Трудный возраст

Я просыпаюсь часов в девять и, нацепив на себя майку, шорты и мягкие белые тапочки, спускаюсь вниз. Несмотря на то, что вчера тут никого не было, сейчас жизнь внизу просто кипит. Какая-то губастая девушка с каре и парень приятной наружности в обнимку смотрят телевизор, симпатичная девушка в халате и парень с растрёпанными волосами пьют чай, какая-то девчонка-эмо(это я определяю по двум чёрным хвостам с фиолетовыми прядями) читает книгу. Вдруг кто-то толкает меня.
- эй, чего встала посреди лестницы?! Или спускайся, или поднимайся!
Хм... Я судорожно пытаюсь определить, где е слышала этот чуть визгливый, немного подростковый голос... Я разворачиваюсь. Красноволосый! Ааааааааа! Такого соседа мне точно не хотелось бы! Видимо, тоже узнав меня, красная башка неприятно улыбается.
- опачки, знакомая киса! Ну, теперь-то мы точно познакомимся поближе! Твой дружок ведь остался там, в Огайо!
- не хотелось бы мне с тобой знакомиться, - я очень стараюсь держать себя в руках, но из-за моего панически перекошенного лица не слишком-то выходит.
- а тебя никто и не спрашивает, - мой новый сосед больно задевает меня плечом и спускается вниз. Я тоже спускаюсь, и, подойдя к рабочей поверхности, достаю с полки заварку и ставлю чайник, пытаясь ненароком рассмотреть своих соседей. Парень с растрёпанными волосами, до этого пьющий чай, теперь немного разворачивается и тоже как бы "незаметно" начинает меня разглядывать. Точнее, не меня, а мой зад. Насыпав в кружку заварки, я одёргиваю шорты, и парень отворачивается. Капец! Замечательные соседи! Вдруг девушка с каре встаёт.
- ребята! Давайте вечером соберёмся и нормально познакомимся! Как-никак нам ещё долго тут вместе жить!
- ну, долго-недолго, а я надеюсь, что скоро отсюда съеду.
Губастая прожигает взглядом девушку, пьющую чай, но та лишь гадко улыбается. Хм, а она мне нравится. Может быть, мы даже подружимся. 
- ну, в общем, давайте соберёмся в восемь! Всем удобно?
- я работаю до восьми! Не получится! - орёт красноволосый, уже успевший взять банку пива и развалиться на диване.
Ха! Работает! Я еле сдерживаюсь, чтобы не озвучить его "место работы"!
- ладно, тогда в девять. Идёт?
Все согласно кивают, а я лишь вздыхаю и начинаю резать колбасу. Скоро пойду искать работу...

... Лучше опустить промежуток времени с часу до семи, пока я искала работу. Делалось это по объявлениям на сайтах, ну и иногда я замечала нечто подходящее на улице. Везде, абсолютно везде требовался опыт работы. Даже когда я пересилила себя и пошла устраиваться уборщицей в какое-то захудалое кафе - опыт работы! Вам что, всем правда интересно, сколько лет я до этого драила полы?! Послав их в не очень вежливый форме, я ушла оттуда и, за неимением других вариантов, вернулась домой.

В квартире была только сладкая парочка и растрёпанный парень. Делать было нечего, и поэтому я, поставив будильник на 8:45, завалилась спать.

... Будильник будит меня в 8:45, и этих пятнадцати минут мне вполне достаточно, чтобы причесаться, одеться и заново нанести макияж. Спустившись, я беру стул и усаживаюсь.
- так, всё, начинаем! Меня зовут Кинди, мне девятнадцать лет. Приехала из Нью-Джерси и поступила в университет. На самом деле, средства моих родителей позволяли прикупить тут огромный дом, но я решила всего добиться сама. - Кинди замолкает и обводит всех хвастливым взглядом. - познакомилась тут с Фрэнком, мы стали встречаться, он оказался знаком с Томом, ну и вот мы здесь. Милый, твоя очередь.

Фрэнк закатывает глаза. Видимо, все эти сюси-пуси ему уже изрядно поднадоели.

