7
— Маша! — воскликнула Оксана, выбираясь из кровати. — Как я тебе рада! Боже, да ты посмотри на себя. Подруга, ты супер секси
Последнее слово она прошептала на ухо, чтобы не влетело от родителей.
— Присаживайся, дорогая, стол готов — мама Бори любезно усадила их за старый кухонный стол, времен детства.
— Ну что, как там в Москве? — после плотного обеда спросил старший Хэнкин, заваривая чай.
— Нормально, всё ещё хожу на стрельбу из лука, недавно перешла на арбалеты и пистолеты. В Московской гимназии одна из лучших учениц, иду на золотую медаль. Пыталась выйти в конный спорт, но не понравилось и ушла. —
Боря обрадовался услышанному, как и отец, но не про школу, а скорее про стрельбу.
— Ух ты, собралась в ментовку? — просила Оксана и старший Хэнкин недовольно посмотрел на неё.
— Нет, я просто, для себя...-
— Как отец учил — Мария произнесла в голове, но одновременно это озвучил и глава семьи.
— Да... Я перестаю помнить, как он выглядит...от этого...больно становится...-
— Мать прячет его фотографии? —
— Не знаю...но я никогда их не видела. Она говорит, что просто не осталось. —
Они славно отобедали лазаньей, попутно рассказывая о жизни.
Хэнкин встал, позвал её за собой и привел в родительскую комнату, следом прошмыгнул и Хэнк.
Мужчина покопался в стеклянном шкафу и передал ей пыльный альбом. А на удивленное лицо ответил:
— Там много моих фотографий, но уверен, что ты сразу узнаешь где Сережка. —
И ушел, закрыв за собой дверь.
Младшие переглянулись. Момент истины будоражил.
Но первые страницы напрочь забиты молодым Хенкиным. Ещё немного и их взору открывается огромная компания людей на берегу реки.
— Подожди, а это не он ли? — спросил Боря, указывая на мужчину снизу справа. Он сидел с какой-то женщиной.
Осознание пришло почти сразу, отчего упала скупая слеза.
— Это мама и папа...-
На задней стороне красовалась надпись:
«Первый раз в походе 18.06.1999»
— Им тут по 16 лет —
— О — парень тыкнул пальцем. — Эта похожа на мать Кисы. ВО! А вот это точно Бабич, а тут родители Мела.
— Они тоже были в одной компании? —
— Походу, батек не рассказывал. —
Страница за страницей, она вглядывалась в облик отца, стараясь запомнить лицо навсегда.
2006. 1 июня. Рождение и выписка нового члена семьи — Борьки Хэнкина.
2006. 1 октября. Рождение и выписка нового члена семьи Чугуновых — Марии.
Рыжеволосый мужчина с осторожностью держит на руках ребенка, пока уставшая мать пытается улыбнуться ради снимка.
— Это был последний раз, когда она улыбнулась мне —
Ещё одна крошечная фотография заставила сердце невольно сжаться. Мужчина держит пятилетнюю дочь на руках, целуя в щеку.
— Забери себе — сказал Боря. — Папа не сильно расстроится утрате одной важного для тебя снимка. У тебя его лицо, его глаза...и даже волосы его. Только что тебе досталось от матери?
— Характер. —
После шли снимки из детства детишек, где Боря с Машей сидят на дереве, обедают, плавают в речке, играют в шашки, и даже дерутся!
Приятные моменты беспечного детства заставили отвлечься, и она оглядела комнату.
Её привлекла фотография в рамке со свадьбы Хэникинов на столе. Она была какая-то странная, что-ли плотная.
И неведомое чувство подсказало разобрать рамку, хоть Хэнк был недоволен идеей, но помог.
Тело затряслось, ведь чутье не подвело. За снимком со свадьбы действительно таилась маленькая фотография.
Двое мужчин сидят в заведении, на столе стоит торт и пара бокалов с каким-то напитком. А сзади надпись:
6 мая 2012 год. С Серегой в кафе, отмечаем его прошедший день рождения.
От испуга Мария уронила фотографию.
— Он ушел пятого числа. —
— Что? —
— Его день рождения четвертого, он отправился на войну утром пятого, умер седьмого числа, а похоронили 14. Я до идеала помню отрезок этого времени. —
Мысли не складывались, не может же один из близких взрослых людей в этом городе убить её отца. Хенкин старший дружил с Чугуновым с пеленок, так же, как и дружат их дети.
— Бред какой-то, пойдем напрямую спросим у моего отца. —
Главы семьи нет дома, мама Бори передала, что его срочно вызвали на работу. Неудача, но она почти уверена, что отец был убит не им.
— А откуда ты взяла, что он уехал на войну? Разве в то время происходили какие-то военные действия? —
— Мать сказала. —
Боря положил руку ей на плечо.
— Если мать соврала мне....значит....он никогда не уезжал на войну... Его убили...Здесь, в этом городе! —
Хочется исчезнуть. Она долго плакала, отчего на лице появились красные пятна. Благо рядом был близкий человек и делить печаль с ним намного легче.
