часть 8.
эмма выбежала из университета, почти бегом. на глазах — слёзы, в горле — ком. всё тело дрожало, будто её вывернули наизнанку. мерзость под кожей не проходила.
она прижала руки к груди, шмыгнула носом и ускорилась, в сторону своей общаги. шаги сбивались, дыхание — прерывистое, будто она задыхалась.
слёзы текли по щекам, капали на воротник платья. прохожие оборачивались, но никому не было дела. она свернула за угол, уже почти добравшись до входа в здание, как услышала сзади:
— эмма!
она вздрогнула. обернулась — дженна. та почти бежала, лицо серьёзное, глаза сверкают гневом и тревогой. как только подошла — сразу схватила эмму за плечи:
— эй. эй, ты чего?! эмма…
эмма опустила голову и тихо, срываясь, прохрипела:
— о-он… он трогал меня… прям… п-под юбку… я… дженна, мне так мерзко, я…
и не выдержала. заплакала навзрыд, уткнувшись в грудь дженны. руки обвили её талию, она будто вцепилась в неё, будто боялась исчезнуть. дженна, не сказав ни слова, обняла её крепко-крепко.
— шшш, всё, слышишь?.. всё, я уже с ним разобралась. этот урод будет жрать кашу через трубочку, если ещё раз к тебе подойдёт. никто больше не посмеет.
эмма только рыдала. дрожала в её объятиях. дженна гладила её по спине, целовала в макушку, прижимала к себе, будто защищая.
— все, все эм. все в порядке.
эмма чуть отстранилась, всхлипывая, покрасневшее лицо, губы дрожат:
— я просто… хотела нормально учиться… а он… дженна, мне так стыдно… я чувствую себя грязной…
— не вздумай так говорить, ясно? он — говно. а ты… ты самая светлая, что вообще есть в этом месте. я таких, как ты, беречь буду, поняла?
дженна прижала ладонь к её щеке, вытирая слёзы большим пальцем. эмма зажмурилась и тихо кивнула, прячась в её ладонь.
девушки дошли до общаги, не отпуская друг друга. эмма прижималась к дженне, будто к якорю, который не даст утонуть. её руки дрожали, глаза опухли от слёз, а дыхание всё ещё сбивалось.
дженна, несмотря на свой обычный дерзкий нрав, сейчас держалась сдержанно. крепко обняв эмму одной рукой за плечи, второй открыла дверь в комнату. как только они вошли, она аккуратно закрыла её за собой, повернулась к эмме и сказала:
— садись. давай, зайка, на кровать. тебе нужно выдохнуть.
эмма подчинилась, села на край своей кровати, потирая ладонями колени. глаза были опущены, губы прикусаны.
дженна подошла, присела рядом, наклонилась к ней, заглядывая в лицо:
— эй. эмма. ты ведь знаешь, что ты не виновата, да? это сраное чмо само напросилось. если бы я видела, что он лезет — я бы ему не только по роже проехалась, я бы его яйца в деканат отнесла.
эмма всхлипнула, но чуть улыбнулась сквозь слёзы. дженна приподняла бровь:
— ага, вот и родная реакция. всё, хватит реветь. я с тобой.
эмма ещё сильнее уткнулась в неё, пряча горящие щёки. дженна чуть улыбнулась, прижала её к себе и погладила по голове.
— полежи. выдохни. я с тобой.
они устроились вместе на кровати эммы. дженна не отпускала её, а эмма наконец начала дышать ровнее.
спустя какое-то время, когда слёзы высохли и внутри стало хоть немного легче, эмма подняла голову с груди дженны и тихо выдохнула:
— может… давай поедим? я что-то проголодалась…
дженна приподняла бровь:
— о, у тебя аппетит появился? чудо. ну давай, пошли, раз ты не хочешь окончательно превратиться в худого призрака.
— эй… — эмма смущённо дёрнула её за рукав, но улыбнулась.
они встали и направились на маленькую кухоньку, что шла в комплекте с их дорогой комнатой в общаге. дженна открыла холодильник, прищурилась:
— так, у нас есть курица. и картошка. идеальный ужин для двух уставших студенток.
— я почищу картошку, — сразу предложила эмма, закатав рукава.
— а ты будешь жарить курицу..
— да с радостью.
дженна включила музыку — что-то громкое и ритмичное, под что начала подпевать и пританцовывать, пока сковорода шкворчала.
эмма тем временем аккуратно нарезала картофель, иногда бросая взгляды на танцующую дженну и едва слышно посмеиваясь. у неё внутри потихоньку становилось теплее. спокойнее.
спустя полчаса ужин был готов — ароматная запечённая курочка с золотистой картошкой. девушки сели на диван, поставили тарелки на колени и включили телевизор. там шёл какой-то старый ситком, но они больше смеялись над своими комментариями, чем над шутками с экрана.
дженна периодически кидала в эмму маленькие кусочки картошки, а та делала вид, что обижается.
после ужина девушки вымыли посуду, болтая обо всём на свете — от нелепых профессоров до того, кто из них круче режет лук . атмосфера становилась всё более лёгкой, дженна — как обычно — начала подначивать эмму.
