Часть пятая.
Моей духовной силы не достаточно, чтобы сходу залечивать недавние раны и приходится красоваться букетом разноцветных синяков разной степени. Будь зеркало я бы наверное смогла отличить синяки от тренировок с тетей Цзинь и синяки от духовного зверя. Еще никогда, даже в прошлой жизни, я не чувствовала себя настолько отвратной.
И с такой красотой не удивительно, что люди чурятились от меня, как от пракожоной.
Совершенно невозмутивная тетя Цзинь шла впереди с гордо поднятой головой, и даже если я не могла видеть ее лица, могу точно сказать, она смотрела на деревенских словно они собачье говно не стоящие ничего. Рядом с ней всегда выстраивалась очужденность не позволяющая приблизиться дальше зрительного контакта, поэтому тетя так смотрела на людей. Чтобы не приближались.
Если мне было не комфортно без общения то вот тетушке в самый раз быть в одиночестве и жилательно с кошкой.
В деревню Святого духа мы вернулись поздно вечером, как раз когда большинство жителей уже спали. Я без задних ног свалилась на жесткую цинковку не заботясь о себе.
Эти две недели в лесу без тепла, уюта и комфорта были насыщены настолько, что врятли через десятилетия я смогу забыть, как копала яму, разводила костер, готовила и разделывала туши животных. Вместе с этим тетя Цзинь не оставляла ни минуты свободного времени и просвещала его моим тренировки, что больше походило на избиения невинного ребенка. Хотя о чем это я? Это и так избиение меня любимой.
К утру меня разбудил привычный недовольный всем этим миром голос дорогой тетушки. Пришлось востать и направиться прямиком на улицу, где распалагался умывальник. Холодная вода резко взбударажил еще сонный организм. Зубы задрожали.
В кое то время пришла далекая мысль о прежней жизни, где не приходилось рвать жилы ради долбаной силы. Вот зачем? Нафига? И еще, разве я не могу жить в глуши ни кому не мешая своим существованием? Почему живя в попе мира мне обязательно нужно становиться этим духовным мастером?
Собственно, к счастью, такие вопросы тетя Цзинь не услышит от меня. Иначе вспорола бы да так, что жопа болеть будет.
***
— Почему Сяо Юэ-эр не может прийти на церемонию пробуждения духа? Цзинь Юйли, как это понимать? — сморщеное лицо дедушки Джека говорила о многом, но женщине было все равно. Пусть хоть кричит до хрипоты.
Отодвинув мешающую челку, Юйли косо посмотрела на старосту, который поглядывал чуть в сторону надеясь увидеть малышку. Саму Юэ-эр она отправила к Тан Сану на совместную тренировку чтоб девчонка не попадалась под ноги и ее не увидел старик.
Раздраженно выдохнув и закрыв глаза она стала по новой объяснять старику:
— Старик, Юэ-эр пробудила свой дух и на церемонию ей без надобности. Остальное я решу сама. Сколько раз еще это говорить?
— Юйли, Сяо Юэ-эр пробудила дух? Так почему ты не оправила ее к духовному храму? Ты представляешь ...
— Закрой рот! — женщина знала что старосте нужен ребенок с духовной силой и духом, чтобы заполучить славу для деревни Святого духа. Не то чтобы это было плохо, но ей претило такая упертость сплавить детей именно Духовному храму. — Ищи других детей, но за Юэ-эр я отвечаю сама! И вообще, чтоб вы знали, после церемонии мы покидаем деревню Святого духа.
При словах "покидаем" вся энергия дедушки Джека мигом покинула его. В глазах заплеталась неверие и, как поняла Цзинь Юйли, растерянность. Мнда, терять потенциальный мешок денег — это вам не лошадь продать.
— Уходи.