Мой геройский путь

    Я сидела на кровати и была полностью разбита. Мина и Эйджиро сидели рядом со мной. Ашидо пыталась всеми правдами и неправдами отвлечь меня от произошедшего, но попытки эти были тщетны. Я не могла перестать думать о человеке, который за такой небольшой промежуток времени стал мне очень дорог. Состояние Эйджиро было ничуть не лучше моего, он сидел молча, смотря в одну точку на полу. Мина тоже переживала за Бакуго, однако она старалась своим оптимизмом вселить в меня надежду, скрывая часть своих эмоций. Вдруг Эйджиро на что-то решительно настроился и обратился ко мне:

— Мари...

— Жаль вас прерывать, но Мари нужно пройти обследование и поговорить со следователем, — Прервал Киришиму врач.

    Мина и Эйджиро покинули мою палату. Врач проверил мой пульс, рефлексы и работоспособность ноги и обеих рук.

— Тебе очень повезло, что не задело нервы или артерию. Это тебя так лига злодеев ранила? — поинтересовался врач.

— Нет. Если честно, я не знаю, что это было. У меня резко из рук появилось что-то вроде шипов. Я не помню, как я их вызвала, я даже неуверенна, что это сделала я. У нас в семье с причудой был только очень далёкий родственник, у него были крылья, а в двенадцать они появились и у меня.

— Не может такого быть, что до тебя только у одного твоего предка была причуда. Конечно, возможно у тебя проявилась мутация в таком позднем возрасте, но всё же рекомендую получше допросить бабушек и дедушек. Я всё-таки думаю, что это была твоя причуда. Если судить по показаниям твоих одноклассников, то ни у одного злодея или учащегося не было схожей причуды. Сейчас сделаем перевязку, а потом ты поговоришь с полицейским. Ты готова к даче показаний?

— Да, готова.

    Доктор начал снимать бинты с правой руки. Когда я посмотрела на свою конечность, ужаснулась. Почти на всю длину предплечья красовался слегка кровоточащий шов. «У меня теперь шрам на полруки будет?! Ёбаный рот... А на остальных перебинтованных участках также?!» Я посмотрела на врача глазами полными страха и непонимания.

— Не переживай, организм у тебя молодой, даже шрама не останется, а если и будет, то почти не заметный, — заверил доктор.

    Это стало облегчением для меня. Я была готова к тому, что на моём теле во время миссий будут появляться шрамы, вернее думала, что готова. Всё же, буду честна, я была шокирована в этот момент.

— Через часа два к тебе зайдёт Исцеляющая Девочка, залечит тебе раны, и мы выпишем тебя, — сообщил врач, — Кстати, после допроса позвони родителям, мы были вынуждены им сообщить о твоём состоянии, как только ты попала в больницу.

    Я издала нервный смешок и продолжила сидеть молча, однако в голове у меня был сплошной мат. Мысленно я уже представляла, сколько седых папиных волос на моей совести, а сколько успокоительных и понижающих давление таблеток, выпитых мамой? Два дня они ни слухом ни духом обо мне... К переживаниям о Кацуки ко мне добавились переживания о родителях и о предстоящем разговоре, в общем уровень моей тревожности не был таким с момента сдачи ОГЭ по математике, от которого, на секундочку, зависела моя дальнейшая жизнь и поступление в академию. Ко мне зашёл следователь и стал допрашивать о подробностях случившегося, нужной им информацией я почти не владела, поэтому эта беседа шла не долго. Они вышли из моей палаты и я осталась наедине с телефоном, по которому мне, скорее всего, предстоял серьёзный разговор. Так как был выходной, родители должны были быть дома. Звонок был совершён на мамин номер, гудки прекратились почти моментально, и я, нервно сглотнув, поздоровалась:

— Привет.

— Доча! Как ты?! Нам сообщили, что ты без сознания и тебе наложили четыре шва. Мы с мамой очень переживали. Ты можешь ходить? Как твои руки? — раздались поочерёдно в трубке два голоса.

