Мой геройский путь

    До Экзамена оставалось два дня, за которые я должна была решить проблемы с документами и с костюмом. Встав с кровати, я начала собираться на утреннюю тренировку вместе с Эйджиро и Кацуки.

— Ребят, простите, я сегодня с вами не смогу, — заявил нам Эйджиро.

— Почему? — слегка разочарованно спросила я.

— Да там Ашидо попросила ей помочь с... — начал отвечать Эйджиро, однако, увидев суровое выражение лица Бакуго, остановился.

— Эйджиро, всё в порядке, — улыбнувшись, ответила я, — Мы с Бакуго сегодня вдвоём позанимаемся, — я начала оттаскивать злого Кацуки за локоть в сторону выхода из общежития.

    Мы с Бакуго уже стояли с той стороны двери, когда он начал возмущаться:

— Какого хера розовой что-то понадобилось от него в шесть сраных утра?!

— Да ладно тебе, — посмеиваясь, сказала я, — С одной тренировки не убудет. Я не знаю, что Мине нужно от Эйджиро в шесть утра, но давай не будем им мешать, — Глядя в сторону двери, за которой где-то находилась одна из моих любимых парочек в академии, улыбчиво добавила я. Кацуки цыкнул и нахмурился, — Хватит цыкать. Пошли, — я вновь взяла его за руку и легонько повела в сторону спортивной площадки. Кацуки не стал этому сопротивляться.

    Пока мы шли к нужному месту, меня стал волновать один вопрос, и я, набравшись немного решительности, его задала:

— Бакуго, как у тебя дела? — намекая на вчерашнее, поинтересовалась я.

    Кацуки глянул на меня, а затем закрыл глаза и спокойно ответил:

— Лучше. Мари, — Кацуки закрыл глаза. «Он снова назвал меня по имени! Господи, спасибо за то, что я ещё раз услышала это из его уст» — подумала я про себя. — Называй меня по имени.

— Ч... Чего?.. — эта фраза ввела меня в ступор, — Я правда могу?!

— Я два раза повторять не буду, — сурово ответил Бакуго, посмотрев на меня.

    Естественно, «Кацуки» я называла его и без разрешения, правда, только в своей голове и когда рассказывала о нём родителям. Я никак не могла ожидать, что смогу сейчас легально звать его по имени. От радости даже немного расправились мои крылья.

— И я прям при всех могу тебя «Кацуки» звать?

— Да! Я сейчас передумаю и буду откликаться только на «Барон Взрывокиллер», — пригрозил Кацуки.

— Хорошо-хорошо, не буду тебя донимать, — спосмеиваясь с последней фразы, ответила я.

    Тренировка проходила просто прекрасно, мы с ним несколько раз пробежались вокруг общежития, а затем начали работать на турниках. Нашим совместным временем препровождения наслаждалась не только я. Кацуки то и дело довольно ухмылялся после того, как я в очередной раз выполняла его задание. Когда мы уже закончили и начали возвращаться в общежитие, на мой телефон пришло сообщение.

— О! Ответили, — раадостно сказала я.

— Кто это? — поинтересовался Кацуки, заглядывая в мой телефон.

— Да это из больницы. Пришли результаты обследование моей причуды.

— И чё пишут?

— Мне нужно лично прийти на консультацию с врачом сегодня.

— Во сколько?

— К шести... Я, получается, сегодня опоздаю на тренировку после уроков... — расстроеной интонацией произнесла я.

— Я думаю, сегодня можно отменить.

— Правда?

— А смысл какой? Полночь, я думаю, ждать просто так не будет, а если и будет, то у нас останется час. Сегодня пропустим. К тому же тебе ещё и с документами сегодня нужно будет что-то сделать, — относительно спокойно сказал Кацуки.

— Спасибо, — улыбаясь, ответила я.

— Ты одна поедешь?

— Ну... Хотелось бы, конечно, попутчика найти.

