4.
– Я не ел. Вы когда-нибудь были сыты болью? Когда в горле комок и совсем не можешь есть. Одно и то же.
А. Полярный.
12:30
С момента в том баре прошла неделя. Как и было сказано, на отношения девушек это никак не повлияло. Они так же тонули в своей ненависти вперемешку с болью друг к другу.
Лиса шла по коридору школы вместе с Виолеттой, что-то увлеченно обсуждая, но в один момент на девушку полилось что-то теплое, почти горячее. Попова подняла злой взгляд со своей мокрой кофты на Медведеву, которая стояла с телефоном и пустым стаканом чая из столовки.
– Медведева, ты че, блять, тупорылая? – прошипела брюнетка оттягивая ткань от своего тела.
– Да случайно я, не сдохнешь, – закатила глаза Кира сминая бумажный стаканчик.
– Да чтоб тебе этот чай на голову пролился, – кинула Лиса собираясь уходить, но её схватили за капюшон худи.
– Ты заебала так себя вести, ебало прикрой уже наконец, я заебалась это слушать, – злость уже успела закипеть и в Медведевой из-за такого отношения к ней. Попова же в свою очередь отдернула её руку брезгливо осматривая ту и молча ушла. Виолетта же поджала губы и пошла за подругой.
– Не парься ты так, оно быстро просохнет, – Малышенко старалась поддержать Лису, но та лишь вскинула руками начиная высказываться.
– Она, сука, не смотрит куда идет, а я ещё ебало должна закрыть, – недовольно восклицала девушка.
– Это же Кира, пойдем в туалет, помоем худак, чтобы разводов не осталось, – улыбнулась Виолетта хватая подругу за руку.
– Мразь она обыкновенная, а не Кира, – хмыкнула Попова покорно шагая за Малышенко.
15:25
После школы Лиса договорилась прогуляться с Виолеттой, но той нужно было закрыть долг по литературе, поэтому девушка отправилась ждать её на курилке.
Скуривая уже третью сигарету Попова расслабилась прикрывая глаза, но её одиночество вновь кто-то нарушил и как в самых банальных романах это была Медведева.
– Я надеюсь когда-то тут перестанет штынять вишней из каждого угла, – скривилась Кира, закуривая свои сигареты и заполняя курилку горьким дымом.
– Так перестань сюда прилазить если так не нравится, ходишь ноешь вечно, заебала, – грубо высказалась Лиса не поднимая взгляд на блондинку, но та буквально заставила это сделать. Девушка схватила Попову за шкирки, чуть встряхивая и прижимая к пластиковой стене.
– Хватит вести себя как последняя сука, я устала выслушивать твои упреки и недовольства, угомонись уже наконец, – шипела Медведева прямо в лицо бывшей подруге.
– Ты мне никто, чтобы мне что-то говорить, сама виновата, пойди, блять, Марине указывай. Ой, я забыла, ты ей нахуй не нужна, – хмыкнула Лиса, но ухмылка быстро пропала с лица, когда тяжелая рука с размаха опустилась на её щеку, а голова отлетела в бок.
– Ты, сука, выбирай, что пиздишь, – отчеканила Кира отпуская младшую.
Девушка подняла широко открытые глаза на Киру, медленно моргая.
– Что ты сейчас сделала? – прошептала Попова прикладывая тыльную сторону ладони к горячей щеке. Медведева только молча развернулась и быстро ушла оставляя Лису одну.
Брюнетка медленно скатилась по стене вниз тяжело сглатывая слюну. Она привыкла к таким ударам, но этот был по-особенному больной. Это был удар куда-то в сердце, а не по лицу. Кира никогда не смела её бить. Даже когда Попова явно перебарщивала с высказываниями. Медведева никогда в жизни не позволяла себе ударить. Под ложечкой неприятно сосало, а по лицу неконтролируемо потекли горячие слезы.
Виолетта нашла Лису в таком же положении. Она сразу же подбежала к девушке, поднимая её с холодного пола и пытаясь расспросить, что случилось. Но Попова лишь подняла уставший взгляд, перекрытый слезами и упала в объятия подруги заливаясь новой истерикой. Лиса не была слабой, нет, даже наоборот. Но единственный, кто мог ввести её в такое состояние была именно Кира и она это с отличием сделала.
16:50
В конечном итоге Виолетте удалось привести в чувство подругу и разобраться в ситуации. Благим матом обложив Медведеву девушка обняла Лису поглаживая по голове и шепча что-то успокаивающее.
Попова вернулась домой, тихо заходя в квартиру. Почти трезвый отец смотрел телевизор в гостиной, а такая же мать что-то готовила на кухне.
– Привет, – прохрипела Лиса и не дождавшись ответа быстро скрылась в дверях своей комнаты.
Девушка завалилась на кровать и прикрыла глаза сжимаясь в комок. Она больше не плакала, но гнетущая пустота как будто сжигала её изнутри. Попову чуть потряхивало, а в горле спазмы заставляли думать, что она сейчас блеванет прямо на пол.
Скоро с кухни послышался крик матери, чтобы дочь шла кушать, но сил встать не было, а желания есть тем более. Не услышав ответа женщина вошла в комнату Лисы осматривая её вид.
– Ты оглохла что-ли? Жрать иди, – закатила глаза мама.
– Я не голодна, иди отсюда, – грубо ответила та сжимаясь в клубок ещё сильнее.
– А нахуй я тогда готовила? Неблагодарная, блять, – злостно ответила женщина и вышла громко захлопнув дверь за собой, от чего в голову Поповой будто выстрелили и она скривилась.
Лиса была полностью разбита этим происшествием. Сил делать что-либо не было. Она просто лежала пластом на кровати, иногда закуривая новую сигарету. Вечером девушка подожгла свои свечи и вернулась к окну, запрыгивая на подоконник. Когда Поповой было плохо она смотрела на то, как горят свечи. Её этому научила Кира. Она приравнивала их к себе, а пламя фитиля - к боли внутри себя.
***
Медведева разрушила всё. Кири больше нет, желания жить в её глазах тоже. Осталась лишь «крутая» оболочка, под которой сломленная девочка болезненно сжалась и тихо утирала слезы.
Кира возненавидела себя в этот день. Она не сдержалась и позволила себе поднять руку.
Очередной бар. Очередная выпивка. Очередная порция ненависти к себе пробирала до дрожи костей. Блондинка не верила, что могла это сделать, но она это сделала. И настолько паршиво ей не было давно. Зная о жизни Лисы она всё равно это сделала. Знала, что Попову это доломает. Знала всё. Но уже слишком поздно думать о последствиях.
Лиса не заслуживает этого. Лиса достойна лучшего.
Кира ненавидит этот день. Кира ненавидит себя.
Не забывайте про звездочки и комментарии.
Люблю. Ваш хлеб.