Глава 8
Вы знаете эту прекрасную атмосферу летних вечеров? Когда все сидят у огромного костра, напевая любимые песни; девушки, укутанные в теплые пледы, обнимают своих парней и кладут головы им на плечи. На небе появляются первые звезды — яркие, необъятные, но такие притягательные, эти звезды подобны юношеским мечтам, дотянуться до которых бывает сложно.
Море шумит, волны омывают пляж, подтачивая камни; за несколько метров от моря расположились ребята, их было очень много, поэтому пришлось сесть в два ряда, потесниться и далеко тянуться, ища закуски. Костёр разгорался, потрескивая и освещая лица ребят.
— Ну знаете, — начал Джин, — в тесноте да… — он улыбается, присаживаясь ко всем.
— Хён, что насчёт выпивки? — улыбается Хосок, обнимая Пак Хоа, которая, кажется, вовсе не против компании Чона.
— Никакой выпивки сегодня, — вожатый размахивает указательным пальцем, — мы будем играть, ребята.
— Я не люблю ролевые игры, сладкий, — кидает Хосок, отчего все ребята начинаются громко смеяться. Чон поправляет волосы, которые ещё остались влажными после сёрфинга, и, склонив голову вправо, ждёт реакции.
— В комнате поговорим, — и да, никого не смущает, что парни живут в комнате вместе. Вожатый, подумаешь.
Ребятам было весело, никто не хотел спать, всем хотелось веселиться всю ночь; режим постепенно сбивался, а задернутые шторы казались хорошим спасением днём. Но ничего страшного, все только этого и хотели.
— Успокоились? Молодцы, — Сокджин вздыхает, — правила до неприличия…
— А ты неприличие…
— Замолчи, — уже никто не смеётся, а у Джина начинают сдавать нервы. Он всё-таки вожатый, нужно держать статус. — Правила простые, — он кивает в сторону Хосока, — по правилам, здесь должна быть свеча, но так как у меня её нет, мы возьмем фонарь. Фонарь будет передаваться по кругу каждому из вас, и вы должны рассказать что-то о себе. Например, любой забавный случай, который произошёл с вами за эту неделю. Такие игры будут проходить каждую неделю, но в дальнейшем вы будете рассказывать только о жизни в лагере. Всем всё понятно? И главное, чего делать нельзя — перебивать, шептаться и уходить.
— Начни ты, — доносится женский голос, и те кто знает Пак Хоа, сразу поняли, что это она.
— Хорошо, — Джин подсаживается ближе к Намджуну, стягивая большую часть пледа с плеч друга, — что? Делись, — когда парень удобно располагается и включает фонарик, — на самом деле, я очень рад. Я рад вас всех здесь видеть, быть вожатым и чувствовать запах этого костра. Вы клёвые, ребята. Это большая ответственность, но она не тяготит меня, надеюсь, что вы не подведёте меня. В этом году просто прекрасные девушки, правда, и да, я оценил каждую упущенную вещь, спасибо, но… Этот год мне подарил ещё кое-что, — парень прикрывает глаза, а затем улыбается, — и я очень надеюсь, что не потеряю это…
***
— Твоя очередь, — мягко проговаривает Рина, передавая фонарь Лиен, которая внимательно слушала каждую историю, кажется, что все были просто заворожены этой атмосферой, которая позволяла говорить всё; прошёл час, но никому не хотелось уходить.
Лиен берёт светящийся фонарик, немного кланяясь.
— Привет всем, — Лиен поправляет край пледа, чтоб тот не упал, — меня зовут Ким Лиен, в этом году я перехожу в выпускной класс, я просто обожаю бабл ти с тапиокой, но совсем не фанатею от вечеринок собственного брата — Ким Намджуна, если кто не знает, — девушка светит фонариком на Намджуна, тот зажмуривается, но улыбается и машет, — а забавных случаев, — в голове проносится придурок Мин Юнги, — их не было.
— Разве?
— Говорящего нельзя перебивать, Юнги, — Джин кидает взгляд в сторону парня, державшегося в стороне всё это время. На лице Мин Юнги проскакивает мимолетная ухмылка, а у Лиен — дрожь по всему телу. Это же слышат все? Не только она?
— На этом всё, спасибо за внимание, — Лиен быстро передает «микрофон» Сунан, которая только и успела переключить своё внимание на игру.
— Меня зовут Сунан!