— Со мной всё в порядке. Руки и нога немного побаливают, но всё хорошо, доктор сказал, что даже шрама не останется.

— Слава богу, — с облегчением выдохнула мама.

— Простите, что заставила так переживать, — тихо сказала я.

— Мари, не извиняйся, — ответил мне папа, — Когда мы разрешили тебе поступать на героя, мы знали, на что шли.

— Мы с папой как переживали за тебя, так и будем переживать до самого конца, так как ты наше родное солнышко. Но наши переживания не должны ограничивать тебя. Мы тобой очень гордимся. Да и в конце концов, работа родителей заключается в том, чтобы растить детей, а работа детей в том, чтобы у родителей появлялись седые волосы на голове, — успокаивала мама.

— Главное, что ты жива и здорова, а остальное не важно. Ты расскажи нам, откуда у тебя такие раны, что аж зашивать пришлось? — поинтересовался папа.

— Кстати про это... У нас в семье точно только прапрапрадедушка был с причудой? — задала я встречный вопрос. Родители сами затруднялись на него ответить, поэтому наступило недолгое молчание.

— Мариш, мы с папой в этом сами не уверены, ты поспрашивай у бабушек. А к чему ты это спрашиваешь?

— Да дело в том, что возможно у меня проявилось одно из свойств причуды, а возможно и вторая.

— Что?! Как?! — воскликнули оба родителя.

— Я сама ни в чём не уверенна. Три раны из четырёх я получила из-за шипов, которые появились из рук и ноги. Следователь сказал, что ни у одного злодея и ученика не было подобной причуды.

    Мама и папа были крайне шокированы этим известием. Даже не знаю, что больше шокировало их, то, что у меня появилась ещё одна непонятная херня или то, что я травмировалась из-за этой херни. Мы ещё какое-то время пообщались на эту тему, я рассказала подробности той ночи в лагере, а закончила рассказ ужасной новостью, которую мне сообщил сегодня Эйджиро:

— ... Кацуки в итоге похитили...

    К горлу опять подкатил болезненный ком. Родители уже были в курсе о моих чувствах к Бакуго, во время одного из разговоров мама сама спросила про это. Именно поэтому она прекрасно поняла меня в этот момент:

— О господи...

— Вы кого обе? Вы же видели, как он на спортивном фестивале дрался. Да и по рассказам Маришки он тот ещё перец. Да злодеи его наверное сами в академию принесут, ещё и деньги в придачу дадут, чтобы его обратно забрали, — утешил нас папа.

    От этих слов у меня немного поднялось настроение, особенно от «тот ещё перец», сразу вспомнились все обеды в столовой и его вкусовые предпочтения.

— Маришка, не реви. Чё как девчёнка? — продолжил папа, — Будет с твоим этим Кацукой всё хорошо. Какое всё же матершинное имя «Кацука».

    Ко мне уже успели подступить слёзы, но папа не дал долго поплакать. Я слегка засмеялась, вытирая кулаком слезу.

— Кацуки, — с улыбкой уточнила я.

— Тем более, — ответил папа, — Не переживай, его эти твои японцы спасут. Один Ястреб там чего стоит. Давай успокаивайся, отдохни, не знаю, Тик-Ток посмотри, в общем отвлекись. Твои убитые нервные клетки в его спасении не помогут.

— Вот именно. Пожалей их, у них там может семьи, а ты их убиваешь попросту, — присоединилась мама, — Постарайся об этом не думать. Хорошо?

— Хорошо.

— Перед сном позвони мне или папе.

— Хорошо.

— Целуем и обнимаем.

— И я вас. Пока.

— Пока, — подосвиданькались они, и я положила трубку.

    Сказать, что «я не буду о ком-то думать» легко, а вот на деле... Я осталась наедине со своими мыслями. Я пыталась отвлечься при помощи соц. сетей, но все мысли были заняты только Бакуго. Перед глазами одна за другой проносились ужасающие картинки. Тревога разъедала меня изнутри. Я нервно шатала уцелевшей ногой и кусала губы до мяса. Глаза почти не моргали и смотрели куда-то в пустоту. Время тянулось неумолимо долго. Так продолжались до того, как я услышала стук в дверь. Это оказался Эйджиро, он вошёл в палату и поинтересовался моим состоянием:

— Как ты себя чувствуешь?

