Я в мире Часодеев I

Голосок Клементины прозвучал еле слышно, но Василиса тотчас узнала его. Фея сидела на подоконнике и болтала ногами. Теперь она была такого же роста, как Василиса, даже чуточку повыше.

– Вот именно, Василиса, – повторила фея. – Ты его почти упустила, свой шанс. Запомни, мало кто желает помогать людям, думающим только о себе.

– А как вы пробрались через дверь? – вспомнила девочка. – Она же… это… Фэшем зачасована?

– А ты уверена, что тебя это действительно интересует?

Василиса вздохнула. Она совершенно не знала, как разговаривать с феями.

– Эфер, запечатывающий окно, очень слабенький. – Фея фыркнула, рассыпая изумруды, – кажется, признак отличного настроения. – Этому Фэшу надо больше работать над часовой техникой.

– Вы пришли, чтобы помочь мне? – спросила Василиса, затаив дыхание.

– Нет, я пришла, чтобы забрать иголку.

Фея легко соскочила на пол и настойчиво протянула ладошку.

Василиса, смутившись, осторожно вытянула иголку из ткани рубашки на плече и отдала фее.

– Извините, – добавила она. – Я подумала, что вы по другому поводу… Э-э, неважно.

– Ты на самом деле так глупа и недогадлива? – несколько грубо спросила фея.

– Что, простите? – Василиса вытаращила глаза от удивления.

– Конечно, я пришла сюда не только из-за несчастной иголки, – несколько смутившись, объяснила фея. – Извини меня, я немного взволнована нашей встречей.

– Почему? – тут же спросила Василиса. – Вы что-то обо мне знаете такое?

– С чего ты это взяла, дорогая моя?! – опять разозлилась фея. – Я ничего о тебе не знаю и знать не хочу! Ты через фею Диану Фрезер просила Белую Королеву об аудиенции?

– Да, но она не прислала мне приглашения…

– Я прилетела к тебе от имени ее величества… Вот недогадливая! – Фея Клементина раздраженно передернула плечами. – О чем ты желаешь ее попросить? Можешь смело мне говорить, я не только советница, но и близкая подруга ее величества.

Фея гордо приподняла подбородок и выпрямила спину.

– Как я могу знать, что вы действительно от Белой Королевы.

– Вы очень красивая.

Клементина тут же смягчилась и улыбнулась.

– Теперь мы можем поговорить о наших делах?

– Не беспокойся насчет аудиенции. – Фея будто читала ее мысли. – Ее величеству сейчас мои советы не нужны. Я думаю, в Замке все в порядке. – Она вдруг застыла, к чему-то прислушиваясь.

Василиса с любопытством наблюдала за ней.

– Ну так что, – словно очнувшись, резко произнесла Клементина. – У тебя есть желания?

– Да, в общем, есть вопрос. Как там Ник и Константин Лазарев?

—Живи, здоровы.

–  В общем, Ник сам расскажет вам. А вот что ты хочешь для себя?

– Я очень хочу быть часовщицей.

– Я проведу тебя только до поля Старых Часов, понятно? – Клементина резко взмыла в воздух. – Давай-ка сюда! – приказала она, указывая на подоконник.

– Может, лучше через дверь? – с опаской спросила Василиса. Насколько она помнила, их комната находилась на третьем ярусе ветвей – высоко над землей.

– Кому нужны двери, когда есть окна?

Василиса не могла с этим поспорить и запрыгнула на подоконник.

Снаружи, покачиваясь на ветру, застыла большая и полупрозрачная, будто из чистого горного льда, лодка с изогнутыми бортами и белым парусом.

Василисе на миг показалось, что не иначе как серп молодого месяца причалил к окну комнаты.

– Садись в ладью!

Василиса осторожно шагнула на палубу, крепко схватившись за туго натянутые веревки, соединявшие единственную мачту с носом ладьи.

***

– Ну по традиции я должна спросить тебя еще раз, – быстро произнесла Клементина. – Желаешь ли ты стать часовщицей? Знать законы Времени? Предупреждая возможные сомнения, хочу сказать тебе… Я могу одним взмахом руки отправить тебя на Осталу. Но что ты будешь делать? Ладно, тебя ждет летний лагерь… А дальше? Где жить? Чем заниматься? Когда здесь, на Эфларе, тебя ждет целый мир и, возможно, великие свершения.

Василиса не отрывала взгляда от черно-золотых и черно-серебристых цветов. Конечно, фея права… но, кроме обрисованных ею благородных перспектив, Василису ждали отец, Елена, Марк, Норт и Дейла. Вряд ли они будут помогать ей совершать великие дела.

– В общем-то, – нехотя продолжила фея, – ты можешь отказаться… можешь. Конечно, можешь.

– Да согласна я. – Василиса продолжала рассматривать циферблаты за бортом лодки.

– Значит, судьба, – вздохнула фея. Она наклонилась над ближайшими старочасами и сорвала один из черных лепестков.

Лепесток мгновенно скрутился в тугой жгут – точное подобие стрелы, и Клементина передала его Василисе.

– Это часовая стрела?

– Это просто лепесток с цветка, – возразила фея. – Стрела еще не созрела. Но если ты пройдешь испытания и доберешься до Луны, она станет настоящей – золотой или серебряной. Иногда – бронзовой. А может остаться черной.

– Я должна добраться до Луны?!

– Так называется чудесная скала, где феи получают свои крылья, – терпеливо объяснила Клементина. – На Луне тебя встретят двое: фея Светлого Образа и фея Темных Мыслей. Так повелось еще с давних времен: юная фея получает один хороший подарок – от светлых фей, и один опасный – от темных фей, для равновесия возможностей. Главное – доберись до скалы, а там разберешься.

Стрела в руках Василисы дернулась и обвилась вокруг запястья левой руки.

– Ты что, левша? – изумилась фея. – Стрела выбрала левую руку…

– Да, – кивнула Василиса.

"Блин, Белка, ты ж сама левша"

– Да, и еще, – произнесла фея. – Мы очень редко позволяем людям проходить посвящение на наших секретных полях, но для тебя сделаем исключение. Помни это и цени, ясно? А теперь мы попрощаемся, Василиса. Навсегда.

– Я хочу попросить тебя, – тихо, но отчетливо произнесла фея. – Никогда больше не искать встречи со мной. А теперь – прощай.

"Шикарная мамаша"

Вокруг Клементины завихрилось серое пыльное облако, веером взметнулись мелкие черные осколки, и фея исчезла.

Ладья же продолжала свой путь, оставляя позади поле таинственных цветов старочасов.

Но ветер усилился, и Василиса оставила эти мысли – и так было о чем беспокоиться.

«Интересно, далеко еще лететь?»

Не успела она так подумать, как ладья замедлила ход и начала плавно снижаться. Ветки деревьев так и норовили хлестнуть по лицу но, в общем, приземление прошло удачно.

Продолжение следует