Глава 8.
Мы вышли на улицу. Злые и полные несчастья. Я шёл рядом с подругой, которая, на моё удивление, не пыталась даже со мной заговорить. Тогда даже её неподавляемая разговорчивость тоскливо замолчала. Мэт шёл чуть впререди нас, бронясь себе под нос. Уставший Лон одиноко плёлся сзади. И казалось, что одному только Конни безразницы на всё происходящее. На всё, кроме того, что его белые кроссовки испачкались. Он постоянно останавливался, пытался отереть их травой, делая, очевидно, только хуже. Все устали... А нам ещё идти на костёр...
Я вдруг снова захотел домой. На моих глазах чуть выступили слёзы. Нет! Я не заплачу! Я же не девчонка! Даже Томи с Гордоном не плакали, хотя они самые маленькие.
– Скажите же, что она не одну меня уже задолбала по полной катушке? – вдруг неожиданно сказал Клер, обратившись ко всем нам. – Какая хамка она всё-таки! Даже меня переплюнула...
– Кхм, кхм... – прокашлялся кто-то идущий позади нас. Думаю, что в тот момент я не один узнал, кому пренадлежал этот кашель. Однако, как бы сильно я не хотел оборачиваться, мне пришлось повернуться лицом к вожатой.
– К твоему сведению, я не хамлю, а лишь занимаюсь воспитанием детей, или перевоспитанием... А за плохое поведение могу и дать наказание, но до такого лучше не доводить... – сказала вожатая, после чего её лицо резко стало серьёзным, и она обратилась ко всем нам: – Чего у вас такие кислые лица? Уже кто-то помер?
Миссис Моридж явно ждала от нас ответа, но мы с пацанами стояли как вкопанные и не могли произнести ни слова. Скорее всего, она была права: смотря на наши лица, можно было отчетливо увидеть, что кто скоро и помрёт, так это мы.
- Никто у нас не помер! А я смотрю, Вы до сих пор в плохом настроение, это вы ещё не отошли от того, что я Вас собакой назвала?- выпалила Клер, с победной улыбкой на лице. Ну должен же был ей хоть кто-то ответить. Но это, безусловно, был не лучший вариант.
– Нет... – хмыкнув, всё также спокойно говорила вожатая. – Я просто одних уже наказала за то, что они вышли с кислыми выражениями лиц. Сейчас на вас как оторвусь...
– Дайте-ка угадаю! Отправите помогать на кухню? Хах! Тогда и дети, и вожатская команда останутся без еды. А затем дети скажут своим родителям, что их здесь не кормили! У вас будет много плохих отзывов, и лагерь закроют. А вы останетесь без работы!
Учительница стояла и смотрела на Клер. Её лицо было не изменно, лишь брови один раз быстро подскочили вверх и также быстро опустились вниз, что смутило мою подругу. Вздохнув, она продолжила:
– Глажка постельного белья – мы гладить не умеем, прозжём вам все одеяла! Уборка корпуса – детский труд запрещён в нашей стране! А за это тоже можно и плохой отзыв написать... – парировала Клер, пытаясь перекрыть ту неловкую паузу.
Однако миссис Моридж, которая по её словам работает с детьми в два раза дольше, чем я живу, лишь ухмыльнулась на это. Стало складываться чувство, что это её единственная эмоция:
– Хм, какая борзая? Так, вы четверо, сегодня без сонника, – сказала она, обратившись ко мне, Мэтью, Лону и Конни, на что мы застонали, но быстро прекратили, когда она одарила нас своим строгим взглядом. – А ты, девочка, проведёшь сегодняшнюю ночь в изоляторе! Под моим особым контролем... – вожатая наконец-то от нас отошла и громко крикнула: – Тринадцатый отряд: мы выдвигаемся!
И мы пошли. Внутри было какое-то неприятное чувство. Бегал холодок, который никак не мог остановиться. Наверное это из-за того, что нас оставят без еды.
Клер, как я понял, влипла. Что ещё за изолятор такой? Но ей помойму было как-то по-барабану! Больше из-за неё переживал я.
– Вот дура! Типа напугала! – сказала моя подруга, затем открыла своё небольшое зеркальце, уже кажется десятый раз за весь наш недолгий путь, посмотрела, что тушь из-за дождя измазала ей всё лицо и закрыла зеркальце. – Думаю, идеально для изолятора! – она повернулась на меня, и я увидел девочку, похожую на нечесть из фильма ужасов.
По пути Лон объяснил нам, что за изолятор. Как оказалось, он в этом лагере уже не впервый раз: его каждое лето сюда насильно отправляют родители:
– Изолятор – это такое место, куда отправляют трудных детей. Некоторые там отбывают всего ночь, кто-то сутки, кто-то неделю... Вобщем и целом, советую тебе вести себя прилично. Говорят, там люди сходят с ума. Но это всего лишь слухи...
– Идеальное место для тебя, психованная... – раздался голос сзади нас. – Надеюсь тебя там научат хорошим манерам.
Через секунду, толкнув Клер в плечо, нас перегнал Марков. Да. Это определённо ещё один человек, который меня уже успел достать, не прошло и одного дня смены.
– Без очков он выглядит лучше... – заметил Лон.
– Однако становится заметно тупее... – закатила глаза моя подруга.
– И слепее...– наконец отметил я.
И вот наконец, мы увидели впереди дым и яркое огромное пламя. Ему явно было безразницы на то, что идёт дождь.
Нас рассадили вокруг костра по отрядам. Благо от костра шел тёплый воздух, а то бы мы все совсем окоченели. Каждому выдали по куску хлеба и то, кому то не хватило. А так же нам дали палки. Принцип был прост и понятен, однако я хлеб не жарил, я просто его ел. Скажем так, я рад был и тому, что нам вообще дали что-то поесть.
Было довольно шумно. Я сидел и вдыхал запах леса, смешанный с запахом дождя и костра. На улице потихоньку темнело. В один момент, я будто заглянул сквозь пламя и на противоположной стороне прямо напротив меня, рядом с табличкой "шестой отряд" сидела девочка с ярко розовыми волосами. Та самая, чемодан которой нёс я сегодня днём. Она сидела, наверное в попытках, как и я, согреться, как вдруг неожиданно подняла взгляд, и мы встретелись глазами... через огонь. Пауза продлилась, казалось, не более одной секунды: далее её кто-то позвал, а я смущённо отвёл взгляд.
Дорога назад показалась мне заметно быстрее, чем в сторону костра. Мою голову переполняли размышления, кто эта девочка вообще такая.
Наконец мы пошли в корпуса и стали готовиться ко сну. Сонник нам всеравно сегодня противопаказан.
За пятнадцать минут до отбоя, к нам зашла миссис Моридж:
– Клер, пойдём. –сказала она.
Моя подруга, которая в тот момент читала у меня на кровати свой любимый комикс, недовольно отвела взгляд:
– А...Опять вы...
– Не опять, а снова, Клер! Пойдём со мной. Думаю, у нас будет достаточно интересная ночь... – сказала вожатая и протянула ей руку.
Однако Клер это проигнорировала:
– Я и не сопротивляюсь. – сказала она и вышла из комнаты, а следом за ней и миссис Моридж.
Если честно, заснуть я не мог очень долго. Сначала мешали мальчики с нашей комнаты. Затем у нас шумели за стенкой. Да и потом я просто переживал за Клер. Интересно, как она там? Жива она ещё вообще, или уже нет?! Что вообще значит: интересная ночь?
Я долго ворочился и не помню, как уснул. Проснулся уже утром...