8. День Шестой.
– С чего ты взял? – улыбка тут же пропала с лица Драко. Сидящий напротив него Теодор победно усмехнулся. Но это выглядело уже не так, как три года назад. Азкабан меняет людей. – Нет, Гринграсс расторгла помолвку.
– Так ты теперь свободный человек. А сюда кто помог попасть? Насколько мне известно, с ПСами очень сложно встречу устроить.
– Ну, – Малфой усмехнулся. – у меня свои секреты. Кое-кто задолжал мне желание, вот и выполняет.
– Кое-кто это кто? – Нотт продолжал распрашивать товарища.
– Глава мракоборческого отдела, Гермиона Грейнджер.
– Как грязнокровка умудрилась задолжать тебе желание?
– Нотт. – Драко вновь нахмурился. – Поаккуратней со словами.
– Что?
– Во-первых, она сейчас стоит за дверью. Во-вторых, насколько близки бы мы с тобой не были, я не позволю никому так говорить о моей невесте.
– Невесте?! Малфой, твоя невеста - грязнокровка Грейнджер, подружка Поттера, зазнайка и просто немая калека? – Теодор явно был в шоке. – Ты сам себя слышишь? Ты же Малфой - самый чистокровный из чистокровных. И собираешься запятнать свою родословную браком с грязнокровкой? Скажи, что ты шутишь.
Драко устало вздохнул, поближе наклонившись к Нотту.
– Это всего лишь формальность. Ты же знаешь, что пожирателей, пусть и бывших, не очень жалуют. А она - хороший способ пробиться в люди. – практически шепотом начал Малфой, а потом чуть повысил голос. – Ты что-то имеешь против?
– Нет, уже ничего. – Нотт явно расслабился. – Когда в следующий раз придешь?
– Не знаю. Наверно, не скоро, но я постараюсь. Да, и тебе осталось-то, всего ничего.
– Драко, а как там твои заклинания? Есть успехи?
– Да. Вот недавно совсем такое сделал, излечает любые раны, даже пятилетней давности. В несколько сеансов, естественно. На внешний вид времени уходит больше, зато сам результат такой, чего ни один колдомедик не добился. Сейчас тестирую на Грейнджер. По моим расчетам, она уже спокойно может говорить, но это уже больше психологическая травма. Сегодня буду над ней работать.
– Хах, – Тео усмехнулся. – Ну, удачи тогда тебе в этом.
В этот момент в камеру заглянул аврор, показывая на часы, мол «Всё, время». Драко, распрощавшись с Ноттом, вышел из камеры, взглянув на немного недовольную Гермиону. Та читала свежий выпуск Пророка, и с каждой секундой её лицо становилось всё более и более хмурым.
– Что там? – поинтересовался Драко у девушки.
«Почитай. Это же ужас какой-то.» – Грейнджер протянула ему газету. На странице так и сиял заголовок статьи «Неизвестный жених».
« Буквально только что мы узнали, что у всеми обожаемой и всеми любимой Гермионы Грейнджер, героини войны, лучшей подруги Гарри Поттера и бывшей девушки Рональда Уизли появился жених. Об этом нам в одном из своих интервью поведали сами Рональд и Гарри.
" Мы получили от Гермионы письмо, что она не сможет приехать чуть пораньше со своим женихом. Она ничего никому из нас не говорила, хотя обычно это не так. – рассказывает нам Гарри Поттер.
Как-то мистер Уизли говорил о том, что мисс Грейнджер всегда всё рассказывает вам. Може т она не рассказывает вам о своем избраннике только потому, что вы считаете её, скажем так, болтушкой?
– Но мы ведь не считаем её болтушкой. Как на это можно вообще обижаться? Я же просто сказал очевидное.
Мистер Уизли видимо не понимает, что для женщины обидно, а что нет, раз так искренне удивляется нашим вопросам. И, к сожалению, узнать о том, кто же всё-таки является женихом Гермионы Грейнджер, мы сможем только завтра, на свадьбе. Поэтому с нетерпением ждем завтрашний день, день бракосочетания Рональда Уизли и Лаванды Браун!
Рита Скитер»
« Вот они... И кто из нас "болтушка"? Надо ж было рассказать всей Британии об этом! Я ж теперь в дом не войду, у окон журналюги, а Скитер уже наверно перебрала все заклинания, дабы проникнуть в дом. Ненавижу!»
– Ну, Грейнджер, ты чего. Спокойствие, всё будет нормально. Можем побыть некоторое время у меня, скажем, до вечера, пока они не уйдут, а потом обратно к тебе. Вряд ли они будут искать тебя у меня.
«Да, наверно, ты прав. Пошли.»
И, взявшись за руки, пара трансгрессировала к порогу Малфой-менора. Особняк выражал собою величие, надменность, грубость и аристократичность. Девушка, при его виде, немного поморщилась не только от его вида, но и от неприятных воспоминаний. Зайдя, Гермиона немного удивилась - она думала, что после ухода пожирателей, дом станет приветливей, но, судя по всему, она ошиблась. Внутри всё было так же мрачно, не смотря на свет, попадающий через окна. Будто дом был брошен, оставлен хозяевами на длительное время. Но отсутствие слоя пыли и тепло немного не вписывались в эту картину, напоминая о том, что менор всё ещё жилой.