— Со здоровьем всё в порядке. Я узнала, что мне наложили четыре шва, поговорила с родителями и следователем. Меня ждёт выяснение что это были за шипы, а ещё, если это часть моей причуды, то предстоит менять документы. Опять. Я не могу расслабиться и перестать думать о Бакуго, мне страшно и плохо.

— Мне тоже. Я проводил Ашидо до дома, она придёт ещё раз чуть позже с одноклассниками, а затем вернулся в больницу, чтобы поговорить с тобой на эту тему. Мари, ты пойдёшь со мной спасать Бакуго?

    Эта фраза ощущалась как удар по голове. Я не знала, что ему на это ответить.

— Ты хочешь, чтобы мы вдвоём пошли сражаться с лигой злодеев? — тихо и неуверенно спросила я.

— Нет. Мы пойдём с Тодороки. Вчера мы встретились, когда хотели навестить пострадавших одноклассников. Мы услышали разговор Яойорозу с Всемогущим, она передала им отслеживающее устройство. Мы попросили сделать ещё одно такое же.Я смотрела на него напряжённым взглядом. Он предлагал пойти на авантюру, которая не останется без последствий. Суть плана я понимала, но он оставался не точным и туманным. Идти, сломя голову, в неизвестность — это очень плохая идея. И снова раздался стук со стороны двери, оттуда выглянул Шото и спросил:

— Я могу войти?

— Тодороки? Конечно, заходи, — ответила я удевлённо.

— Как ты себя чувствуешь? — поинтересовался Тодороки.

— Да нормально... — ответила я.

— Ты ей уже сказал? — обратился Шото к Эйджиро.

— Да. — ответил последний.

— Мари, ты пойдёшь на это? — Тодороки серьёзно смотрел на меня.

— Ну... Я... — я была в замешательстве.

— Мы предлагаем тебе это, потому что Бакуго для тебя дорог, — сказал Киришима.Какое-то время я взвешивала все за и против, но какие на хер против, если там страдает мой друг? Точнее, гораздо больше, чем друг. Я намеренно отреклась от здравого смысла. Совесть и привязанность к Кацуки не позволяли мне отсиживаться в ожидании того, что произойдёт, поэтому я чётко и уверенно сказала:

— Я иду с вами.

— Прекрасно, — сказал Эйджиро, — Примерно через двадцать минут подойдут остальные ребята, нужно будет ещё им предложить пойти.

— Так, ребятки, мне нужно подлатать вашу подружку, поэтому подождите её за дверью, — Исцеляющая девочка вошла в палату.

Парни вышли в коридор, а школьная медсестра принялась колдовать над швами. Пока она залечивала раны, начала диалог:

— У тебя в семье есть ещё кто-то, братья или сёстры, у кого причуда поздно проявилась?

— Да, моя двоюродная младшая сестра. У неё тоже крылья, и они тоже появились в двенадцать лет. Правда, её родители уже на моём примере знали, что значит режущая боль в спине, поэтому её почти сразу госпитализировали.

— Для нашего времени такой поздний срок проявления причуды — это большая редкость. На двадцать процентов беспричудных люде лишь три процента с «Синдромом спящей причуды».

— У нас в семье есть вещь, которая блокирует причуды, это либо ген такой, либо болезнь, точно не помню.

— Дело в генах. Когда причуды только зарождались у некоторых людей выработался ген-блокиратор, который не убирает причуду, но активироваться ей не даёт. Похоже у вашего поколения сингулярность причуд достигла такого уровня, что этот ген просто-напросто перестал справляться со своей задачей после определённого возроста. Твой организм же адаптировался к причуде? — спросила исцеляющая леди.

— Он начал адаптироваться уже после её появления. Трансформацию пережило моё сердце, сосуды, лёгкие и глаза всё ещё продолжают адаптироваться.

— Когда вы узнали, что у тебя появилась причуда?