— Я могу с тобой поехать, — негромко сказал Кацуки, отведя взгляд в сторону.

— Если тебя не затруднит. Спасибо! — мои глаза загорелись от восторга.

   Кацуки еле заметно улыбнулся. Тренировка была окончена, и в этот раз уже Кацуки вёл меня за руку. С какого момента мы так спокойно касаемся друг друга? А ведь ещё пять месяцев назад Кацуки для меня был незнакомым человеком, с которым мы могли бы даже никогда и не пересечься... Я действительно благодарна судьбе за то, что моя жизнь сложилась именно так. Я прошла нелёгкий путь, часто перебарывая себя, чтобы оказаться здесь, держась за руку с человеком, которого я очень сильно люблю и для которого я не пустое место.

    Когда мы вернулись в общежитие, пошли завтракать на кухню. Кацуки сделал себе два тоста, а я сварила лапшу с сыром. После того, как мы позавтракали, пошли по комнатам, быстро переоделись в форму академии, собрали сумки и, вновь спустившись на первый этаж, сели на диван в ожидании остальных одноклассников. Общежитие потихоньку начинало просыпаться, с кухни доносились звуки гремящей посуды, и отовсюду стало слышно ленивое шарканье тапочек по полу. Первыми, после нас, были готовы Эйджиро и Ашидо.

— Доброе утречко! — поздоровалась Мина, облокотившись обеими руками на спинку дивана и нависая над нами.

— Мина! И тебе доброе утро, — с немного ошарашенной улыбкой ответила я.

    Эйджиро и Мина подсели к нам.

— Ну как сегодня тренировка прошла? — с ехидным выражением лица поинтересовалась Мина.

— Да нормально. Кацуки дал мне несколько упражнений для укрепления спины... — начала говорить я.

— Киришима... Ты тоже это слышал? — обратилась Мина к Эйджиро, прервав меня.

— А... Ага... — растерянно ответил Эйджиро.

    Они переглянулись сначала друг на друга, потом на Кацуки, на меня и снова на Кацуки. Бакуго слегка нахмурился, но я думаю, он ожидал такой реакции.

— Бакуго, а я могу тебя так?.. — начал Эйджиро.

— Нет, — отрезал Кацуки.

— Эх... — с улыбкой вздохнул Эйджиро.

    Когда остальной класс собрался, мы дружно направились в академию, где переоделись в геройские костюмы и продолжили оттачивать свои приёмы. С каждым разом у меня получалось всё быстрее и быстрее активировать причуду, но проблема с болью ещё была актуальна. У меня сильно вздувались вены, и руки болели до такой степени, что двигать ими порой было невозможно. Когда тренировка закончилась, мы все вместе пошли переодеваться.

— Мари, а ты разве не должна с Бакуго тренироваться? — удивилась Очако.

— Мне нужно в больницу, а потом ещё и документы менять, — ответила ей я.

— То есть ты не идёшь сейчас с нами в общежитие? Ну ладно... — немного расстроено сказала она.

— А ты что-то хотела? — поинтересовалась я.

— Да нет. Просто вместе посидеть. Просто когда ты возвращаешься после тренировок с Бакуго, ты уходишь в комнату, так как ты очень устаёшь... Я к тому, что мы с девочками сидим без тебя, а хотелось бы, чтобы ты тоже присутствовала... Я просто подумала, что сейчас ты пойдёшь с нами и...

— Ну, я должна вернуться сегодня в семь, но по сравнению с тренировками с Кацуки, я явно не так устану, поэтому посижу с вами, — с доброй улыбкой ответила я.

— Отлично! — обрадовалась Очако, — Погоди... Ты Бакуго назвала по имени?

— Мне пора бежать в больницу. До вечера! — избегая расспросов, сказала я, помахав рукой и выбежав из раздевалки.

    В телефоне я обнаружила сообщение от Бакуго, где говорилось, что он меня уже ждёт на крыльце академии, куда я и направилась.

