нарцисс

Снится непонятный сон. Каждое мгновение происходит в разных временных промежутках,которые все до одного связаны с Тимошенко. Видны даже те моменты которые я ни разу не видела в реальной жизни. Концерты к примеру,где он прыгает по сцене как ошпаренный,поёт какие-то песни текст которых разобрать мне увы не получилось. Он музыкант или это фантазия разыгралась? Не знаю и даже думать об этом не хочу.
Первая попытка открыть глаза не обвенчалась успехом из-за яркого,белого света который буквально слепил меня. Лицо кривится в глупой гримасе. Еле-еле распахивая очи,вижу злосчастную лампу которая мешает жить. Хлопаю два раза в ладоши,она потухает. И в ту же секунду что-то или кто-то рядом со мной дергается. Громко дергается.
Страшно. Не дышу.

— Даша? — хрипло спрашивает больно знакомый голос — ты очнулась наконец?

Молчу в ответ,чтобы озадачить его. Он тоже ни слова не говорит. Наверное понял подвох. Шевелится. Встаёт и обходит койку. Залазит на неё и укладываясь рядом кладёт голову мне на грудь. Обнимает. Выдыхает.

— ты бы знала как я испугался за тебя. Как все испугались — шепотом продолжил парень — почему ты не говорила раньше про свои проблемы с сахаром?
— потому что эта информация тебе ни к чему — кинула я чувствуя пульсацию в голове.
— ну да,ни к чему. Подумаешь,ты чуть не сдохла от его скачка в крови. Обещай мне,что больше такую хуйню не будешь скрывать. Мне же надо знать как тебе помочь в случае чего.
— конечно.

Щелчок. Свет вновь включается и предательски заставляет стонать от ненависти к нему. К кровати походит мужчина в белом халате. Так стоп. Я в больнице? Только дошло.
Мужчина стоит и недоумевает с происходящего. Видимо желая озадачить Кирилла,мы вместе с ним озадачили бедного врача.

— Кирилл,вы что там делаете? Вы же просто просились посидеть рядом с ней до того момента как проснётся — возмущённо произнёс он — встаньте,это против правил!
— Роман Александрович,не переживайте,я же не давлю на неё. Просто обнимаю так как переживал — спокойно ответил Тимошенко,не отрываясь от меня.
— обняли? А теперь вставайте,надо поговорить.

Недовольно вздохнув,брюнет встал на ноги и пошёл на диалог с его «раздражителем».
Я всё так же лежала на месте. Проведя взглядом по палате,в очи бросилась подключённая капельница к моей левой руке. Шевелится сильно нельзя,буду знать.
Голова всё так же продолжала гудеть. Малейший шум раздражал,не то чтобы разговор который идёт между моим соседом и врачем. Идёт он кстати в не очень позитивных тонах. И это я сейчас не про своё здоровье.
«Интересно,а где родители? С ними всё хорошо? Или они сейчас дома во всю валидол пьют? Надеюсь на первый вариант».

— Даша,подъем,едем домой. Я договорился — ворвался в мои мысли Бледный.
— а я не помру по дороге? — ухмыльнулась я.
— шансы не велики. Если и помрешь,то я разобьюсь в ДТП и буду любить и бесить тебя даже после смерти — ухмыльнулся тот в ответ.
— ой,любить он будет — дразнюсь сквозь боль от высунутой иглы из руки.
— ещё как буду,малыш.

Капельницу сняли с меня. Усевшись на край кровати,глаза стали искать обувь,которой как назло нигде нет.
Парень видя ситуацию,нашёл потерянные кеды за тумбой и заботливо решил сам обуть мои ноги. Что-то тут не чисто. Он слишком добрый. Даже носки надел на меня и поправил.
Шнурки уже завязаны в бантики. Его худи тоже на мне,ведь «на улице похолодало» и бла-бла-бла. Встаю и тут же сажусь обратно на кровать. Голова кружится неимоверно. Кирилл поднимает меня обратно на ноги и целуя мой висок,поднимает меня в воздух. Сил абсолютно нет,поэтому придираться и вырываться,попросту нету смысла. Кладу голову на худое,острое плечо и чувствую тепло,а точнее – тёплую боль.
Так как мы находились на втором этаже,выйти из здания быстро и без дискомфорта – проблемы нет. Он толкает тяжелую входную дверь ногой,чтобы попасть на улицу. Аккуратно протаскивает меня через проем и улыбается,в то время как я сжимаюсь от холода,морща лицо. Да,Кирилл был прав и вправду похолодало. Страшно представить,что он чувствует в одной лишь футболке. Поэтому не буду забивать себе этим голову.
  Смотря на его лицо и шею,я не увидела ни единого пореза,ни единого синяка и не единого бинтика или пластыря. Неужели мой благородный отец решил помиловать бедного грешника? Вот это новости.
Парень поднёс меня к машине и всё так же заботливо усадил на переднее сиденье. Через мгновение он появился на соседнем месте и завёл тачку. Очень медленно,я пристегнула ремень и откинула голову назад. Как же тошно.

— Кирилл — внезапно сказала я.
— да? Что случилось? — улыбнулся он нажимая на газ.
— что с родителями? Что с Сашей? Тебя не били?
— родители переживают. Саша понятия не имею,с ним связи у меня нет. Та-а-к... Меня били,ещё как били,но я был сильнее. Об этом я уже говорил тебе перед отключкой.
— но почему у тебя тогда нету не единого ранения,мощный ты мой?
— регенерировался за твой счёт,кошечка — усмехнулся Бледный выворачивая руль — А ты думала я до сих пор ничего не понимаю? Я всё знаю про тебя,Даша. Я даже знаю о чем ты сейчас думаешь.
— и о чем же я думаю?
— о том,что ты рада ехать ко мне домой,а не к себе и ты совсем не думаешь,что я идиот.
— мимо. Я как раз таки и думаю о том,что ты...
— самый прекрасный,красивый и любимый парень? Ой,спасибо,но не надо льстить.
— ты неисправим,Кирилл ака нарциссик.