— За пять часов до её появления.

— Но ты же ходила с болью в спине, разве вы не обращались к врачам?

— В том-то и дело, что обращались, и не раз. Но они просто разводили руками, а один вообще объявил, что я симулянтка. Я сдавала различные анализы и меня направляли на рентген, но никто ничего не видел. Меня на скорой помощи увезли в Барнаул, а там уже рентген показал ещё не прорезавшиеся крылья с частичным оперением.

— Как можно было такое на рентгене не заметить?! Ладненько. В связи с тем, что твой организм ещё не прошёл адаптацию, я тебе рекомендую хотя бы раз в месяц заходить ко мне и проводить обследование. Это нужно, чтобы предотвратить какие-то осложнения.

— Хорошо, спасибо вам огромное.

— Де не за что, возьми конфетку, — медсестра протянула мне мятный леденец, я взяла его и поблагодарила.

— Ну всё, с твоим лечением мы закончили, я передам врачу, чтобы выписывал тебя, а ты можешь идти к своим друзьям.

    Из-за двери доносился гул, в котором можно было разобрать знакомые голоса. Я, немного прихрамывая, вышла из своей палаты и увидела почти всех своих одноклассников.

— Мари! — Очако подбежала ко мне и крепко обняла, — Мы с Тсу так за вас испугались, когда Тога сказала, что она с вами «поговорила».

— Очако! — в ответ я её также крепко обняла, а я как за вас испугалась, когда она сказала, что пошла к вам.

— Мы так рады, что ты очнулась, — сказал Минета, в ответ на что я улыбнулась.

— Твои руки были в крови, когда дошла до лагеря. Как ты? — поинтересовался Каминари.

— Всё в порядке, — с улыбкой ответила я, — Исцеляющая Девочка меня хорошенько подлатала. Нога ещё слегка побаливает, но так всё хорошо.

— Не хочешь с нами дойти до Мидории? — спросила у меня Очако.

— Конечно, пойдёмте, — ответила я.

    Пока мы шли по коридору, ребята обсуждали произошедшее в лагере и состояние наших одноклассников. Больничный запах чувствовался в разы сильнее, по сравнению с моей палатой. Повсюду царила какая-то суета, врачи и медсёстры бегали из кабинета в кабинет. Больница была очень чистая и красивая, если судить по обстановке, то она либо новая, либо в ней сделали свежий ремонт. Наконец мы дошли до палаты, где лежал Изуку. Каминари заглянул к нему первый:

— О, Мидория, ты проснулся!

    Весь класс с радостью зашёл к нему. Изуку выглядел измученно, оно и не удивительно. Если я всё правильно поняла из рассказа одноклассников, то всё то время, что я была без сознания, он мучался от боли, и то и дело, что отрубался из-за неё.

— Ты видел новости? Школу поливают грязью ещё хуже чем весной, — обратился к нашему лежачему однокласснику Эйджиро.

— Мы тебе дыню принесли, все скинулись на большую, — сказал Минета, поднимая овощ.

— Прости за все хлопоты, Мидория, — сказал ему Токоями. Подробностей я не знала, но, насколько поняла, Изуку очень сильно ему помог.

— Не-ет, это мои слова, — вяло ответил Мидория, — Здесь весь 1 «А» класс?

— Джиро и Хагакура всё ещё без сознания от газа, — начал Иида, атмосфера стала гораздо напряжённей, — А Яойорозу госпитализирована после тяжёлой травмы головы. В общем троих не хватает.

— Не хватает четверых, — скорбно сказала Очако.

— Бакуго тоже нет, — добавил Шото.

    Я опустила глаза в пол. Изуку, видимо, вспомнил, что произошло.

— Всемогущий сказал: «Ты не сможешь всех спасти. Ты просто должен спасти тех, до кого можешь дотянуться», — с горечью произнёс Мидория, — Я... Я был рядом с ним, а спасти не смог... Для чего ещё моя причуда? Оказывается, учитель Айзава был всё это время прав, — из изумрудных глаз Изуку потекли чистые, прозрачные слёзы, — Моё тело... Я не смог двигаться. Я больше никого не смог спасти.