— Ну наконец-то, — раздражённо сказал заждавшийся Кацуки.

— Да ладно тебе, я не так уж и долго переодевалась.

— Мы с тобой зашли в одно время в раздевалку, я вышел спустя пять минут, а ты спустя пятнадцать.

— Ты, блин, интересный. Я бы посмотрела, как долго ты в девичьем теле бы одевался.

— Ладно, пойдём уже.

    В больнице была очередь, мы заняли её за какой-то бабушкой, а затем сели на свободную лавку.

— Похоже, мы здесь надолго, — заявил Кацуки.

    Он вальяжно приспустился, расслабив спину и оперевшись на стену, и слегка раздвинул ноги, что свойственно всем парням.

— Почему ты так думаешь? — поинтересовалась я.

— В очереди сидят два деда и одна бабка, ты думаешь, они быстро заберут результаты анализов и пойдут по своим старческим делам? Ага, щас! Им нужно будет поведать врачу о супер охеренных историях.

— А может всё же обойдётся... — с надеждой в голосе тихо сказала я.

— Да я отвечаю, всё так и будет. Поэтому готовься, Голубок, что мы здесь минимум на полтора часа.

    Я тоже слегка спустилась вниз, убрав лишнюю нагрузку со спины. Кацуки достал свой телефон и запустил какую-то игру на нём. Я, слегка коснувшись своей щекой его плеча, спросила:

— А чё это за игра?

— Вот, допустим, я скажу её название, тебе это что-то даст?

— Неа, — с беззаботной улыбкой я отрицательно кивнула головой.

— Ну вот и всё.

    Это была какая-то RPG игра, в которой Кацуки мирно ходил, безжалостно убивая всех на своём пути. У Бакуго был довольно высокий уровень, поэтому он продолжал творить беспредел, пока ему не попались челики с уровнем гораздо выше. Они за считанные секунды окружили Кацуки, а затем убили его.

— Чт... Как это произошло?! — негодовала я.

— Все ресурсы в ебеня... — Кацуки опустил телефон и начал смотреть в стену пустым взглядом.

— Вот суки! — возмутилась я.

— Да вообще пидорасы! Я сожгу их нахуй!

— А так можно?

— Вот заодно и проверим.

    Кацуки пошёл восстанавливать минимальные ресурсы, на что у него ушёл целый игровой день. Я положила голову на плечо Кацуки и продолжила наблюдать за его игрой, краем глаза замечая его редкий взгляд на себе. Ещё два игровых дня он потратил на то, чтобы найти какую-то гору, внутри которой была пещера с огненным посохом. Несколько игровых суток у Бакуго ушло на то, чтобы расчистить себе путь от монстров. Когда этот посох был у него в руках, он начал искать лагерь тех игроков, которые его убили. Он дождался прихода темноты, и когда все путники были на месте, Кацуки поджёг самый ближайший к ним куст. Его враги, которые были не в силах справиться с огнём, начали превращаться в пепел. Огонь не смог убить их всех, зато это сделал Кацуки. Ему оставалось лишь доделать то, что начал огонь. Мы с ним начали злорадно смеяться, но долго мне повеселиться не удалось, так как уже наступила моя очередь. Я зашла в кабинет и села на стул напротив врача.

— Итак, Савина Мари, исходя из исследований, ваша причудае — это преобразование железа, содержащегося у вас в крови. Атомы железа проходят через ткани организма, а когда оказываются вне организма, соединяются друг с другом, образуя лезвия. Боль у вас появляется из-за того, что сосуды начинают сильно расширяться в месте, где используется причуда. Боюсь, эту проблему сейчас никак не решить, ваше тело должно само адаптироваться в течение полугода. — объяснил врач.

— Скажите, раз из сосудов выходят только атомы железа, то почему у меня начинает рваться одежда... Я к тому, что атомы же маленькие, разве они не должны проходить сквозь ткань, не разрывая её? — задалась я вопросом.

