Глава 21
Максону обычно не снятся сны - он предпочитает реальность. Да, эта реальность жестока, и Максон часто не может справиться со всеми проблемами в своей жизни, но сны еще хуже, ведь они почти всегда пусты. Однако сейчас он мечтает о том, чтобы все это было сном, а не реальностью.
Погода явно подыгрывала настроению парня, добавляя ему еще больше угрюмости. Молния била в деревья, на секунду превращая тёмную ночь в светлый день, озаряя все вокруг. Ветер сменил направление дождя, создавая как будто единую стену из воды. В перчатках уже давно стало жарко, а сейчас еще и мокро, но Макс смог снять их только сейчас. Когда кожаная материя окончательно, но с трудом сползала с его руки, парень облегченно вздохнул и застыл, на миг разглядывая свои ладони. Кончики его пальцев горели и покалывали, но это была какая-то даже приятная боль. За все те дни, что он провел с Элизабет, он снимал эти ужасные перчатки только когда ложился спать, хотя даже во сне иногда боялся последствий.
Понимая, что нельзя так долго стоять на одном месте, Максон начал искать ветки для костра, но сделать это было довольно трудно, ведь все они были мокрыми, так еще и дождь застилал глаза. Весь день Максон чувствовал легкое головокружение, которое все больше усиливалось с каждой каплей, падающей ему на голову. Казалось, еще чуть-чуть и он упадет.
«Зачем я вообще пошел в такой сильный дождь?» -думал Максон, ведь он знает, что может случиться то, чего он так долго боялся.
Не в силах больше держаться на ногах, он упал на землю и облокотился спиной на дерево. Больше десяти минут он провел в нерушимой тишине. Максон слышал только учащенное биение своего сердца и изредка звуки, издаваемые разными животными. Сейчас, наконец, оставшись наедине с самим собой, мысли Максона рассыпаются, а он пытается собрать их во что-то целое и более или менее крепкое. Бесполезно, но пытается.
Больше всего Максон ненавидел вторники. Нет, не понедельник и даже не воскресенье, а именно вторники. Для него не существовало среды, пятницы и всех остальных дней. Он просто знал, что завтра будет вторник, через неделю тоже будет вторник и даже через год будет вторник. Макс просто жил... жил одним днем...вторником. Иногда он думал, что началась среда, но нет. Это опять был вторник.
Вторник - это день, когда он остался один.
Сидя на полу, обняв свои ноги, он совсем не плакал, лишь пытался понять почему так с ним поступили. Он сильно недоедал, мечтал о вкусной, аппетитной еде, которую ему приносили незнакомые люди очень редко.
«Надеюсь, днем моей смерти будет вторник» - говорил всегда Максон своему другу Джонатону, с которым они сразу подружились.
Джо часто охотился в здешних лесах с отцом, поэтому они часто виделись, разговаривали по вечерам и, конечно же, охотились. Максон многому учился у Джо, так как тот хотел попасть на службу. Для Максона это был отличный шанс сбежать и начать новую жизнь, поэтому, загоревшись этой идеей, он попросил Джо учить его. Он часто не спал ночами, делая разные оружия и тренируясь. Свой самый первый лук Максон сделал сам. Да, он был ужасно погнутый и с ненадежной, грязной верёвкой, но учиться выживать не так уж и просто. Несмотря на то, что лук был несовершенный, но довольно крепкий и практичный. Стрелы Максон затачивал сам. Для того, чтобы понять, как все работает, он тренировался каждый день, ему было это довольно интересно.
Единственная проблема была с его документами. Их просто не было. Он не существовал для государства. Поэтому ему пришлось обратиться к связям Джо и сделать фальшивые документы. Казалось, жизнь бурлит и налаживается, и вот уже скоро та самая среда, но Максон, кажется, забыл, что жизнь ничего не дарит, она одалживает.
Настал день испытаний. Первым была проверка документов. Выглядел парень неважно: потный, дрожащий, с безумными глазами, ведь боялся быть пойманным на лжи. По документам его звали Шон и когда он услышал "свое" имя в списке прошедших первый этап, Максон с облегчением вздохнул.
На втором этапе участники должны были показать владение оружием. Для Максона это было довольно легко, так как он практиковался каждый день. И в итоге он был одним из лучших по стрельбе из лука.
За день до третьего испытания у Максона началась лихорадка на фоне стресса и переутомления. Джо пытался отговорить Макса от всех соревнований, говоря, что того просто убьют на следующих двух. Но желание Максона было превыше его здоровья, поэтому несмотря на нотации Джо, он продолжил бороться.
На следующей день было предпоследнее испытание. Нужно было сойтись в поединке с одним из новобранцев. Максону достался самый крепкий и страшный беззубый монстр - Алан.
-Ну что, поиграем?- прошипел он ему своим беззубым ртом.
Максон не мог оторвать взгляд от его языка, проходящего через щелку выбитого зуба. Он боялся, что тот своими сталагмитами прокусит Максу кожу и отдерёт прямо с мясом.
-Вот это видел? - Макс показал неприличный жест.