    В сердце защемило. Мне не часто доводилось видеть мужские слёзы. Я никогда не видела, как плакал мой папа или ещё кто-то из близких мне мужчин из-за «прекрасного» воспитания, где расставлены чёткие гендерные границы. Мальчикам просто запрещалось плакать, если они не хотят стать в глазах общества «посмешищем». Я никогда не поддерживала такую политику. Но тем не менее, если мужчина проливает слёзы, значит ему сейчас очень плохо.

— Мидория... — тихо произнесла я. Мне хотелось ему хоть как-то облегчить его груз вины перед самим собой.

— Тогда пойдём и спасём его, — твёрдо сказал Эйджиро, обращаясь к Мидории, — Я приходил вчера и встретил Тодороки. По дороге в твою палату мы услышали, как офицер полиции говорил с Яойорозу. Она передала им прибор слежения, датчик от которого прикрепила к номо.

— Значит, вы хотите, чтобы Яойорозу сделала нам ещё один такой же? — недовольно спросил Иида.

— Да. И что с того? — ответил ему Шото.

— Мы должны довериться Всемогущему! Пусть этим займутся профессионалы! Нам там не место, дураки! — накричал Иида.

— Да мы это и без тебя знаем! — повысил в ответ голос Эйджиро, — Но поделать с этим я ничего не могу! Мы знали, что на него охотятся и не могли ничего сделать! Если я сейчас ничего не сделаю!.. Если я сейчас не смогу ничего сделать, я не смогу называть себя героем!

— Эйджиро... — я слегка дотронулась до его руки.

— Киришима, не кричи, — Денки приставил указательный палец к своему рту, — Я прекрасно тебя понимаю, но мы в больнице, поэтому я прошу тебя, не кричи.— Иида прав, — сказала Тсу.

— Я отлично понимаю, что Иида и все вы правы, но... — начал Эйджиро. Он повернулся к Изуку и протянул ему руку, несмотря на то, что обе руки Изуку были в гипсе, — Мидория! Ты понимаешь меня? Мы сможем его спасти.

— Значит, мы берём отслеживающую штуку и идём, куда она покажет?.. — поинтересовалась Мина.

— Да, — ответил ей Эйджиро.

— Несмотря на то, что они не убили Бакуго, а похитили, он всё равно находится в большой опасности, — отметил Тодороки.

— Нам не известна цель его похищения, они могут делать сейчас с ним всё, что угодно, — добавила я.

— Вот именно. Даже если ему и сохранили жизнь, то, учитывая его характер, это ненадолго. Я помогу Киришиме заняться этим, — произнёс Тодороки.

— Как и я, — добавила я.

— Прекратите даже думать об этом! — строжился Иида.

— Постой, успокойся, — остановил его Шоджи, — Киришима разочарован, что не смог ничего сделать, для Мари Бакуго дорог, она за него сильно переживает и не может бездействовать, а Тодороки не по себе от того, что Бакуго похитили прямо у него на глазах. Я знаю, какого это, но нельзя принимать такие решения лишь на эмоциях. Разве я не прав?

— Пускай этим займётся Всемогущий, и у нас нет разрешения на ведение боевых действий от учителя Айзавы, — тихо произнёс Аояма.

— Ребята, мы все в шоке от похищения Бакуго, — начала Тсу, — Но нам нужно хорошенько всё обдумать. Не важно, что вы чувствуете, если вы вступите в бой, то нарушите закон и сами станете не лучше злодеев.

    В комнате наступила тяжёлая давящая тишина. Слова Тсу были голосом разума, однако, как было сказано выше, с этого момента и до спасения Кацуки я игнорирую любой здравый смысл. Весь класс нас не поддерживал в своём решении, что очень давило. Однако, если бы мы были в одной шедевральной игре, то появилась бы надпись:

* (Зная, что ваша любовь находится в опасности и нуждается в помощи, Вы наполняетесь решимостью.)

    Оглушающую тишину прервал стук в дверь.

