялся и поднялся с кровати, надевая одежду.
— Лови футболку, жду на кухне, — парень ушел, а Акушева лежала и улыбалась.