Драко повесив своё пальто и пальто Гермионы в прихожей, быстрым шагом направился наверх, ну а девушка, соответственно, за ним. Малфой зашел в небольшую комнату с полными стелажами книг и папок, открыл один из шкафчиков, вытащив оттуда бутылку огневиски и два бокала. Затем разлил алкоголь по бокалам, указывая Грейнджер на один из них. Второй же он взял сам, отпив приличное количество.
– Будешь? – Гермиона посмотрела на него удивленным взглядом. Драко устало вздохнул, всё же протягивая ей бокал. – Да ладно тебе, Грейнджер, не удивляйся. Я практически целую неделю не пил, а ты явно больше. Держи.
Девушка несмело взяла бокал из рук Малфоя, несмело сделав небольшой глоток и тут же поморщась.
«Сколько времени?»
– Около полудня.
«И как часто ты пьёшь в такое время?»
– Не часто. Это, считай, крик души. С тобой жить - любой сопьётся.
«Но ты же не любой. Ты же... Малфой, как-никак. Вряд ли ты сопьёшься.»
– Хм, – Малфой усмехнулся, – Ты права. – сделав ещё глоток, он вздохнул. – А помнишь, в школе, как мы ненавидели друг друга? Потстоянные задирки, насмехания. Хорек - грязнокровка, Грейнджер - Малфой. Хах, – горькая усмешка, – Если бы мне кто-нибудь, тогда сказал, что я сейчас буду сидеть в кабинете, попивая огневиски и мило беседуя с тобой, я бы ни за что ему не поверил. Я даже немного скучаю по тем временам, Грейнджер.
«Я тоже, Малфой. Тогда я могла одним криком вывести тебя из себя, а сейчас, даже окликнуть не могу... Будь проклят тот день, когда Лейстрендж не попала в меня этим чертовым заклятием.»
– Эй, Грейнджер, ты чего. Не надо тут в самоубийцу играть. Да и, знаешь, что. Моё третье желание готово. Я желаю, чтобы ты заговорила.
Гермиона посмотрела на Драко, как на сумасшедшего.
«Не находишь это немного невыполнимым?»
– Неа.
«Не поняла.»
– Грейнджер. Посмотри на свою шею, и сравни порезы до того, как я начал использовать на тебе заклинание, и сейчас. Его действие залечивает самые серьёзные раны, даже такие, как у тебя. Это всё зависит от... Впрочем, неважно. Я тебе вот, что скажу - то, что ты сейчас молчишь, это полночтью в твоей голове. Голос у тебя появился, и есть тому подтверждение. Твой, скажем так, лунатизм - не только лунатизм. Что-то, отдаленно напоминающее слова ты уже произносишь. Точнее, стонешь, но всё же - голос есть, уже прогресс. Если не веришь, то сама можешь удостовериться - пошли.
И Малфой, взяв под руку ошалелую Гермиону, потащил её в угол кабинета, где стоял стеклянный шкаф, а перед ним Омут Памяти. С помощью палочки, Драко извлек нить воспоминаний из своей головы, поместив её в Омут.
«– Нет.. Ммм... – из комнаты Гермионы раздавались приглушенные стоны, ищ которых можно было разобрать лишь отдельные слова. Затем, приблизившись к двери, слова стали чуть разборчивее – Не... Драко.... »
Гермиона немного смутилась от своих последних слов из воспоминания Малфоя, а последний это заметил, ухмыльнувшись.
«Нет, я... я не могу. Это слишком сложно...»
– Грейнджер, ты... – Драко не успел договорить.
«Гермиона.»
– Что?
«У меня есть имя. Изволь называть меня моим именем. Это моё желание.»
– Хорошо, Гермиона. Ты просто обязана попробовать. Или я что, зря над тебя неделю обрабатывал?
«Я не могу...»
– Ладно... – Драко был немного раздражен. – А если так?
Блондин резко наклонился к девушке, одной рукой притянув её к себе, второй рукой проведя по волосам, и прикоснулся своими губами к её губам, и пара слилась в нежном, но в то же время и немного грубом поцелуе. Малфой был настойчив, в его губах читалась страсть, доминанство, но в то же время некая нежность, и даже... любовь, что ли. Но вскоре им пришлось отстраниться друг от друга из-за нехватки воздуха, и тогда парень услышал столь долгожданный шепот:
– Драко...
– Гермиона...
Она посмотрела ему в глаза, а затем притянула его к себе, требуя продолжения.
Казалось, прошла вечность, но им было бы мало и её. Однако, они окончательно оторвались друг от друга, когда в комнату постучал домовик.
– Обед готов. – донеслось из-за двери.
*****
К Гермионе пара вернулась только поздно вечером, практически в ночь. Зато девушка избежала журналистов, измотала все нервы Малфою с его библиотекой, и теперь может говорить. Не как три года назад, конечно, двольно тихо, полушепотом, но всё же говорит. А ещё она поняла, что Драко для неё - больше не враг, не знакомый, даже не друг - нечто большее. Тоже самое открыл для себя сам Малфой.
Они вдвоем сидели на кровати в комнате Драко, обсуждая библиотеку в Малфой-меноре. Гермиона немного злилась, что блондин не дал ей посидеть там ещё часок-другой, и пока злилась, не заметила, как уснула. Драко не хотел переносить её, поэтому заснул рядом с ней, чем был доволен.
– Малфоем вчегда достается всё самое лучшее...