— Простите, что прерываю. Мидории пора на обследование, — сказал один из врачей.

— Ну тогда идёмте, нам надо ещё проведывать Джиро и Хагакуру, — произнёс Серо.

    Весь класс передал Мидории пожелания скорейшего выздоровления, и мы покинули палату, позже всех вышел Эйджиро, который что-то передал Мидории. Хагакура и Джиро были всё ещё без сознания, мы хотели зайти к Яо Момо, но нас не пустили, так как у неё тоже было обследование. Мы обговорили детали нашего плана с остальными одноклассниками, но они восприняли это негативно и никто к нам больше не присоединился. Все одногруппники потихоньку покидали здание больницы. Тодороки тоже ушёл домой. Эйджиро остался со мной ждать моей выписки. Когда эта процедура закончилась, мы с моим другом решили подождать в прибольничном парке. Почти всё это время мы молча сидели на скамейке и смотрели в небо. Мы понимали переживания друг друга без всяких слов. Иногда мы открывали новости в надежде на то, что Бакуго уже спасли, но каждый раз мы натыкались лишь на статьи «Какие в UA работают ущербные люди, которые не могут защитить одного агро школьника». Когда скрылись даже закатные лучи, мы вдвоём пошли ко входу в больницу, где уже стоял Шото. Мы стояли в ожидании Мидории и Момо, от которой зависел весь наш план.

— ... Идёт, — сказал Эйджиро, указывая на вход в больницу.

    Мы увидели Момо и...

— Мидория! — с лёгкой улыбкой воскликнула я, — Момо, что ты решила про наш план?

— Я... — начала говорить Яойорозу, но её прервал громкий строгий голос:

— Стоять! — крикнул нам Иида, — Ну почему?.. Почему так поступаете именно вы?! Это же вы двое остановили меня тогда от необдуманного поступка, рискуя своими жизнями. Почему вы собираетесь повторить мою ошибку?! Мы всё ещё дети. UA и так в плачевном состоянии... Скажите мне, кто понесёт за вас ответственность? Неужели вы не понимаете?!

— Иида, всё не так, мы не собираемся нарушать правила... — хотел успокоить его Изуку, однако Иида хорошенько ему вмазал:

— Думаешь, я не волнуюсь?! Я волнуюсь больше всех! Ведь я староста! Волноваться — это моя обязанность! Ты каждый раз оступаешься и получаешь тяжёлые травмы! Я уже видел, чем это заканчивается... Думаешь, мне плевать на вас?! — Иида схватился за плечи Изуку, — Не говори, что не понимаешь, что я сейчас чувствую...

— Иида, мы не собирались вступать в драку, — прервала я его, слегка повысив голос.

— Это тайная операция. Так мы сможем спасти его, не нарушая правил, — добавил Эйджиро.

— Я доверяю Тодороки и хочу помочь вам, если случиться что-то не предвиденное, — произнесла Яойорозу.

— Я сам против этой затеи, но пока я могу дотянуться до него, то не могу перестать думать, что могу дотянуться до него, — сказал Мидория.

— Значит вы не передумаете... Тогда и я иду с вами! — заявил Иида, это не могло не обрадовать.

    Дополнительный человек в операции по спасению никогда не будет лишним. Мы сели в поезд, чтобы быстрее домчаться до места, отмеченного на локаторе Яойорозу. Я сидела рядом с Эйджиро, напротив нас сели Яойорозу и Тодороки, а на соседних сиденьях расположились Мидория и Иида. Мы благополучно доехали до города Камино, нашего пункта назначения.

— Значит, они прячутся где-то здесь?.. Где они, Яойорозу?! — Эйджиро уже побежал, правда, сам не знал куда, но главное, что он действовал.

— Эйджиро, стой! — с улыбкой я крикнула своему другу.

— Мы должны быть очень осторожны. Злодеи знают нас в лицо, ты забыл? Нас могут атаковать в любой момент. У меня есть кое-какая идея, — Момо указала на магазин одежды.

    Яо Момо быстренько помогла подобрать всем образы, очередь дошла до меня. Она хотела дать мне вечернее платье с открытой спиной.

