11.Хизер
Я просыпаюсь от резвого солнышка, бегающему по моему бледному лицу. Мы вчера так заболтались, что я даже забыла закрыть жалюзи. Тяжелая учебная неделя подошла к концу, наконец-то можно отдохнуть, как следует. Впервые за время, проведенное здесь, я наконец-то отлично выспалась. Уже давно полдень, и солнце высоко блестит в голубом небе. Неторопливо бегут пушистые кучерявые облака. Погода, в отличие от вчерашней, просто райская. Сегодня 14 октября, мой день рождения. Я снова повзрослела. Когда мы были маленькими, взрослая жизнь казалась мне такой недосягаемой и дико интересной. Все мы были уверены, что будем покупать тонны сладостей и мороженого, много зарабатывать, купим крутой огромный дом и шикарное авто, продолжим общаться со всеми друзьями из садика и школы. Но все не всегда складывается так, как мы думали, и взрослая жизнь, как оказалось, не совсем такая, какой представлялась нам в прошлом. Мы перестаем верить в Санту, вбиваемся в колею просыпаться под звук будильника каждое утро, вырастаем из любимой одежды, изнутри гнием, ворчим о том, как же достала эта бытовуха вокруг, гуляем допоздна, несмотря на родительские предостережения и переживания, не лижем железо на морозе, не теряем только, что купленные мамой перчатки, перестаем мечтать. Мы кажемся вроде бы живыми с виду, но внутри холодные, как январский снег. Пытаемся осознать, в кого же мы превратились за все это время. И вот ты смотришь в зеркало, и видишь не того маленького сорванца, а настоящего взрослого. Ты вроде и рад, что больше нет дневного сна, наказаний, и прочего что ты ненавидел раньше, ты так возрос, как росток, и склонился над детством, пытаясь вернуть себя прежнего. Сейчас мне так и хочется крикнуть «Взрослая жизнь, отвали от меня!», но, как всем известно, она никуда не денется.
Я медленно поднимаюсь со своей огромной кровати, засовывая ноги в белые пушистые тапочки. Странно, нога уже не болит, а Уильяма нет. Неужели он ушел? Может он передумал? Обыскав весь дом, убеждаюсь в своих мыслях. Он ушел, просто взял и ушел. Я разбита, как хрупкая стеклянная ваза, которую намеренно сбросили на пол. С унывающим видом валюсь на мягкий диван в гостиной и включаю телевизор. Неожиданно телефон под боком вибрирует несколько раз. Снимаю блокировку, и вижу сообщения от него. Хочется со вышвырнуть телефон в стену, но вдруг случилось что-то серьезное. «С Днем рождения подруга ;), банальных слов писать не буду, я не мастер высказываний. Прости что ушел, нужно было сходить домой и еще забрать свой мотоцикл со стоянки. Заеду за тобой в 9. Оденься по наряднее, но не официально. Что-нибудь немнооого броское, но не переборщи, а, то придется тебя убить». Ну, теперь хоть стало немного спокойнее. Отвечаю банальным «спасибо» и принимаюсь листать каналы на телике. Мой взгляд улавливает знакомый мультфильм детства – «Капитаны Флинт и Джек. Морское пекло». Будучи в классе шестом-седьмом, мы с Мелиссой надевали старые лохмотья, которые считали самой лучшей пиратской формой. Я была Джеком, а она Флинтом, и никак по-другому. Мы закрашивали друг другу зубы черным маркером, рисовали татуировки и носились по дому, пугая взбудораженных родителей. В то время пока все девочки уже начали обсуждать парней, встречаться, краситься, мы тыкали друг в друга пластмассовыми кинжалами и хохотали как мужики. Но детство кончается у всех, и со мной оно тоже попрощалось. Постепенно мы совсем перестали играть, стали беседовать о новом парне Мел, о том, как они ходили на свидания и прочей девчачьей фигне. Да, я была рада за нее, но мне было очень больно от того, что мы стали как другие. Мы выбросили все те лохмотья, и начали жить по-другому. Из моих больших глаз медленно сочатся горькие слезы и прямо сейчас я готова закричать, ведь мне так хочется вернуться назад, в детство. Смотрю на настенные часы и вижу, что уже 8:30. Пора собираться, иначе не успею. Сложно было подобрать что-то немного броское, но элегантное, но я откопала одно платье. Черное, кружевное, с длинным рукавом, и словно звездное небо, усыпанное мелкими блестками. Я напялила пару противных в цвет тела капроновых колготок на свои ноги, чуть ли не падая, черное платье и принялась за волосы. Процедура с волосами оказалась довольно затруднительной, и я готова поклясться, что убила на нее больше часа. Только закрутив последнюю прядь в аккуратный локон, послышался приглушенный звонок в дверь. Я спустилась, громко топая своими осенними ботинками на низком каблучке по скрипучей лестнице. Я отворила дверь и увидела его. Темные волосы сейчас не как обычно взъерошены, сегодня они уложены более прилично. Его твердая худощавая рука протягивает мне огромный лазурный пакет.
–Что это? – с недоверием спрашиваю я. Мои глаза немного прищурены, а ладонь, прижата тыльной стороной к груди. Сегодня он одет иначе. Объемное черное худи с белой круглой эмблемой, на которой надпись «РОК УМЕР» и рисунок разломанной гитары, обвивает его длинное тело, а черные джинсы с потёртостью на левом колене его ноги. Кольцо в носу, все так же блестит. Он ухмыляется и смотрит прямо в глаза. Такие темные, что почти не видно зрачков, глаза, игриво блестят и стреляют в меня.
–Посмотри, - парень так же тянет пакет и улыбается. Осторожно протягиваю руку и хватаюсь за плетеную ручку. Уилл отпускает пакет, и он резко тянет меня к земле. Тяжелый. Я хватаюсь второй рукой и раскрываю его. Замечаю что-то блестящее и хватаюсь за него. Вытягиваю руку из пакета.
–Господи, это же коньки! Но я не умею кататься на них, ты, же знаешь, – я задумчиво поворачиваю голову. Он улыбается, а его глаза игриво блестят.
–Знаю, именно поэтому я подарил их тебе. Мы будем вместе учиться, если ты не против, конечно, – его губы обнажают белые зубы. Я с каждым мгновеньем влюбляюсь в его улыбку и в его каждый жест все сильнее и сильнее. Да, люди любили до появления соулмейтов, и многие так делают сейчас, но я не могу. Безусловно, меня тянет к нему, и я люблю его, но делать больно друг другу мне не хочется. Мы сломаем, друг друга, и каждый из нас потеряет себя. Поэтому, я должна отыскать своего соулмейта, пока моя сила воли еще цела. Она уже трещит по швам, и желание вцепиться в его губы начинает потихоньку доминировать. Я найду его, я найду некого «Йонаса Коста» во что бы мне это не стоило.
–Спасибо большое – я улыбаюсь, но мне очень больно на душе. Осторожно кладу вещицу назад в пакет и замечаю что-то еще. Тяну руку глубже, и от пакета, она освещается все тем же лазурным цветом. Это книги. Их много. Около четырех или шести, из-за огромных коньков разглядеть тяжело.
–Пока я был у тебя, я изучил все книги, и уверен, что они не повторяются. – Улыбка парня сменилась, на очень мягкую и теплую, как предрассветное солнце.
–У меня нет слов. Так много книг. Я обязательно прочитаю их на досуге. Все прочитаю, обещаю, – я не могу сдержать свою улыбку. Она расползается по моему лицу, словно гусеница. И я искренне рада.