Он продолжает лыбится. Понравилось кажется новое прозвище. Довольный. А я вот недовольна. Жутко хочу спать и есть. Веки тяжелеют. Подгибаю колени,обнимаю их. Закрываю глаза и буквально проваливаюсь в сон.

Снежный берег Днепра. Вторая половина дня. Метель несносно бушует и бьёт льдинками по лицу половина которого замотана в широкий,теплый шарф.
Сижу на снегу опираясь руками. Рядом сидит Саша. Идет диалог о чём-то неопределённом. Вспоминаем приключения из детства,ведь росли вместе. Он сидит очень близко ко мне. Греемся об друг друга. Очень тепло на душе. Улыбаюсь как трёхлетний ребёнок с румянцем на щеках.

— Дори,а тебе не кажется,что отец совсем башкой ослаб? Он уже недели три пропадает в казино,забил на семью — грустно выложил мой брат.
— да,что-то с ним не так. Может его что-то тревожит и он пытается убежать от этих мыслей? — кинула догадку я,кладя голову ему на плечо.
— а ты не думала,что это из-за тебя? — на более агрессивных тонах уже спрашивал Саша — после того как ты уехала к этому чокнутому Кириллу,он начал терять рассудок!
— но я... но я не виновата в том,что Кирилл меня выиграл...
— виновата! Еще как виновата,Даша! Ты развалила семью! Именно ты! Не отец,а ты,дура!

Из глаз потекли слёзы. Отодвигаюсь подальше и в страхе смотрю на него. Рыжий поднимается на ноги. Начинает приближаться,в то время как я тоже понимаюсь в стоячее положение. Хочу убежать от него. Спрятаться,согреться,но вместо этого поскальзываюсь и вновь падаю.
Брат хватает меня за ногу и волочит в сторону замерзшей реки. Продолжаю рыдать. Кричу как будто меня режут на куски физически,а не морально. Никого в близи нет.
Вытаскивает на лёд. Я с большей скоростью еду на спине за ним. Хватаюсь руками за замёрзшие волны,держусь пару секунд. Но парень оказывается настойчивее. Дергает и мы движемся дальше. В глаза бросается прорезанная во льду яма. Он хочет меня утопить?

— Саша!!! Не надо,прошу тебя! — верещу я почти задыхаясь.
— надо,Дори,надо. Таким как ты не место в этом мире — как псих смеется он.

Мы уже возле огромной дыры в заледенелой реке. Смотрит на меня. Облизывается. Похотливо облизывается.

— слушай,ты ведь сейчас умрешь. Думаю пора сделать то,что я так давно хотел — улыбается спускаясь на колени.
— нет! Не смей,козлина! — плачу я в осадке сил.

Не слышит. Подвигается ближе. Снимает куртку. Мне чертовски плохо. Кажется из-за его действий я сейчас буду блевать.
Тянется своими мерзкими,ледяными ручонками под моё пальто. Открывает пуговицу,спускает молнию вниз. Бью его ногами из последних сил,но толку мало. Он даже не чувствует боли.
Стягивает с меня джинсы вместе с колготками,которые я надела для того чтобы было теплее. Не снимает полностью,оставляет кучковаться в ногах. Спускает свои брюки и кладет свою куртку под меня. Садится между моих уже замёрзших колен. Смотрит в глаза и лезет к нижнему белью. Обводит контур трусиков. Страшно. Очень страшно.
Пытаюсь его остановить но всё тщетно. Мне прилетает сильный удар по голове. В глазах опять темно. Выпадаю из сознания.

Открываю глаза. Тяжело дышу,дрожу вся от страха. Холодный пот скатывается по лбу. В ногах скомкалось в ногах. В окне кромешная тьма. Видимо ночь.
Что за чертовщина мне приснилась? За что Саша так со мной? Я ведь действительно не в чем не виновата. Ещё пугает тот факт,что мне часто снятся вещие сны. Надеюсь,что конкретно этот не войдет в их список.
Голова уже перестала болеть. Была лишь тревога на душе и не более. Поднимаюсь с мягкой постели и чувствую холод. Беру огромное одеяло,закутываюсь в него и иду на поиски Кирилла. В коридоре тоже было темно. Он вообще дома есть? Иду к лестнице параллельно выискивая руками выключатель. Да что за черт? Его нету нигде.
Ближе к спуску на первый этаж,стал видится свет который включен на кухне. Ускоряюсь. Бегу по деревянным ступенькам,нелепо спотыкаясь об край одеяла ползущего сзади. Захожу на кухню. Сидит. Чай пьёт с бутербродами.

— выспалась? — спрашивает не оборачиваясь.
— да — выдыхаю и сажусь рядом.
— почему ты кричала? Что-то снилось?
— я кричала?
— очень громко. Мне даже страшно было тебя будить. Че снилось как мы в кровати уже да? — смеется Кирилл и поднимается с места — можешь не отвечать,я знаю,что да,кошечка. Я тебе сделаю чай. Какой будешь: черный,зеленый?
— зелёный. И мне не снилось то о чем ты думаешь,похотливый дурак.
— да ладно тебе! Тут нечего стеснятся. Я знаю,что я тот ещё зверь.
— ты не зверь,ты нарциссик и не более.
— ой иди нахуй. У нас еще ничего не было вот и бесишься.
— да конечно...