Nowadays
Пятница, 10:00.
Урок английского языка в центре подготовки. Они разбирали тесты которые писали позавчера.
— Вы же знаете кто ваши кураторы?- задал вопрос учитель.
— Нет, скажите пожалуйста,- кричали они.
В воскресенье будет выпускной образовательного центра подготовки. Все должны были придти в университет имени *** и явиться на концерт. Поскольку учеников 6 классов много, их разделили на группы и соответсвенно у каждой группы будет свой куратор.
— Так, хорошо, я сейчас посмотрю у себя... А вот...- он посмотрел в телефон — Аделя, Альбина, Томирис... Выыы, у меня,- произнёс он. — А «—» и Элина, вы у Дидара.-он облокотился к стене, зажимая бумаги локтем.
В этот момент её сердце замерло.
Все вокруг шумели, но в её голове тихо как на дне океана, слышно лишь собственное сердцебиение. По щеке скатилась одинокая слёзка.
— Что... Я?...- она опустила голову вниз и закрыла глаза. — Н-Нет... Такого... Нет...-слезы скатывались с её щёк капая на её тетрадь. Она заплакала и сама того не осознавая, но на лице не было ни капли грусти.
— Ура «—», мы вместе!- крикнула Элина с первого ряда.
— Что с тобой? Что с ней? Она плачет?-спросил её сосед.— Жандарбек, «—» плачет,- оповестил он об этом учителя.
Жандарбек подошёл к ней на самый последний ряд и спросил у неё:
— Что случилось, «—»? Ты расстроилась потому что Дидар ваш куратор?
— Что? Нет, я не п-плачу!- «—» в спешке начала вытирать слезы.— Я не расстроилась, вы что, совсем что-ли?-как ни в чем не бывало, она бросила в своего соседа возмущённый взгляд.
— Это же всего один день, не нужно из-за этого расстраиваться, я понимаю если бы он стал вашим куратором навсегда,- убедительно, он одарил её своей улыбкой.
Томирис подошла к ней и обняла:
— Все хорошо, не расстраивайся,- сказала она с нотой сочувствия и прижала «—» к себе.
— Что ты, Томирис. Все в порядке,- отодвигая её ответила «—».
Внезапно в класс зашла женщина со знакомым лицом.
— Жандарбек, можно я?
— Да, конечно, все равно у нас сейчас перемена,- ответил он.
Это был психолог. На вид ей лет 40-45. Ранее она уже проводила здесь тренинги, только тогда «—» была слишком доброй и жизнерадостной, и ей было стыдно показываться ей на глаза. Было стыдно, ведь сейчас она увидит её настоящую, депрессивную натуру, и поймёт что в прошлый раз она лгала насчёт своих эмоций.
— Здравствуйте ребята. Сегодня, мы, будем с вами рисовать несуществующих животных,- сказала она раздавая листочки. — Достаём карандаши, и наша задача нарисовать животного, которого не существует в жизни.
— А мне тоже рисовать?- улыбаясь спросил Жандарбек.
— Ну если хотите, то конечно,- взаимной улыбкой ответила она.
— А что делать если не умеешь рисовать? Эти рисунки потом кто-то будет проверять?- спросил один пессимистичный пацан.
— Нет ребята, эти ваши работы никто кроме меня проверять не будет, не обязательно красиво рисовать. Главное разыграть воображение и перенести это всё на бумагу,- сказала она.
Жандарбек стоял позади места «—», в конце комнаты и рисовал на подоконнике, скрывая свой шедевр. Хоть и чуть-чуть, но с её места было видно что он рисует что-то очень красивое. Все просили его показать что он нарисовал.
В помещении была тишина, и позади «—» услышала шёпот Жандарбека. Когда она прошёл впереди неё он увидел её взгляд на своей работе.
— Кстати мне очень понравился твой рисунок. Классный)-он улыбнулся ей и развернулся.
— А...? С-спасибо...- ответила она 21 летнему учителю по английскому.
— Так все ребята, собираем рисунки,- сказала психолог.— Если захотите узнать результаты, вот я буду сидеть в кабинете напротив.- попрощавшись она вышла из класса.