— Это скорее всего тоже связано с тем, что вы ещё не привыкли к причуде. Железо начинает собираться в лезвия у самой кожи, а когда лезвия начинают увеличиваться в размере, они рвут ткань. С этой проблемой вам может помочь ткань с крупной сеткой. Обратитесь к изготовителям геройских костюмов, они обязательно что-то вам подберут. У вас есть ещё вопросы, касательно причуды?

— Да. Если я буду слишком долго использовать её, это скажется на здоровье?

— Нет. Единственные последствия — это боль. Все рекомендации прописаны у вас в рецепте, ознакомьтесь с ними и старайтесь им следовать, тогда адаптация пройдёт успешней. Вот вам распечатка для документов, — врач протянул мне листок, на котором были все данные о моей причуде. — Отдайте его работнику, они должны будут сами со всем разобраться.

— Спасибо, до свидания.

— До свидания.

    Я вышла из кабинета и начала читать рецепт. Кацуки стоял в ожидании меня у двери.— Чё сказали? — поинтересовался Бакуго.

— То, что я ещё к причуде не адаптировалась, а ещё дали рекомендации.

— Дай посмотрю, — Кацуки вытянул из моих рук рецепт и начал читать.

— Что пишут? — не успев самой посмотреть, спросила я.

— Пишут, что печень тебе нужно есть.

— А чё ещё?

— Да тут дохера всего. А ещё прописали сосудосуживающие мази. Так это... надо купить такую же, как у меня, она хорошо работает.

— Куплю, но потом, я денег столько с собой не взяла.

    После больницы нужно было разобраться с документами, мы пошли на паспортный стол, где тоже была очередь. Нас с Кацуки начали гонять по кабинетам, в одном нам ответили: «Вам не сюда, идите в четырнадцатый кабинет», в четырнадцатом кабинете нам ответили: «Мы таким не занимаемся. Идите в пятый кабинет», в пятом кабинете был обед, а как только он закончился, нас направили в самый первый кабинет, где мы были. Круг замкнулся. Странно видеть такое в Японии, но ничего не поделаешь, другой паспортный стол находится на другом конце города, а мотаться туда нам с Кацуки не хотелось. Когда мы уже на третий раз прошли вышеописанный круг, у меня потихоньку начинали сдавать нервы, что уж говорить о Кацуки...

— Какого хера ты их нахуй не пошлёшь?!

— Как я их пошлю? Они старше меня и... — уставшим голосом начала я.

— И чё?! Давай сюда эти бумаги, — раздражённо сказал Кацуки.

    Я смиренно протянула ему свои документы, после чего Бакуго громко ворвался в самый первый кабинет:

— Значит так, ты сейчас заполняешь на своём допотопном компьютере всё что нужно, и мы мирно расходимся!

    Женщина, сидящая за компьютером, лениво взяла мои документы и начала их вбивать в базу. Я молча стояла за спиной Кацуки, восторгаясь им. Спустя пятнадцать минут вся необходимая информация была готова.

— Все документы будут готовы завтра, — с демонстративной раздражённостью сказала она.

— Но... Завтра выходной, а мне нужно бы до экзаменов... — тихим мягким тоном сказала я.

— Девушка, вы что, не слышали?! Завтра, значит завтра! — повысила она на меня голос.

— Слышь! Я тебе щас поору на неё! — Кацуки слегка загородил меня рукой, — Значит, перед экзаменами сюда зайдём.

— Делайте всё, что хотите, — подмяла свой язык та женщина.

    Кацуки взял меня за руку и повёл к выходу из этого бюрократического ада. Как только мы оказались на улице, я смогла выдохнуть с облегчением:

— Кацуки, ты мой герой. Кто знает, сколько бы я ещё прокружилась там... Спасибо тебе.