Воин с пудовой кувалдой не способен противостоять копейщику или мечнику. Максимум, чего он добьётся в битве - может быть, завалит кавалериста. Потому что по лошади кувалдой попасть легче, чем по человеку.
И вот оба воина стоят в боевых позициях друг напротив друга. Кажется, все замирает. Немое и неподвижное противостояние длится долго. Но в какой-то момент каждый из них бросается на противника. Одновременно.
Поединок начинается...
Только и слышны звон мечей и шуршание песка под ногами. Ни один из них не сдает позиций. Ловкость и гибкость против силы и напора. Враг против врага. В какой-то миг мечи скрестились. Скрестились и взгляды. Лица искажены гримасой. Резко оттолкнувшись друг от друга, словно в желании опрокинуть, они снова становятся на изготовку. И вот Алан делает замах, а в этот момент Максон таранит его в живот своим шлемом. Алан, отступив на пару шагов назад, хватается за острие шлема и сильным ударом ногой в живот отпихивает от себя младшего. Шлем остается у него в руках, и он отбрасывает его в сторону. Максон же от удара проезжает несколько метров, но, воткнув меч в землю, припадает лишь на одно колено. Волосы растрепаны, взгляд горит ненавистью и яростью. Оба вошли в азарт битвы, и ничто не сможет их остановить.
Максон, уже предвкушая запах своей победы, нападет на Алана, целясь в грудь. Беззубый успевает увернуться, но лезвие задевает правое плечо, оставляя глубокий порез. Болезненный рык разносится над полем. Взглядом мага можно убить, но на Макса это, увы, не действует. Не успев отдышаться, Алану снова приходится отбиваться. Друг известного Джордана атакует быстро. В один из моментов Алана спасают лишь наручи, скрещенные так, что меч застревает меж них. Вдох, другой. Разошлись. Ненадолго...
Снова звон стали. Время как будто замирает и концентрируется в одной точке пространства. Все происходит неимоверно медленно, но неуловимо. Выпад, блок, ответная атака. Максон оступается и на пару секунд теряет равновесие, чем Алан, конечно же, пользуется. Голова Макса теперь беззащитна, хотя против стали этих мечей шлем бы не помог. Алан атакует, Максон успевает отклониться, но острие все равно царапает скулу и рассекает губу. Вытерев кровь, он лишь ухмыляется, покрепче сжимает меч и теперь готов дальше сражаться. Обманный манёвр - Алан метит в нижнюю часть тела. Но гибкость противника делает свое дело. Легко оттолкнувшись от земли, Максон ногами бьет Беззубого по лицу. Старший держится за нос, утирая кровь. И снова бой. И снова скрещивается оружие, но взгляды полны ярости и сумасшествия. Несколько выпадов и атак, и мужчины оказываются спина к спине, словно дают себе передышку на несколько секунд. И...
Поединок продолжается...
Резко оттолкнувшись друг от друга, они снова идут в бой. Алан размахивается и отрезает Максону прядь волос. Разозлившись, тот делает обманный выпад, но Алан успевает увернуться. Слышен был только звук металла об металл. Максон яростно, с замаха атакует Беззубика, но тот, пригнувшись, бьет мечом плашмя первого под колени, одновременно делая подсечку.
Максон падает на спину. Оружие выбито из рук. Старший, не теряя времени, одной ногой прижимает Макса к земле. Острие меча касается его шеи. Оба тяжело дышат. Оба в порезах и ушибах. Оба в рассеченных в пылу боя доспехах. Максон, понимая, что уже проиграл, поднимает правую руку и снимает перчатку в знак поражения. Меч опускается рядом с его головой, и Алан, смачно плюнув в лицо своего противника, перешагнул его и ушел.
Проходило время. Джо приняли в Королевскую Гвардию, Максон вернулся в свой прежний дом и тогда встречи были уже не такими частыми. Максон все чаще оставался со своими мыслями наедине, бывало он просто мог смотреть в одну точку и жалеть об утерянных возможностях. Он понимал, что застрял в этом доме навсегда. Он крушил стены, ломал свои старые луки и сходил с ума от одиночества, душившего его. Да, конечно, Джо иногда приезжал к нему, но не мог задерживаться на долго.
Так продолжалось до тех пор, пока в дом, а точнее его остатки, не постучали.
Макс, вырисовывая красками, подаренными Джо на его шестнадцатилетние, картину и раздумывая о своей жизни и о том, как теперь ему быть, вдруг услышал приближающийся стук сапог о деревянный пол. Максон был удивлен тем, что увидел, когда пошел к источнику шума. Перед ним стояло жуткое зрелище. В коридоре стояли четверо незнакомых мужчин, у каждого из которых был черный бафф, открывающий вид только на глаза. Переместив свой взгляд ниже, Максон увидел блестящее оружие, болтающееся на поясе, а потом нервно блуждал по всей комнате взглядом, пока не нашел ближайшую к нему дверь.
Незнакомец, стоявший впереди остальных, резко подался вперед. Максон, испугавшись, развернулся и принялся бежать. Он слышал, как сразу несколько людей побежали за ним и кричали ему что-то, но Максона сковывал страх.