Они вернулись в комнату, от бессилия сводило ноги и она упала на старый ковер.
Боря прижал девушку к себе, нежно гладя по спине, причитывая утешительные слова.
...
Ближе к вечеру на телефон парня поступил звонок от Гены.
— Ало, Хэнк. Пригоняйте с Машей на набережную, дело есть. —
— Не хочешь прогуляться до набережной? — спросил Боря, выключая телефон.
— Самое время. —
Путь прошел быстро, но никто не подозревал чем это обернется.
На песке топтался Мел с Геной, рядом стоял какой-то мужчина и Локон. Киса ходил в стороне, от злости пиная песок.
Попутчик остановился.
— Нет. Не сегодня — произнес Боря и схватив Машу за локоть, повел в обратную сторону.
— Куда намылились? — воскликнул Локон.
— Я тебя сейчас сам пристрелю — Киса сорвался на парня, вбивая оглушительные шлепки кулаками по лицу.
Ваню оттащил Мел с Геной.
— Уговор есть уговор, она не член вашей семьи, значит разрешено стреляться. —
Мария замерла.
— Стреляться? —
Боря испуганно посмотрел на неё и тяжело выдохнув, повел обратно.
— Значит так — начал Гена. — Кошман Мария нанесла публичный эмоциональный урон или проще сказать публичное унижение Локонову Всеволоду, после чего Всеволод прямо сейчас вызывает её на дуэль.
Девушка рассмеялась, ведь теперь всё стало на места.
— Репутацию в классе восстановить хочешь? За то, что Пашку Игнатова вчера не убил? Думаешь нашел жертву легче? —
Все с удивленными лицами замолкли.
— Разгадать вас было не сложно, устроили тут показуху...Двоих уже завалили, хотите чтобы и кровь третьего на руках была? —
Они раскрыли рты, но ни звука не издали.
— У нас тут...доктор есть... — после минутного молчания сказал Мел.
Мария окинула «доктора взглядом»
— Такому доктору самому помощь нужна, видно же, что он под веществами. —
— Я не понял, мы стреляться будем или чё? — воскликнул Локон.
— Маш, ты можешь просто перед ним извиниться и дуэли не будет. — Боря бегал глазами по лицу.
— Извиняться? На каких основаниях? Даже не припоминаю, что сделала ему что-то плохое. Нет уж, давайте поиграемся в Пушкина и Дантеса.
Из-за самоуверенного взгляда Хэнк не стал перечить, просто обнял её со всей детской любовью и нежностью.
Вторым подошел Ваня. Он прикрыл её спиной и прошептал всё на ухо.
— Я... — ему явно тяжело говорить. — Я...не хочу...чтобы ты умирала. —
Киса гладил пальцами её щеки.
— Если ты так признаешься мне в любви, то я учту, но от битвы не откажусь. —
Опустошенный Киса опустил руки, но девушка не дала ему далеко уйти. Их губы сомкнулись вновь, но со стороны остальной публики это осталось незамеченным, пока все взгляды направлены на разговоры со Всеволодом.
И только доктор смог мигом запечатлеть этот момент.
— Не недооценивай меня. — прошептала она.
Поджав губы в печальной улыбке Киса отошел.
— Один выстрел и расстояние в 30 метров. Идите спиной, разворачиваетесь и насчет 3 стреляете. — продолжил Гена и выдал пистолеты.
Она восхищенно рассмотрела дуэльный пистолет времен 19 века. Очень интересно, ведь в руки подобно никогда не попадалось. Девушка заметила, что в нём отсек всего для одной пули, как и положено во всех дуэлях того времени.
— Доктор! — отвлекла от диалога Маша. — Какое ваше любое место для лечения пациентов? —
Мужчина замялся, но выдал «нога» и позорно отвернулся.
— Я готова. — многие до сих пор не понимали её страсти к стрельбе и смерти, ведь первое знал только Хэнк, а второе только Киса.
Неуверенность с каждым шагом увеличивалась.
Стоит вопрос жизни и смерти, не дрогнет ли её рука сейчас? Насколько метко стреляет Всеволод? По его дрожащим конечностям и испуганному виду кажется, что он вообще не умеет стрелять. Это большой плюс.
— Разворачивайтесь. —
Девушка обернулась к партнеру на секунду, потом повернулась к парням и указав на правую ногу подмигнула, хищно улыбаясь.
— Меня не нужно спасать — произнесла девушка, глядя на близких друзей.
Киса с Хэнком нервно кусали губы, отрывая кожу с ногтей. Ещё немного и они сами выбегут быть «пушечным мясом» в этой перестрелке.
Мария закрыла глаза и прислушиваясь к глубине души, направила дуло в сторону Локонова.
«Никогда не целься долго, от этого начинают дрожать руки» — воспоминание от отца.
Отсчет пошел.
1
2
3
Выстрел.
Ошеломительные крики боли доносились по всему городу.
— Блять! — воскликнул Киса и подбежал к упавшей на песок девушке.