9
— Солнце уже встало, открывай глаза, спящая красавица. —
Мужской голос манил, она поднялась, но это был явно не Ваня, ведь он спал на кровати.
За шторками у открытого окна стоял черный силуэт.
От испуга тело онемело.
— Подойди, я же учил тебя не бояться темноты, потому что...-
— В темноте нет монстров. Они в воображении. —
Мужчина за шторкой посмеялся.
— Правильно. —
Мария быстрым движением открыла тюль шторки, и вновь застыла.
Молодой и рыжий, с легкой щетиной на подбородке тепло улыбался.
— Папа?..Ты...ты умер! Сейчас соображу...всё это нереально — она запнулась. — Или... —
Слова не успокаивали, папа подошел к ней и погладил по голове.
— Разве ты не чувствуешь меня? —
Он взял её за руку.
— Папа...-
Самые долгожданные объятия приносят самую нежданную боль.
— Пойдем отсюда, этот парень тебя погубит. —
Мужчина приблизился к открытому окну, спокойно перелез и присел на подоконник.
— Стой! Ты разобьешься! — девушка подскочила к нему, но отец, закинув голову в бездну упал.
И воспарил рядом с ней.
— Забыла? Я умею летать...и ты умеешь. Ну же, полетели! Наконец-то я смогу показать тебе весь мир. —
— Я...не могу оставить тут его — девушка взглянула на мирно спящего Ваню.
— Как ты не понимаешь...он тебя портит...-
— Портит? Он спасает меня. —
— Твоё спасение состоит в наркотиках? Хочешь вырасти, как твоя мать?
Надавив на жалость его слова звучали внушительно, без сомнений она тоже присела на подоконник.
— Давай руку. —
Папа протянул ладонь, левитируя в воздухе.
— А я не разобьюсь? —
— Это неправда, я разобьюсь. — прозвучали мысли, выстраивая настоящую картину данного времени.
Мужчина понял, что обман был раскрыт, действовать нужно было быстро.
— Давай руку, живо! —
Он схватил её за руку и глаза наполнились кровью.
Маша вздрогнула, из-за резкого движения она соскочила с места и чуть ли не полетела вниз с пятого этажа... Но.
Ваня схватил её за талию, притягивая к себе, и падая спиной на холодный пол. Мозг ещё не переварил с какой скоростью они поменялись местами, ведь теперь он висит над ней. Испуганный взгляд сменился на гневный.
— Это чё за выкидыш, а, блять? — он кричал.
Мария тотчас прижалась к нему.
— Это был сон? За окном никого нет? —
Парень повернул голову и отрицательно покачал головой.
— Сходи в душ, успокойся. Через час в школу. —
— Подожди, что было прошлой ночью? —
Он удивленно посмотрел на неё.
— Ты не помнишь? —
— Нет, ну так, смутно...-
— Я дал тебе «дунуть», ты сказала, что тебя сильно торкнуло, потом отключилась...я перенес тебя до кровати и всё.
Маша кивнула и ушла в душ. То есть признание — это сон? Что за бред происходит?
Тем временем парень схватился за голову, ведь он помнил всё идеально и помнил все слова, которые она ему сказала. Все поцелуи, оставленные на губах дождливым вечером.
Страх быть нелюбимым заставил его соврать.
Ведь из-за наркотического опьянения можно сказать и сделать что угодно.
И он готов покинуть старый город, лишь бы больше не говорить с ней.
...
После уроков компания поджидала её у черного входа.
— Пока — девушка попрощалась с Анжелой, направляясь к ребятам.
— Я поговорил с отцом. — начал Хэнк.
— Чудесно. И что? —
— Он знает что произошло с твоим отцом. —
Глаза расширились, пока сердце трепетно билось в груди, но она молчала, ждала, пока Боря закончит речь.
— Сегодня вечером в 7 мы заедем за тобой. —
Голоса в голове молчали целый день в ожидании долгого и мучительного разговора.
— Почему мы всей компанией едем к твоему отцу? он же недолюбливает Ваню...-
— Там будет не только он. —
Действительно, они подъехали к совершенно незнакомому дому. Точнее к огромному коттеджу, где их уже ждали.
Большой обеденный стол был накрыт угощениями, вокруг сидели взрослые, родители ребят.
— Боже...так это ты его дочь...- воскликнула мама Вани, грустно улыбнувшись.
— Садитесь и поешьте. — сказал старший Кудинов в центре пиршества.
Ребята молча кушали. Для неё сегодня не было аппетита.
— Мы не за этим пришли. —
Взрослые вздохнули.
— Ну...- Кудинов оглянул всех. — Кто начнет?
— Сережа познакомился с Вероникой...не в самый лучший период её жизни. — начала мама Вани. — Её мать, как и тебя привезла сюда из Москвы за плохое поведение...или за то, что просто была не нужна родителям, не знаю точно...и она начала употреблять наркотики...с моим будущим мужем...
Удар тока прошелся по всему телу, она с опаской взглянула на Ваню, сидящего рядом, тот выглядел напугано.
— Несомненно она была безумно красивая, самая лучшая девочка в классе с идеальной учебой и тому подобное, вот и Сережка на неё клюнул. И тоже начал употреблять, чтобы понравится ей. —
— Всё получилось, она осталась в городе и они начали встречаться, закончили школу потом сыграли свадьбу, Сережа стал военным, дальше родилась ты... — продолжил старший Хэнкин. — Как только он увидел тебя, то бросил употреблять, давалось это с трудом, но он смог...а она нет. В этот финальный год я был в командировке на день его рождения, мы встретились спустя пару дней... Он что-то говорил про огромный долг и Веронику...говорил, что любит тебя больше жизни и не может оставить ребенка в шесть лет без матери. Я смутно помню наш разговор. —
— Что вы хотите этим сказать? — к горлу подкатывал ком, а на глазах проступили слёзы.
— Тогда времена были другие...и он расплатился с наркоторговцами ценой своей жизни. Он не мог позволить им убить Веронику. —
Мир остановился. Тишина резала уши.
Она встала из-за стола, но головокружение не дало ей далеко уйти. В предобморочном состоянии её поймал Ваня, пытаясь привести в сознание.
Сквозь размытый силуэт парня, она увидела лицо отца.
И только тогда она почувствовала, что их история с Ваней и история её матери с отцом повторяется.
— Маша, слышишь меня? —
— Да —
— Это не твоя вина. —
— Что?..-
— Это не твоя вина. —
— Я знаю, но...-
— Не твоя —
Расфокусировка прошла, вокруг неё столпились буквально все присутствующие. На ней не было слез, на лице не написано, что ей плохо, но в душе, будто кто-то огнём сердце поджег.
Маша бежала быстрее ветра, пока ноги не довели её до огромного склона, где внизу волнами расстилалась холодная морская вода и где-то на глубине пара трупов, возле которых может появиться и её юное тело.
— Посмотрим кто будет смеяться последним, мама. —
И не было страха, не было скорби, она просто отошла на пару метров назад и разбежавшись, прыгнула со скалы. Ветер нёс её тело, подальше от суши, чтобы приземление было мягким.
Сейчас она воистину летала в белом одеянии лунного вечера.
Адреналин захватывал потерянную душу, пока та летела в объятия неминуемой смерти.
Столкновения не избежать, вот уже и глаза заполнились солью.
Через пару часов какой-то рыбак найдет её утонувшее тело, а на девичьем лице будет спокойная улыбка и осознание того, что все кошмары для неё закончились.