- меня зовут Фрэнк, двадцать один год, работаю грузчиком и иногда подрабатываю: чиню что-нибудь вроде смесителя, толчка и так далее. Встречаюсь с Кинди. Приехал откуда - не суть.
Фрэнк толкает локтем девушку, пившую утром чай.
- я Кейси, мне восемнадцать, приехала из маленького рыбацкого городка. Если бы не поступление в университет, так бы и чистила рыбу со своей тётей. Ну, в результате поступила. Устроилась в бутик продавцом, планирую открыть собственный магазинчик, где будут продаваться всякие безделушки. Вот, в принципе, и всё.
Красноволосый сделал затяжку.
- фу, убери это! - Кинди наигранно поморщилась.
- цыпа, это общая кухня. Хочу - курю, хочу - не курю.
Кинди цокнула, одарив красноволосого страшным взглядом, на что тот лишь усмехнулся.
- ну кто там дальше?
- невоспитанный жуткий хам, - Кинди указывает на красноволосого.
- да-да, именно он. Ну, я Майки, двадцать четыре года, приехал из Огайо. У меня там есть кое-какие делишки, с которых идёт неплохой доход, - Майки угрожающе смотрит на меня, как бы говоря "только пикни, только вякни что-нибудь". - вот и всё.
Майки кивает мне. Блин, а я и забыла, что нужно говорить!
- слушайте, мне Том сказал, что тут всем будет от шестнадцати до девятнадцати, а вон кому-то двадцать четыре, кому-то двадцать один.
- ахаха, тебя это правда волнует? Тут отступ всего пять лет, это ведь не бабка старая с тобой живёт вместо подростка, хотя Том кого угодно мог сюда подселить. Так что не парься! - парень с растрёпанными волосами хлопает меня по плечу.
- ну ладно. Я Моника, тоже приехала из Огайо...
- то есть, тоже, а кто ещё?
- ну, Майки тоже оттуда.
- да, так вот... Приехала из Огайо, мне шестнадцать лет, в Огайо остались все мои друзья и знакомые. Просто однажды я поняла, что мне нужно срочно начать новую жизнь, и уехала сюда.
- ну, ты ещё ребёнок, перегоришь. Посидишь тут недельку-другую и вернёшься обратно. Можно даже не запоминать, как тебя зовут.
- слушай, хватит меня оценивать как глупого, вспыльчивого подростка, у которого в жизни вспыхнул скандал. Фактически, так и было, но там, в Огайо, меня посетило острое желание изменить свою жизнь, так что переезд сюда был осознанным решением, пусть и шестнадцатилетней девчонки.
- ладно-ладно, молчу, - поспешно извиняется расстрёпанный парень.
- да... Что ещё? Собираюсь устраиваться на работу. Всё.
- итак, меня зовут Карл, двадцать один год, и я из Чикаго. Когда-то я был таким же, как Моника - переехал сюда, в надежде начать новую жизнь. Я тоже тогда думал, что весь из себя крутой, еду покорять большой город, все дела. Мне тогда было лет пятнадцать, наверное. Ну так вот. Я подсел на наркоту. Разносил её, накуривался и снова разносил. Однажды клуб, в котором я эту наркоту толкал, оцепили менты, и я еле-еле свалил. После этого я дал себе твёрдое обещание никогда больше не притрагиваться к наркотикам. Но однажды меня пригласили на вечеринку. И там была дурь. Ну, попробовал, ну, подсел... Всё как раньше. Потом на меня опять снизошло прозрение, и я опять бросил. Я пережил всё: страшные ломки, давление со стороны свои дружков-наркоманов... В общем, съехал со своей квартиры, и очень вовремя: потом от соседей узнал, что неизвестные под кафом пришли к моей съёмной квартире, истыкали всю входную дверь ножом, сломали почти всю мебель и написали на стене огромными буквами "блядский Карл Маллер - покойник". Нетрудно догадаться, что они искали меня.
- ну, у меня же всё может быть по-другому. Не так ли?
- ну, может. А может ещё хуже, чем у меня. Ладно, мелкая, давай, - Карл указывает на девчонку-эмо.
- я Джина, мне всего пятнадцать. У меня погибли родители, в авиакатастрофе... Работаю тут в кафе...
- то есть, каким образом ты работаешь? Тебе ведь пятнадцать!
Джина смущённо улыбается.
- владелец кафе - друг Тома, и на случай проверки у него есть мои поддельные документы.
Кинди широко открывает глаза и цокает. Фу, как у неё это противно получается, с её-то губами!
- э, цыпа, да ты похоже не знаешь, что такое плохая жизнь.
- то есть?! Я вообще-то тоже сюда приехала, и у меня тоже не всё было гладко!
- да, но ты-то приехала сюда с кучей бабла! Все мы тут на твоём фоне выглядим полнейший дерьмом и нищебродами!
Я поднимаю глаза в потолок. Майки не стесняется в выражениях, и эта искусственная сейчас начнёт... Кинди, я так заметила, девушка совсем не скромная.
- слушай, да я... Да я...
- что ты?! Что ты цокаешь! Сама только и знаешь, что в сиськи силикон запихивать!
- да ты... Да ты...
- так, ладно, всё, не ссоримся!
- да, любимая, и в правду хватит... - Фрэнк уводит свою любовь наверх, и я слышу крики Кинди. Наверное, не так легко было её заткнуть. Майки пинает стул и уходит наверх. - какие-то неадекватные, особенно эта сисястая!

Постепенно все расходятся, и я, вздохнув, поднимаюсь к себе. Да уж, посидели, называется! Понадеявшись, что дальше будет лучше, я засыпаю...