Сказитель Ярослав

Идёт ле­сом тём­ным, вет­ви раз­дви­га­ет. Ви­дит: реч­ка блес­тит! По­дошёл к бе­реж­ку да стал ру­салок кли­кать.

Прип­лы­ла на зов кра­сави­ца чу­дес­ная да сме­ёт­ся звон­ко:

— Ко­го я ви­жу! Али не сам Ярос­лав к нам по­жало­вал?  Не­уже­ли ре­шил­ся, ца­рём на­шим стать хо­чешь?

А мо­лодец ей и от­ве­ча­ет:

— А ко­ли царь, то он всё ве­да­ет, всё зна­ет, что в крае его де­ла­ет­ся?

При­щури­лась кра­сави­ца, хвос­том не­доволь­но хлоп­ну­ла:

— Ты ме­ня не за­гова­ривай, чай са­ми уме­ем! По­ка стать ца­рём не за­хочешь — не при­ходи. Знаю, что вам смер­тным от нас на­до. Зла­та поп­ро­сите, лас­ку при­мете и уй­дё­те вос­во­яси, нас, бед­ных, го­ревать од­них ос­та­вив.

Опе­чалил­ся мо­лодец да по­шёл до­мой, а по до­роге всё ду­му ду­ма­ет: «Что же де­лать? Как ру­салок умас­лить? Как уз­нать, ку­да де­вицу зап­ря­тали? Жи­ва ли?»

И слы­шит: всхлип из ле­са до­носит­ся.

— Как же так, фэй­ри*, а в ле­су по­рани­лась? Дай по­могу!

Отор­вал клок от ру­бахи сво­ей да но­гу ей пе­ревя­зал.

— Спа­сибо те­бе, доб­рый мо­лодец. От­че­го пе­чален, аль свет бе­лый не мил?

— Мил. Люб­лю я этот мир и оби­та­ющих в нём, да та­кая ис­то­рия у ме­ня прик­лю­чилась... — и рас­ска­зал ей о сво­их бе­дах и го­рес­тях.

Выс­лу­шала кра­сави­ца фэй­ри да го­ворит:

— По­могу я те­бе, мо­лодец. Го­воришь, Ярос­ла­вом те­бя кли­чут? Слыш­на мол­ва о те­бе по все­му ле­су. Го­ворят, по­ёшь, что си­рены мор­ские, а те­ло у те­бя лад­ное, как у Бо­га. Во­лосы, как свет лун­ный, по пле­чам нис­па­да­ют. А улыб­ка доб­рая теп­лом сог­ре­ва­ет. Прав­ду ка­жут! Ты сде­лай, как я ска­жу, — и всё у те­бя по­лучит­ся!

***

Тем­на ночь, лишь звёз­ды ос­ве­ща­ют путь. А все зве­ри лес­ные за­мер­ли в ожи­дании чу­да. И чу­до приш­ло, ви­дят они: ко­роль ду­хов идёт.

По те­лу его во­дой стру­ят­ся узо­ры. По бе­лой мра­мор­ной ко­же, да чёр­ные пе­реп­ле­тения. А в во­лосах его буд­то звёз­ды рас­сы­паны — си­яют яс­но, пе­рели­ва­ют­ся. В гла­зах его мир от­ра­жа­ет­ся, а сам он идёт и без­звуч­но сме­ёт­ся.

Лег­ка пос­тупь ни тра­вин­ки не прим­нёт, ни тварь ма­лую не при­давит. Ясен взгляд — на пу­ти его вет­ви рас­сту­па­ют­ся, а за ним пос­ле смы­ка­ют­ся.

Что за чу­до, что за ди­во? Не бы­ло та­кого в ле­су из­давна. Ка­кая без­дна или высь его по­роди­ла?

Идут за­воро­жен­ные зве­ри сле­дом. А он всё при­гова­рива­ет:

По­дари мне, мол­ча­ливый ко­локоль­чик,
Тай­ну лун­ной ко­роны иголь­ча­той,
По­дари мне ве­тер ко­лючий се­вера,
По­дари на па­мять о том, че­го не бы­ло.**

И раз­дался звон из ни­от­ку­да.

И ту­ман по зем­ле зас­тру­ил­ся, и из ту­мана то­го конь чер­ногри­вый ро­дил­ся. Ай, звон­ко ко­пыта­ми стук­нул, гри­вой рос­кошной трях­нул.

А где-то за семью де­ревь­ями фэй­ри сто­яла и ти­хо шеп­та­ла:

— Всё пра­виль­но. Всё так. По­ка бу­дешь де­лать, что ве­лю, ник­то из ду­хов не­бес­ных и из тва­рей зем­ных че­лове­ка в те­бе не приз­на­ет. Иди, Ярос­лав!

И по­дошёл Ярос­лав к ко­ню во­роно­му и кос­нулся его ру­кой. Тот го­лову скло­нил: лас­тится, в ру­ку ты­ка­ет­ся.

А пос­ле взял — и в че­лове­ка об­ра­тил­ся!

Ярос­лав от не­ожи­дан­ности чуть бы­ло не сел на зем­лю. Но знал он, что лю­бой его жест мо­жет его вы­дать. И тог­да лес­ные зве­ри и ду­хи ча­щи ра­зор­вут его на клоч­ки. Боль­но уж не лю­били они чу­жаков в сво­ём ле­су. Внеш­не он ос­тался спо­ко­ен.

А пе­ревоп­ло­щение чер­ногри­вого толь­ко на­чина­лось. Он всё боль­ше по­ходил на че­лове­ка.

И до зем­ли во­лос чёр­ный нис­па­да­ет. А чер­ты тон­кие, как у нем­но­гих кра­савиц зем­ных. И стан изя­щен, буд­то из воз­ду­ха да ту­манов сот­кан он. Но ды­шит си­лой неж­ный об­раз. Буд­то вот-вот — и сно­ва ко­ня ог­ненно­го лес­но­го уви­деть до­ведёт­ся. А гла­за хо­лод­ные, смот­рят да воп­рос мол­ча за­да­ют: «А не че­ловек ли ты?»  

Примечания:

*Фэйри (фейри)
У некоторых кельтских и германских народов есть легенды о фейри, странных существах, обладающих колдовскими способностями. Они могут выглядеть очень похожими на людей, но есть отличия. Эти существа обладают неземной, совершенной красотой, омраченной каким-нибудь уродством. У некоторых только одна ноздря или один глаз, встречаются фейри с перепонками между пальцами. Некоторые из этих существ хромают. Но главный признак, по которому можно отличить колдунов от людей, - заостренные сверху уши.

Шотландцы полагают, что фейри - это падшие ангелы или бесы, валлийцы считают их душами мёртвых. Говорят, что они не могут умереть от старости или от болезней. Человек способен их убить, но и тогда погибает только земная оболочка колдунов, а сами они продолжают жить в таинственной Волшебной стране.

Фейри славятся как искусные кузнецы и прекрасные музыканты. Подкованная колдуном лошадь отличается необыкновенной резвостью. По поверьям шотландцев, волынку придумали фейри, и именно они научили людей играть на этом инструменте. Когда сами фейри играют на волынке, то способны заставить плясать даже деревья и камни. 

**Отрывок из песни Миласы «Подари мне».