#навсегда

— За что ты полюбил Сонату? - строгим голосом спрашивала моя мама, сидя в одном из кожаных кресел, на другом восседал отец, а Чейс стоял за ними.

Падлец! Рассказал все родителям, как последний трус, а еще старший брат.

Мои мама и папа хоть и любят Сонату, как дочь, но я все же остаюсь в приоритете. Их хорошее отношение с ней, результат нашей сделки, которую я нарушил. Правила были такими: если кто-то из нас, я или Сона, изменяем друг другу, то родители перестают быть хорошими в отношении ее и начинают активно искать мне супругу.

Именно этого Чейс и добивался этот месяц. Он хотел, что бы Кросс изменила мне с ним, но, благодаря Амелии, я успел во время, к сожалению, я даже не догадывался, что меня могли упречь в измене.

— За что я полюбил эту девушку? - усмехнулся я.

Ситуация складывалась довольно странно. После нашего с Сонатой разговора...

— Куда ты собралась? - я начинал злиться, держа ее за запястье.

Моя малышка опять решила сбежать от меня, закрывшись от проблем, но я ей не позволю снова стать той, кем она была при нашей первой встрече. Слишком большой прогресс мы совершили в исправлении ее натуры.

Слезы лились из ее глаз, но их умело прятал дождь. Я прижал ее к себе, хоть она и противилась.

Это фото заставило Сонату сомневаться не только во мне, но и в лучшей подруге. Это ужасный поступок.

— Хей, успокойся! - я взял ее лицо в свои руки и, слегка наклонившись, посмотрел в ее изумрудные глаза, - Это все неправда! - начал я нежным голосом,- На этой фотографии Я и Амелия не из-за того, что у нас есть отношения... В тот день мы выбирали подарок на твой день рождения!

Она снова начала вырываться. Глупенькая! Не поверила мне. Тогда я решил прибегнуть к тяжелой артиллерии. Я впился в ее алые губы. Кросс вырываться долго не смогла и все же пала под моим давлением.

Она спокойно дала мне все объяснить и дала мне последний шанс, потому что в свое время я поверил ей, а не обществу. Я сказал, что мне нужно забрать ее вещи из дома родителей, поэтому она ждет меня в моем доме.

— В ней есть что-то такое, из-за чего я боюсь ее потерять, потому что понимаю, что больше не найду этого ни в ком другом, - я выдохнул и с дурацкой улыбкой уставился на свою руку, вспоминая, как она меня смутила...

— Крис, - позвала меня Кросс, шествуя ко мне со стороны трибун.

Я сидел в самом центре футбольного поля, пытаясь прийти в себя после напряженной тренировки. Мы теперь каждую тренировку упорно трудимся так, как скоро наш последний матч, как старшеклассников.

— Дай руку, - она стояла надо мной, протянув мне свою руку, сжатую в кулак.

Наверное, у нее что-то есть для меня. Я мысленно улыбнулся и протянул разжатую ладонь, блондинка же разжала свой кулачок и взяла меня за руку, переплетая наши пальцы. Честно? Я не ожидал этого никак. Такой легкий розыгрыш меня слегка смутил, и я отвернулся. Зеленоглазая начала смеяться, но на ее щеках тоже виднелся румянец.

Вспомнил, какой маленькой была ее ладошка по сравнению с моей...

— В ней есть некое очарование, поэтому как только начинаешь думать о ней, не можешь остановиться, - я ухмыльнулся и поднял глаза на Чейса, который слегка вздрогнул.

Он боялся. Боялся моей мести. С самого детства ему доставалось намного больше, чем мне. Если он обижал меня, то его ругали родители, а потом он получал мою месть, которую я подавал не то, что холодной, а ледяной.

Родители в шоке сидели и смотрели на меня. Их план не удался. У них нет аргументов, чтобы оставить меня дома, но я все же добью их.

— Неужели, было мало того, что она смогла полюбить меня такого, какого полюбить невозможно? - в голове всплыли картинки моего похабного поведения со всеми до встречи с Кросс, - Плюс, она не побежала искать мне замену, она ждала. После этого вы спрашиваете, за что я так ее полюбил?

Страйк! Мама и отец сидели с открытыми ртами, а от Чейса уже и следа не осталось. Он всегда был трусом, хоть другим и показывал обратное.

На пороге дома сидела Соната, закутанная в плед. Страх — первое чувство, которое окутало меня с ног до головы. Выбежав из машины, я ринулся к ней. Она медленно подняла на меня свои глаза.

— Когда ты собирался мне рассказать? - только сейчас я заметил, что рядом с ней стоит коробка с письмами ее матери.

Я потупил взгляд, а она подскочила с места так, что плед слетел с ее плеч, оставляя мою малышку в темно-синих лосинах с белым новогодним узором и в розовой толстовке с Микки Маусом. Ее волосы были завязаны в небрежный пучок, но она все равно выглядела стильно.

— Подвеска, - она поддела цепочку пальцем, - Она ведь из этой коробки?

Я молчал, но ответа и не требовалось. Вопрос был риторическим. Рыкнув, Кросс подняла плед и коробку и вошла в дом. Я, забрав ее чемодан из багажника машины, последовал за ней.

Она примостилась у камина в гостиной, залезла с ногами на кресло. Я сел напротив нее и начал разговор, который давно уже должен был произойти. Я рассказал ей о том, как я получил эту коробку и все остальное.

— Этот Ричард, - я кивнул на коробку с письмами, - Очень любил твою маму...

— Ты что-то узнал о нем? - она подскочила на месте и наклонилась ко мне, но нас по прежнему разделял кофейный столик.

Узнал? Ну, можно сказать и так.

— Рик! Какая встреча! Что ты делаешь в городе ангелов? - удивился я, увидев знакомого мужчину в дверях своей компании.

Он был высоким мужчиной, но уже проглядывала седина сквозь его густых темных волос. Его глаза... ужасно напоминали глаза Кросс. Такие же зеленые. Только без блеска озорства.

— Я проездом. Решил повидаться с тобой.

Он рассказал мне, что его жена погибла, но не очень переживает так, как не любил ее. На мой вопрос: «ТЫ любишь другую?» он ответил вполне спокойно.

— Да, люблю, но из-за нашей любви ее убили, - он немного потупил взгляд, - Валерия была прекрасной женщиной. Теперь я отправляюсь в Россию, на родину Валерии. Скоро годовщина...

Именно в тот момент до меня дошло, что некое сходство Сонаты и Рика было, а когда он назвал имя матери Кросс, то я убедился в этом окончательно.

— Рик, у твоей любви случаем фамилия была не Кросс? - я словил его удивленный взгляд и вопрос, где бы я мог слышать эту фамилию, - Рик, думаю, у меня для тебя хорошие новости.

Я не мог не рассказать другу своего отца, который стал мне самому хорошим другом и наставником, о том, что у него есть дочь. Его удивление было безграничным. Он был готов полететь в Осло прямо сейчас...

— Твой отец — мой наставник. Мы встретились недавно в Лос-Анджелесе. Он сказал, что поедет в Россию. Ну, я и сказал, что у него есть дочь, - я пожал плечами, взяв из вазочки, стоящей на кофейном столике, печенье и игнорируя шокированный взгляд девушки, - Он приедет в Осло на годовщину смерти твоей мамы. Ее могила же здесь!