— Я не могу надеть платье, — немного смущённо сказала я, — Да к тому же, а если я его порву? И денег у меня нет.

— По поводу денег не переживай, я всем всё оплачу. А почему ты его не можешь надеть? Ты же на I острове в платье была.

— На острове никто не думал, что мне летать придётся. А сейчас вдруг понадобиться моя причуда, а тут платье, ещё и в облипку? Я не хочу лишний раз светить тем, чем не нужно светить, — глядя в пол, сказала я.

— Поняла. Тогда давай подберём тебе другой образ.

    Она взяла меня за руку и потащила в отдел для крылатых людей, который оказался здесь ТАК УДАЧНО И СОВЕРШЕННО СЛУЧАЙНО. Мы с ней перебирали вещи и советовались, в итоге буквально за считанные минуты образ был подобран и для меня. Свободная примерочная оказалась одна, поэтому переодевались мы по очереди. Первый пошёл Изуку:

— Слышь! Чё надо?! — он был похож на какого-то мафиози, отдельного шарма прибавляла его бородка. Он выглядел комично, если учитывать его настоящий характер. Следом пошёл Шото:

— Значит маскировка? — я не знаю как точно описать его образ, чтобы передать всю его прелесть. Богатый молодой эмо соблазнитель? Пусть так. Наша розочка — Яойорозочка была ему под стать:

— Именно так, — она была в розовом вечернем платье, солнцезащитных очках и с браслетом виде кольца, короче говоря, наша sugar mommy.

    Следом шла я. Мы с Момо подобрали мне облегающую белую рубашку с прорезями для крыльев, чёрные брюки свободного кроя и чуть выше щиколотки и чёрную жилетку с галстуком. Изначально я не хотела её брать, но Момо настояла:

— Бери, бери. Тебе очень пойдёт.

    Я оделась и заплела волосы в чёрный крабик, затем нацепила на уши серьги-кольца. В качестве обуви были выбраны чёрные берцы. Было немного необычно видеть себя такой, но мне понравилось. Я вышла из примерочной:

— Я прям не девушка, а women.

    Следом вышел Иида:

— Что это за одежда такая? — он был мафиози номер два.

    После него пошёл Эйджиро:

— Я поговорю с тобой позже, — вжился он в свою роль.

— Кого-то эти рожки мне напоминают, — с хитрой улыбкой обратила я внимания на аксессуар своего друга.

— Ты думаешь? — немного смущённо спросил он, в ответ на что я кивнула всё с той же улыбкой.

    Когда модный приговор закончился, мы пошли исполнят в действие свой план, однако по дороге наткнулись на огромный экран, по которому транслировалась конференция с учителями Айзавой и Владом, а также директором Незу. Журналисты докапывались до учителей, задавая им каверзные вопросы и заставляя повторять по нескольку раз одно и то же. Терпеть не могу СМИ, за время обучения в академии они успели знатно подзаебать меня. Мы столкнулись с осуждением общества в сторону UA. Как будто они специально позвали злодеев в лагерь. А самое забавное то, что семьи пострадавших и пострадавшие никаких претензий к академии не высказывают, в отличие от людей, которые с этим никак не связаны. Мы оставили наблюдения за новостями и пошли к своей цели. Но там, куда привёл нас радар никакого Бакуго Кацуки не было, но мы нашли кое-что ужасающее — склад с номо. Пока мы наблюдали за этим складом, на месте появились герои. Мы обрадовались, что герои уже смогли уладить ситуацию и хотели уйти, но что-то пошло не так. Раздался огромный взрыв. Герои, которые оцепили местность и работали вместе со спецназом лежали на земле. Ситуация резко переменилась. Мы оцепенели, никто не был в силах пошевелиться. Мы так и не поняли, что произошло, но было ясно, что это место стало очень опасным. На нас напал животный ужас перед чем-то неизвестным и могущественным. Мы прижались к стенке. Эйджиро и я схватились за руки, не двигался даже Мидория, который всегда бросался в бой, как не двигался и Шото, который являлся одним из сильнейших в нашем классе. И вдруг послышался такой знакомый голос:

— Чего? Это что за хрень?!