— Да пожалуйста. А теперь, пойдём в общагу, я чё-то уже заебался.

— Конечно, пойдём.

    До общежития мы добрались к восьми с половиной часам. Девочки были измотаны тренировками и сидели на диване. Мина запрокинула голову на спинку дивана и, открыв глаза, увидела меня:

— Мари пришла!

— Привет всем, — я по-дружески улыбнулась.

    Я подсела к ним на диван и вытянула ноги вперёд. Только оказавшись в таком положении, я поняла, как сильно устала.

— Бли-и-ин. Они не шутили про усиленные тренировки, — уставшим голосом произнесла Мина.

— Да уж, нам не дадут передышки перед экзаменами... — заметила Момо.

— Мари, как ты ещё и с Бакуго тренироваться умудряешься? — поинтересовалась Мина.

— С Божьей помощью... — ответила я, запрокинув голову на спинку дивана.

— Яо Момо, как продвигается твой супер приём? — поинтересовалась Хагакура.

— У меня есть идея, но пока ещё не получается. Буду работать над улучшением причуды.

— А у тебя что, Тсу? — обратилась Тору к Асуи.

— Я уже заканчиваю свой сверхлягушачий приём.

— А ты как, Очако? — обратилась Тору к Урараке, которая летала в облаках.

— Очако? — Тсу еле задела Урараку, от чего последняя подскочила, — Ты чего, сильно устала?

— Да нет, совсем не устала, — Ответила Очако, которую только что вывели из транса, — Я ещё полна сил! Я хотела бы сказать, но не знаю... Я очень странно себя чувствую, — глаза девушки начали сиять, а щёки покрылись лёгким румянцем.

— Она влюбилась! — заявила Мина.

— Ч... Чего?! Купилась? Глумилась? Забылась? Я не понимаю, о чём ты говоришь, — нервничая, сказала Очако, а затем она улетела, закрывая лицо руками.

— Это Мидория или Иида? Ты же постоянно с ними ходишь, — допытывалась Мина.

— Это Мидория, отвечаю, — прошептала я Мине на ухо.

— Да, мне тоже кажется, что это он.

    А тем временем Очако подлетела к окну и начала что-то в нём с интересом разглядывать.

— Выпытывать — некрасиво, — сказала нам Тсу.

— И то верно, пойдёмте спать, — начала говорить Яо Момо, — Завтра хоть и выходной, а тренировки всё же будут, пусть и сокращённые.

— Очако, слышала? Спускайся, давай, — я сделала зазывательное движение рукой.

— Сейчас...

    Очако оттолкнулась от потолка и спустилась с небес на землю, меж тем я мельком глянула в окно, за которым находился Изуку Мидория. «Так и знала!» — подумала я про себя и довольно улыбнулась. Нам с Очако и Миной было по пути, поэтому у меня появилось время для разговора с Ураракой:

— Очако, если у тебя действительно есть к кому-то чувства, то их не стоит бояться, и их не стоит отрицать. Любовь — это прекрасное чувство, которое нужно проживать, как и всё остальное. Чем дольше ты это отрицаешь, тем хуже тебе будет потом.

— Да я не... — хотела она меня прервать.

— Я не говорю, что ты сейчас должна назвать нам его имя. Нет. Я говорю, что ты должна хотя бы для себя это принять.

— Во-во! Очако, слушай Мари, она фигни не скажет, — поддержала меня Мина.

— Ну... Я просто ещё не уверена... — Очако смущённо увела взгляд в пол.

— Не переживай, это нормально. Но чем дольше ты избегаешь чувств, которые ты испытываешь сейчас по отношению к тому человеку, тем больше от тебя отдаляется понимание того, кем он для тебя является.

— Я подумаю над этим... — ответила мне Очако.

— Отлично. Тогда, спокойной ночи, девочки, — пожелала я.

— И тебе спокойной ночи, Мари, — ответили девочки одновременно.