нарцисс

— Ладно, будь по твоему... Счастья тебе, любовь моя, — вздыхает Лера.
Она в последний раз обнимает меня и аккуратно целует в губы. Всё же я буду очень скучать по этой дивной девушке. По её шелковистым волосам, синим глазами и нежному голосу, который сопровождал былые дни. Погладив мою макушку, Лера отдаляется и смахнув пальцем слезинку, хлопает в ладоши. В глазах вновь темнеет...

Просыпаюсь я от того, что тяжелые капли дождя колотят по окнам, за которыми собственно уже успело потускнеть. Еще бы, такой-то ливень идет. Верчу головой. В комнате я походу одна, а хотя стоп. Нет. Чья-то рука всё же лежит на моем колене. Опускаю взгляд и вижу Кирилла, что заснул сидя на полу рядом с кроватью. Вот же дурак, лег хотя бы на диване или рядом. Зачем на сквозняке сидеть? Аккуратно перекладываю его ладошку на плед и поднимаюсь на ноги. Надо бы что-то предпринять, ибо это не дело. Поднимать его будет глупо, поэтому перенесу его как-то по другому. Легонько взмахиваю рукой и с помощью магии перетаскиваю его на свое место, после чего шустро укрываю одеялом.
— Даша... Даша... — мямлит парень, поворачиваясь в мою сторону. — За что ты так со мной...
В смысле? Я уже успела во сне ему чем-то насолить или что? Надеюсь, что нет. Двигаюсь в сторону двери и выхожу из комнаты. В коридоре совсем темно из-за чего я хмурюсь. Он так и не вкрутил эту чертову лампочку, поэтому придется играть в "обман или риск" с лестницей. Можно было бы конечно взять телефон, но его местонахождение мне неизвестно. Идя примерно по середине лестницы, на улице начало ужасно громко греметь, от чего я чуть не упала вниз. Еле спустившись на первый этаж, я вернулась на кухню где наверное и выключилась. На столе всё так же стоят чашки из под чая, половина шоколадного торта и пара эклеров, что ел Костя. Неужели Тимошенко отправил их по домам из-за меня? Мило, но от своей работы из-за такой мелочи отказываться нельзя.
  Собираю грязную посуду и ставлю в раковину. На удивление я даже сильно не шумела. Потом сложила все десерты в холодильник и достала из него кастрюльку с куриным супом, который так сильно любила раньше. Правда, через минуты две я поставила его обратно, так как есть все таки неохота. Теперь стоит вопрос: чем же все таки заняться теперь? О! А что если пойти на улицу? Давно у меня не было прогулок под дождем, а тем более в грозу. Когда выходишь на белый свет в такую-то погоду, кажется, что всё тело наливается какой-то неведомой, но очень приятной энергией, которая сохраняется еще очень долго.
Иду в коридор, где обуваю кеды и накидываю куртку. Щелчок, второй. Пред глазами появляется всё тот же уютный дворик наполненный разновидной живностью, что еще не успела сильно пожелтеть. В нос ударяет запах промокших, засохших листьев прямо как в детстве от чего душа бросается в пляс. Ох, как жаль, что у меня нету телефона рядом или может какого-нибудь плеера с подходящей музыкой, так бы всё стало еще более потрясающим. Закрыв за собой дом, я побежала в поле, которое слава богу никуда не делось с заднего двора. Оно всё еще наполнено золотыми колосьями и маленькими растениями, что еще не впали в спячку. Вот и отлично, значит насобираю букетик домой.
Пока я преодолевала половину поля, с неба все таки начал капать дождь. Ибо в начале пути он на немного прекратился. Всё как обычно начиналось с маленьких капелек, которые могли лишь лишний раз кольнуть лицо, но потом... началась самая настоящая буря. Второй раз за день, что удивительно. Только честно говоря, мне так фиолетово от этого, ведь именно на такое я и рассчитывала. Слегка оглянувшись, замечаю вытоптанное мною и Кириллом местечко, где мы часто валялись и часто пьяные. Неконтролируемая улыбка пронеслась по моему лицу, а мозг заставил идти именно туда, чтобы насладится атмосферой. По дороге, я не упустила возможности сорвать пару рудбекий и гелениумов. Они не очень красиво сочетаются, ну и черт с ними. Всё равно же прекрасные. Примерно по середине местечка, падаю на спину и даже не задумываясь о последствиях, смотрю в небо, которое по всей видимости настолько стеснительное, что заставляет меня закрывать глаза каплями воды. Плевать. Как же мне плевать...