    Кацуки был жив и здоров! Это были просто прекрасные новости, голос Кацуки почти вывел меня из ступора, но тут послышались и другие голоса, среди которых была моя новая знакомая Тога Химико. Это означало, что Бакуго всё ещё в большой опасности. Мне хотелось побежать к нему и помочь, но что я могла сделать? Разве что подставиться злодеям. Злость на свою беспомощность и страх смешались и кипели в моей крови. Когда ситуация была безвыходной, появился он, луч надежды — Всемогущий. Однако всё было не так просто. Всемогущему было очень тяжело сражаться. Лига хотела сбежать вместе с Бакуго. Всемогущий не мог помочь Кацуки, так как был занят боем с главным злодеем. Послышались взрывы Бакуго. Он сопротивлялся. Ситуация стала не особо лучше той, что была минуту назад. И вдруг раздался тихий, но твердый голос Мидории:

— Ребята, я придумал, как спасти Качана без боя.

— Рассказывай, — ответил ему Шото.

    План Изуку заключался в том, что Для начала Тодороки должен был сделать ледяную стену. Мы с Мидорией, Иидой и эйджиро должны были сцепиться вместе, а затем Мидория и Иида должны были набрать огромную скорость. Тогда Эйджиро применит своё упрочнение и сломает стену, которая отделяла нас от места боя. Мы должны были использовать ледяную стену, как трамплин.

— С самого начала вы построили с ним отношения на равных. Если руку ему протянут его друзья, то он обязательно ответит — обратился к нам с Эйджиро Изуку. Моя роль, помимо этого, заключалась в том, чтобы обеспечить безопасную для здоровья посадку. Мы следовали этому плану чётко и без отклонений, и вот, наступила самая важная его часть:

— Бакуго! — крикнула я пролетая вместе с одноклассниками над местом битвы.

— Хватайся! — Эйджиро протянул ему руку.

    Со стороны Кацуки раздался огромный взрыв. Он пролетел десятки метров и ответил на протянутую руку помощи. Мы смогли его достать из лап злодеев.

— Вы — идиоты, — с улыбкой произнёс он.

    Я расправила свои крылья и значительно замедлила наше падение у самой земли. Чтобы мы не так резко тормозили, Изуку и Тенья пробежали три метра, прежде чем остановиться.

    Мы быстро скрылись с места боя, всё это время мы бежали, не останавливаясь ни на секунду. Добравшись до безопасного места напротив вокзала, мы смогли взять передышку. Несколько секунд я пыталась отдышаться, а потом посмотрела на Кацуки, который стоял рядом со мной, с ним всё было в порядке, разве что несколько царапин, но до свадьбы, поди, заживёт. Меня переполняло много различных чувств в этот момент, я кинулась к нему и, уткнувшись лицом в его грудь, обняла так крепко, насколько могла. Он положил свою руку мне на голову.

— Чё это с тобой, Голубь?

    Я была на слезах и, чтобы это не стало понятно по моему голосу, молчала. В конечном итоге Кацуки тоже приобнял меня.

— ...Спасение прошло удачно, —послышался голос Изуку.

— Никто меня не спасал, усекли?! Это я сам захотел с вами сбежать! — заявил Кацуки.

— Как скажешь, — радостно ответил ему Эйджиро.

    От этого я засмеялась, и лишь тогда разомкнула объятья с Бакуго. В этот момент начали транслировать боевые действия по огромному телевизору, нагоняя панику на людей. Всемогущий выглядел очень... Плохо. Он выдыхался, пока в конце концов не раскрылась его истинная форма, но от этого люди не потеряли веру в него, они начали кричать «победи, Всемогущий!» Это кричали и мои одноклассники и я. На подмогу к Всемогущему пришли и другие герои. Битва была судьбоносная и очень напряжённая, но Всемогущий победил! Люди плакали от счастья, выкрикивали «Всемогущий!» и просто благодарили его. В этот день герои победили.