Принцесса

Кристал поняла, что совершила крупную ошибку, высказав Чонину сразу все свои сомнения и требования. Ясное дело, он об этом и слышать не хотел. «Довольно!» — только и сказал он. Похоже, она опять разозлила его, но на сей раз сама не желая того. 

Получилось глупо — лежать в его объятиях на кровати и при этом пытаться выглядеть независимой и решительной. Она не знала толком, что будет дальше, и забеспокоилась, хотя напрасно — Чонин не собирался больше с ней спорить. Он бросил на нее долгий испытующий взгляд, затем поднялся и молча направился к двери. Кристал моментально сообразила, что ей крупно повезло — он так быстро ушел, что едва ли успел заметить смазанный грим на ее лице. Вспомнив об этом, она отвернулась к стене — вдруг Чонин передумает и вернется. Но тот только бросил через плечо:

— Собери свои вещи. Ты больше сюда не вернешься.

И удалился, хлопнув дверью.Так вот что он решил, надменный и бездушный тип! Все-таки собирается увезти ее. Кристал поняла, что больше нельзя терять времени на пустые размышления, надо спасаться, пока не поздно. Но прежде всего нужно привести в порядок свою внешность, то есть подправить грим. На это уйдет всего несколько минут.

Она спрыгнула с кровати и бросилась к своему туалетному столику, который ей удалось когда-то соорудить из старых ящиков. На нем у нее стояли коробочки с пудрой разных оттенков, кремы, тушь — все, что ей по крохам удавалось собрать. Там же стоял обломок зеркала, найденный на помойке. Столик был низкий, и в зеркале была видна только часть ее тела от талии до колен. Не в силах противиться искушению, просто умирая от любопытства, Кристал повернулась спиной и задрала юбку. Взглянув на себя через плечо, она так и обмерла — он видел все это! Кристал залилась краской, ей было и стыдно, и... Но она не могла определить словами то чувство, которое вдруг возникло при воспоминании о том, как Чонин  разглядывал ее.

Нельзя сказать, чтобы Кристал совсем ничего не знала о половом влечении, совокуплении и некоторых других подробностях. Во-первых, она часто слышала кое-какие разговоры в таверне от подвыпивших мужчин, которые с жаром обсуждали свои похождения. Во-вторых, она видела, как это делается, когда заставала в сарае девчонок-подавальщиц со своими ухажерами. А в-третьих, как-то раз одна соседка весьма красочно расписала все, что она проделывала со своим любовником и что при этом чувствовала. Поэтому Кристал сразу поняла, что с ней происходит, когда Чонин прикасается к ней или целует ее. Соседка говорила об этом так: «Все содрогается и переворачивается внутри, где-то посредине». 

Для Кристал это было слишком грубо по сравнению с тем трепетом и удовольствием, которое испытала она. Кроме того, ее ощущения сосредоточивались гораздо ниже «середины»...

Размышляя над всем этим, Кристал даже забыла, зачем она стоит в таком виде перед зеркалом. Вспомнив, тут же увидела под левой ягодицей ту самую метку — полумесяц. Она так и ахнула — надо же, значит, один из них действительно подсматривал за ней в окно! Кто? Неужели Чонин? Она представила себе, как это происходило и что он мог увидеть еще... «А что в этом такого?» — вдруг промелькнуло в ее голове, и этой мысли она сама испугалась.

— Что это такое, черт побери? — прогремел голос Чонина еще из-за двери, и он, тут же стремительно влетел в комнату. 

 Кристал быстро опустила юбку, но поворачиваться к нему лицом не спешила. Только бы он не заметил, чем она тут занималась. Придя немного в себя, она медленно повернулась и посмотрела на Чонина. Он и не глядел на нее, а уставился удивленно на свои руки, словно впервые их увидел. Кристал не составило труда догадаться, что именно поразило его. Вот этого она и боялась: вдруг раскроется тайна ее маскарада? А теперь ладони Чонина запачканы гримом и кремом. Она вдруг сообразила — догадайся он обо всем, то смотрел бы не на свои руки, а на нее. А так как ее он не замечал, Кристал постаралась как можно быстрее подправить грим на лице. Зеркалом воспользоваться невозможно, поэтому пришлось положиться на опыт в этом тонком деле. Не хватало, чтобы Чонин увидал отпечатки своих пальцев на ее щеках!

Стараясь отвлечь его внимание, Кристал сказала недовольным тоном:

— Если ты не, знаешь, что нужно стучать, прежде чем войти, я с радостью Научу тебя этой премудрости.

— Я, кажется, спрашиваю тебя! 

 Кристал пожала плечами:

— Ну и что? Столько мне задано вопросов за этот день, что уже надоело...

Тут он вдруг схватил ее за волосы, собранные сзади в пучок. Кристал вскрикнула от боли, но освободиться не могла. Чонин поднес свою ладонь к ее глазам.

— Может, ты объяснишь мне, почему у меня испачкались руки после того, как я прикоснулся к тебе?

— Это, наверное, сажа, — моментально нашлась Кристал. — Я сегодня чистила камин.

— Лицом?

— Нет...

— Может быть, это и сажа, — задумчиво произнес Чонин и потер пальцы, — на ощупь похоже... 

Кристал даже вздохнула облегченно, но напрасно.

— Но почему-то я сомневаюсь... — продолжал Чонин. — Скажи-ка мне, почему мне не верится, что это сажа? А?

При этом он провел пальцем по ее щеке, поднес его к глазам и язвительно усмехнулся. Кристал даже зажмурилась от страха, такое свирепое было у нее лицо! Ему все известно, и он злится, только непонятно почему. Это она должна рассердиться за то, что с ней не церемонятся. Кому какое дело до того, что она красится?

— Отпусти.. — рванулась она из его рук. Но Чонин еще крепче потянул ее за волосы, и Кристал оказалась с запрокинутой назад головой. От боли у нее в глазах появились слезы, она сдавленно застонала, но и это не произвело на мучителя никакого впечатления. Он испытующе смотрел ей в глаза, и Кристал показалась, что он собирается продолжить пытку. Но нет, взял и резко отпустил ее. Голова ее откинулась в сторону, пучок раскрутился, и волосы рассыпались по плечам. Взгляд, которым она одарила Чонина, выражал всю ненависть, на которую она была способна.

— Негодяй! Ты чуть не вырвал мне все волосы! — вскричала она. — Когда же ты прекратишь надо мной издеваться? 

 Чонин и не подумал отвечать ей. Подошел к Кристал вплотную и взял ее за подбородок.

— Говори мне правду, девчонка! Для чего ты красишься — чтобы скрыть что-то или для того, чтобы стать лучше?
При этом он буквально пожирал ее глазами, сам стараясь найти ответ. Кристал резко сбросила его руку, но от Чонина было не так просто избавиться. Теперь он схватил ее за плечо. Кристал сделала попытку объяснить по-своему:

— Ты хочешь знать правду, хотя мне трудно в этом признаться. Это задевает мою гордость. При всех своих стараниях мне никак не удается стать красивее. И ты сам видишь это.

Она говорила обиженным тоном, хотя единственное чувство, которое она испытывала в этот момент, был гнев, справедливый гнев уязвленного самолюбия.Но Чонина было не так-то легко провести:

— Ты пропитана ложью с ног до головы, крошка, но с этим пора кончать. Даю тебе пять минут, чтобы ты привела себя в порядок и стала самой собой. Если не послушаешься, я сам тебя отмою хорошенько, а потом отшлепаю за все пакости, которые ты вытворяешь.