Прошло примерно десять минут. Стало немного темнее и холоднее, но меня это не остановило еще немного времени пошляться по территории, дабы найти еще цветочков для более пышного букета. Уж сильно хочу поставить его на кухне.
— Боже, Александрова, ты что творишь?! — доносится со стороны дома.
А на этом моменте меня действительно передернуло, ведь это голос далеко не Тимошенко. Подняв голову я увидела рыжую макушку, что торчит из окна первого этажа. Так они не уехали всё таки? Ну конечно, глупо было предполагать, что они поедут по не выложенной асфальтом дороге, которая превратилась в шоколадную пасту. Помню, мы так выехать не могли дня два, чтобы банально еды купить.
— Иди домой, простудишься же! — вновь кричит Костя.
— Сейчас закончу и приду! — отвечаю ему и бегу к очередному цветочку.
И ох черт! Земля стала настолько мягкой, что ноги просто физически не смогли меня удержать в стоячем положении. Проехав небольшое расстояние, я все таки полетела носом в грязь. И единственная наверное приятная новость состояла в том, что я добралась до нужного растения гораздо быстрее, чем пешим ходом.
— Блять, Даша!!! — орет рыжий.
Парень выпрыгивает из окна и несется прямиком ко мне. Вот же глупыш, думает, что я пострадала как-то. Бывало и хуже. Я бы даже сказала гораздо хуже. Он подбегает ко мне тогда, когда я успела уже встать на колени и рассмотреть свои грязные части тела, одежды. Костя хватает меня за локти и подняв на руки, понес домой.
— Мало того, что ты отключилась на кухне заставляя Кирилла ужасно нервничать, так еще и поплелась гулять в такую дрянную погоду. Вот зачем ты это сделала? — возмущается он, угрюмо идя по тропинке.
— На это должна быть определенная причина? Захотела и пошла, — бурчу уже я, кладя голову на его плечо. — Тем более, глянь какие я цветы собрала!
Я протянула букет к его глазам и показательно повертела им.
— Каким же ты бываешь ребенком, Даша, — улыбаясь вздыхает Костя. — Красивые цветочки.
— Спасибо, я старалась, — самодовольно заявляю и опускаю руку.
  Иногда меня пугает то, какие же парни всё таки тёплые. От них будто всё тепло мира идет. Не то, чтобы оно всегда такое приятное как от женщин к примеру, но все таки такие выводы тут вполне уместны.
  Пыжов заходит в коридор и поставив меня на пол, закрыл двери на замок.
— Черт, теперь и я грязный, — смеется он, вытягивая свою футболку так, дабы рассмотреть все пятна.
— Подумаешь, — хохоча толкаю его в плечо, — новый актер мюзикла по "Свинке Пеппе"
— И кто же я из этого семейства свиней? — спрашивает тот, изрядно ухмыляясь.
— Наверное... — тяну кота за хвост, снимая мокрую обувь, — Джордж.
  Пару секунд поразмыслив, он начинает еще сильнее заливаться звонким смехом, слегка толкая меня ногой. Вновь падаю, только уже на линолеум и подхватываю его волну. Кажется, весь дом на уши поставили. Со стороны гостиной послышались шаги.
— Вы чего орете как резанные? Я спать хочу, — ворчит Дима вытирая глаза, — и что с вами стало? Почему грязные?
Мы вновь усмехаемся.
***
Маленькими шажочками, я направляюсь в сторону лестницы. Где-то полчаса назад мы вместе с парнями начали готовить чай для всех. Поэтому сейчас я и напряжена. Несу ведь поднос с едой моей спящей красавице. Надеюсь, что он проснулся.
Очень аккуратно я переступала каждую ступеньку и всё таки вышла на второй этаж. Его поглотила тьма от и до, из-за чего мне становится страшно переходить его. Руки даже в какой-то части дрожат.
Через минуту, может две, все же удается открыть дверцу и пройти в комнату, где он всё еще сопит в две дырочки. Ставлю поднос на тумбочку и усаживаюсь на край кровати, на которой Кирилл разлегся по-полной. Он лежит обняв подушку руками в правом верхнем углу, а в левом нижнем углу он смял ногами одеяло. Какой же он милый когда спит, даже будить жалко, но всё же надо. Завожу руку за его ушко, заправляя прядь волос за него и продолжаю гладить парня по голове. Его сон настолько чуткий, что бывало мое лепетание во сне будило Кирилла, но сейчас он слишком глубоко провалился в сон. Может это знак, что будить все же не стоит? А нет, я ошиблась. Открывает глаза.
— Господи, Даша, мне это снится? — бормочет тот, кладя ладонь на мою талию, — ты живая...
— Нет, не сниться, прости, что заставила волноваться, — улыбаясь произношу я, поглаживая его слегка небритую щеку большим пальцем, — я тебе чай принесла, мятный, чтобы было спокойнее.
Через секунду, Кирилл поднимается и сразу же обнимает меня. Он продолжает что-то говорить себе под нос, но я разобрать увы не могу. Надеюсь, не дьявола вызывает...