Глава 2.
"Не отпускай меня"
Рассказав до последних деталей свой разговор со Скоттом родителям, Мари попросила их помощи в поиске Стилински и Мартин, ведь они могли помочь ей в этой ситуации. Первого нашли Стайлза в полицейском участке, заснувшего в стопке бумаг. У молодого парня были проблемы со сном: то ему мешали кошмары, то просто появлялась бессонница. Новость о выздоровлении Мари и возвращении Скотта придала ему много сил на то, чтобы помочь найти Лидию, но это оказалось не так легко, как казалось ранее. Ведь Лидия перестала ходить в школу и перешла на домашнее обучение, все в школе напоминало ей о потере друзей, хоть какой сильной она не казалась снаружи, внутри она слаба, как хрусталь.
Затаив дыхание и стоя рядом с домом Мартин, Мари и Стайлз стали медленными и трепетными шагами идти к двери, но никто не хотел разрушать идиллию тишины между ними, но что еще оставалось делать? Раз Скотт попросил собрать почти всю стаю, значит так надо сделать и без всяких отговорок. Мари решилась позвонить в звонок, который сразу разнесся по всему дому, предупреждая хозяев, что их на пороге ждут нежданные гости. Рыжеволосая бестия спускалась по винтовой лестнице, не предвидя, что ждет ее в данный момент. Не спрашивая «Кто там?» и «Зачем пришли?», Лидия просто открыла дверь и медленно стала поднимать свои уставшие от недосыпа глаза, которые в ту же секунду покрылись пеленой слез.
Это были слезы радости, что может быть лучше, увидеть свою подругу, которая смогла выжить исправиться с комой? Что может быть лучше видеть того, кто любил тебя с первого класса, видеть своего лучшего друга? Девушка сразу же бросилась к ним в объятия, хотела много чего им рассказать, но сейчас могла только из себя выдавить улыбку. Спустя время, Лидия была введена в курс дела про Мари и про Скотта. Оставалось лишь дождаться Альфу и остальных, и как назло время шло все медленнее и медленнее. От волнения перед неизвестностью Мари очень утомилась и уснула на одном из кресел в гостиной, Стайлз укрыл ее пледом и, приобняв Лидию за плечо, с улыбкой повел ее на кухню.
Они были счастливы, что их подруга снова с ними, но они были в замешательстве, не зная как вернуть ей все воспоминания. Вдруг она подумает, что они сумасшедшие и сдаст их в психбольницу Эйкен? Размышляя над этими и другими вопросами, ребята сами утомились и пошли в другие спальни, чтобы отдохнуть, ведь каждый был спокоен, потому что ничего плохого не должно было случиться, по крайней мере, сегодня.
Утренние январские лучи озарили всю гостиную и прихожую, давая понять, что уже пора просыпаться и браться за дело. Черные локоны спадали на ее лицо, закрывая ей весь взор на утреннюю красоту, ее ресницы с трепетом шевелились, все это мог наблюдать тот, кто не видел Мари уже несколько месяцев. Вернувшись вчера ночью, Скотт думал, застанет друзей в гостиной, но, к сожалению, они уже провалились в страну Морфея. Маккол сидел прямо напротив девушки, наблюдая за каждым ее мимолетным движением, он хотел запомнить какая она сейчас: спокойная и умиротворенная. Юноша винил себя и никого другого в этой ситуации. Он считал себя виновным в том, что подпустил ее слишком близко к себе, в том, что не рассказал ей сам о своем плане, виноват во всем, что с ней случилось и еще может случиться, потому что Тео просто так не успокоиться, пока не отомстит каждому, кто встал у него на пути.
Скотт начал замечать шевеление на кресле, потому что даже сквозь сон девушка почувствовала на себе внимательный взгляд и присутствие незнакомого ей человека. Открывая потихоньку глаза, она стала щуриться от солнца, но и это не помешало ей увидеть силуэт того парня, который все время мелькал перед ней во снах и наяву. Он стал медленно подходить, на что она ответила взглядом полного недопонимания происходящего вокруг и стала все сильнее вжиматься в кресло. Прижавшись своим лбом ко лбу Мари, Скотт почувствовал едва уловимую связь между ними, которая явно давала понять, что у них осталось мало времени, чтобы помочь ей. Но как ей можно помочь? Рассказать все и сразу, чтобы от всей информации у нее взорвалась голова или есть другой выход из ситуации?
Родители Мари дали ему полное согласие на помощь, чтобы сам Скотт смог спасти Мари, ведь она та девушка, которая помогла ему перебороть свои принципы и стереотипы. Если бы он мог, он отдал бы свою жизнь взамен на то, чтобы девушка была счастлива и без него, но к счастью или сожалению такого нельзя было сделать. Поэтому, придётся приложить все свои усилия, и он сможет помочь ей, но не он один. Разговор решила начать девушка, чтобы поближе узнать собеседника и планы, которые могли бы ей помочь.
- Ты же Скотт, если я не ошибаюсь? Мы собрали почти всех, Малию мы так и не нашли, Айзек уехал во Францию. Пока что это вроде все. И мне было бы интересно узнать, ты ведь, правда, сможешь мне помочь? Я правда хочу все вспомнить, потому что мне стыдно смотреть вам в глаза и видеть, что я не могу вам чем-то помочь, потому что не помню почти никого из вас.
И в этот момент у девушки началась истерика из-за всего, что на нее так быстро навалилось. Ей было больно не за себя, а за всех, ведь она видела и слышала, что и как у кого происходило. Полгода каждый ждал, когда она отойдет от комы, ждал и сам как будто пребывал в таком же состоянии. Скотт плавно подошел к девушке, поднял ее за талию и посадил к себе на колени, уткнувшись в ее черные, как зала, волосы. Вдыхая ее аромат, уносивший его в приятные дни и воспоминания, он понимал все больше, что она та, которая прошла через все, чтобы быть рядом с друзьями.
Всхлипы девушки прекратились, но она сильнее сжимала футболку Скотта, чтобы не заплакать и не казаться в его глазах слабой девушкой.
- Мари, не только я, мы все сделаем все необходимое для того, чтобы ты снова была с нами, ты вспомнишь все до каждой малейшей детали, я тебя обещаю. А я свои обещания на ветер не бросаю.
Последние слова, которые прошептала Мари были: «Скотт, не отпускай меня».
Девушка снова провалилась в темноту, давая понять, что она все еще слаба и ей нужен щит.
И щитом лисы являлся истинный альфа.