Он добежал до той комнаты, где лежали его краски, и попытался запереть дверь как можно быстрее, но не успел. Незнакомец поставил ногу в дверной проем, тем самым препятствуя закрытию двери. Резкий рывок, и Максон спотыкается и падает на спину, отползает назад, не сводя глаз с вошедших в комнату людей, пока не упирается в стену. Сильные руки двух незнакомцев подхватили его и привязали к стулу, закрыв рот тряпкой. Максон пытался освободиться из узлов, но на его плечи моментально легли руки, удерживая его в одном положении. Один из них, видимо, тот, который гонялся за Максоном, встал напротив и приблизил свое лицо к лицу Максона, так что последний вжался в стул, а хватка на плечах стала еще сильнее.
-Послушай-ка сюда, Шон, это был первый и последний раз, когда мы за тобой бегаем. Если еще раз такое повторится, потом ты будешь бегать за нами и просить прощения. Но так как ты новичок, мы с парнями тебя прощаем, Стручок.
Так и началось знакомство Максона с Рексом, Ваном и близнецами. Они представились как банда местных грабителей и предложили Максону присоединиться к ним, заинтересовавшись им и его владением оружия еще на отборе. Максон же согласился, ведь он уже не сможет попасть в королевскую гвардию, да и жизнь его здесь достаточно скучна и бессмысленна, так еще и заработок есть.
Спустя несколько дней Рекс и парни пришли опять, только на этот раз без масок, и начали тренировать Максона. Так проходили недели и месяцы. Максон вновь начал возвращаться к жизни, стрелять из лука и осваивать новые виды оружия из города.
И вот наступил тот самый долгожданный день, когда Максон должен был пойти на свое первое задание. Место, время и план действий были уже давно обговорены, и оставалось только ждать. Максон не находил себе места, его грызла совесть, но и отказаться он уже не мог, ведь понимал последствия. В час пик ему выдали его личный бафф с вышитым зеленым черепом, это была метка принадлежности. Максон все боялся, что их поймают стражи, но еще больше он боялся встречи с Джо, ведь тот думает, что Максон просто подрабатывает где-то в городе.
-Ну что, Шон, готов? - спросил его Ван.
Ах, да, Максон не стал говорить, что Шон его ненастоящее имя ради своей же безопасности.
Максон лишь кивнул, излучая уверенность, пока его живот нервно скручивало, а лицо заметно побледнело.
Их целью было пробраться в дом к местной ткачихе и забрать у нее дорогие ткани, но загвоздка была в том, что ткачиха никогда не спала, делая заказы даже ночью. Но они придумали план, по которому с легкостью могли бы обокрасть ее.
Итак, сначала Ларри (один из близнецов, которого все различали по красному браслету) должен был постучаться в хижину, пока второй близнец, Джефф, зайдет через другой вход. Таким образом они смогли бы ненадолго отвлечь ее, сводя с ума. В это время Максон, Ван и Рекс проберутся в одну из комнат, где и хранятся все ткани. Но найти самые лучшие было трудно, ведь все они были в огромной куче, что затягивало миссию.
Тройка быстро начала на вид определять стоимость ткани, но их было слишком много, а времени мало. Если Ван и Рекс определяли это только визуально, то Максон же внезапно вспомнил слова Джо о том, что его ткань была дешевой, так как была жесткой и тонкой, и, полагаясь на эту схему, начал подбирать ткани. Удачно завершив задание, они отправились в дом Рекса и начали разбирать украденное. В итоге у Максона оказалось большинство драгоценных тканей, чему все удивились. Но, поведав остальным свою схему, все только похвалили его за ловкость и дали ему поверх десять золотых.
Поначалу Максон радовался, и ему даже было в удовольствие такая жизнь, но уже спустя несколько месяцев Максон устал. Он понял, что ступил не на ту дорогу, что депрессия просто искажала его взгляды и приоритеты. Верни бы он то время, никогда бы не сделал этого. И тогда в его жизнь опять вернулись вторники.
Очередной вторник. Очередная работа. Максон и не думал о чем-то новом, но вдруг на него свалилась огромная сорока восьми килограммовая проблема.
По правде говоря, тот вторник был не вторником. Тот вторник был четвергом, но стал он четвергом только из-за нее. После появления Элизабет дни недели для Максона снова стали идти своим чередом. Правда, нелегко сладить с этой упрямой девчонкой, но Максон пытался контролировать свои эмоции рядом с Элизабет, хоть это было непросто.
Он - самый обычный социофоб и мизантроп с холодным взглядом. Нелюбящий любить и быть любимым. Говорит, что ему не нужна эта нежность и ласка. Но порой ему этого так не хватает. Ему довольно трудно показывать свои настоящие чувства, ведь за любое проявление чувств Ван и Рекс всегда осуждали его, высмеивали и, бывало, применяли силу. Такое влияние меняло Макса. Он стал запуганным, но теперь принимал как что-то ужасно, что не должно быть у такого как он. Он считал, что чувства только для слабых людей, а тот, кто их показывает, просто жалок.
Элизабет же слишком импульсивна и эмоциональна для Максона.
Она не боится показывать свои чувства, что иногда раздражает Максона, который привык подавлять свой огонь в душе...