они вернулись в комнату, сели на кровать. эмма переоделась в свободную домашнюю футболку, слишком большую даже для неё — рукава почти до локтей, ткань чуть свисает с плеч.
дженна, лёжа на боку, пристально на неё уставилась и хмыкнула:
— знаешь, эм, у тебя такая футболка, как будто ты прячешь под ней тайну.
эмма взглянула на неё с непониманием.
— что за тайну?..
— секретный лифчик. — дженна резко потянулась вперёд, ловко щёлкнув пальцами где-то между лопаток эммы. — и он теперь… растёгнут.
эмма застыла. несколько секунд тишины — и вдруг паническая реакция.
— ДЖЕННА!! — она подскочила, прижав руками спину. — ты что?! ты совсем?!
и, покраснев по уши, запрыгнула на свою кровать, хватая край футболки и чуть ли не прячась в ней целиком. дёргала её вниз, потом снова сзади — лифчик явно начал съезжать.
дженна расхохоталась:
— о, да ты побила рекорд по скорости бега в панике. я думала, ты дым оставишь за собой.
— не смейся! ты... ты... извращенка...
— я? ты сама тут лежишь, сладенькая, в футболке на голое тело... ну почти. — дженна прищурилась. — сама провоцируешь, мышка.
эмма что-то пробормотала, окончательно спрятав лицо в подушку.
дженна просто усмехнулась, потянулась к подушке и чуть-чуть ткнула в бок эмму.
— ну, не злись. хочешь, я теперь тебе лифчик застегну?
в ответ эмма только громко простонала в подушку:
— не смотри на меня вообще…
эмма лежала лицом в подушку, футболка сзади чуть задралась, обнажая тонкую линию спины.
— ладно, — хмыкнула дженна, — давай, поворачивайся, помогу тебе, а то сейчас сама себе всё сломаешь.
эмма медленно обернулась, сев на кровати и чуть сгорбившись. щеки — пунцовые. она кивнула, еле слышно.
— только… быстро… и не смотри…
— ага. глаза закрою. честно-честно, — усмехнулась дженна и залезла на кровать к ней, села сзади. — ну, ну… руки подними.
эмма повиновалась, будто в каком-то оцепенении, и дженна аккуратно провела руками под футболку. пальцы нащупали лямки, задвигались…
— эээм… — произнесла эмма дрожащим голосом. — что ты…
щёлк. вместо застёгивания дженна ловко стянула с неё лифчик, быстро вытащив его из-под футболки и не дав эмме опомниться.
эмма вскинулась, резко прижав руки к груди.
— ДЖЕННА!
та, ухмыляясь, покрутила лифчик на пальце:
— ну ты сама разрешила. а я — импровизатор.
эмма готова была провалиться сквозь землю, но дженна уже смотрела на нее иначе. взгляд стал серьёзнее.
— знаешь… — тихо сказала она, — ты когда злишься — такая красивая. и вообще… ты меня с ума сводишь в этой дурацкой футболке.
эмма замерла. дыхание перехватило.
дженна медленно подалась вперёд, ближе. ещё ближе.
— можно? — почти шёпотом.
эмма кивнула. едва заметно. сердце бешено колотилось.
и тогда губы дженны накрыли её губы — мягко, но уверенно. поцелуй был сначала робким… но через пару секунд перерос в нечто более жаркое, страстное. дженна обхватила лицо эммы ладонями, прижалась ближе, губы чуть приоткрылись — язык, дыхание, дрожь.
эмма растерянно сжала футболку на груди, но не отстранилась. наоборот — потянулась ближе.
поцелуй становился всё горячее. дыхание сбивалось, пальцы дрожали. эмма, уже без лифчика под тонкой футболкой, чувствовала, как ткань почти не скрывает её — особенно когда дженна чуть прижалась ближе, и их тела соприкоснулись.
эмма вскинулась от прикосновения. тихий, сдавленный звук сорвался с её губ.
— д-дженна… — она почти не дышала, щеки вспыхнули. — я…
дженна чуть отстранилась, глядя прямо в глаза. в её взгляде не было издёвки, только тепло, огонь — и то самое выражение, от которого у эммы подкашивались ноги.
— что? — прошептала она, одной рукой нежно коснувшись лица эммы. — ты хочешь, чтобы я остановилась?
эмма медленно покачала головой. глаза — как два испуганных, сияющих огонька.
дженна хмыкнула.
— ты красная как варёная креветка, — сказала она, улыбнувшись. — и безумно милая.
она наклонилась снова, поцеловала в щёку, медленно — в шею. эмма чуть выгнулась, зажмурилась, вцепилась в край одеяла.
— дженна… у меня… там ничего под футболкой… — прошептала она.
дженна тихо засмеялась, облизнув губы.
— я заметила, — поддразнила она. — и, между прочим, это несправедливо. я теперь думаю только об этом.
эмма закрыла лицо руками, забившись в подушку.
дженна подползла ближе, прошептав у самого уха:
— можно я немного..?
и, не дождавшись ответа, снова прижалась к ней, губы — к шее, к ключице, к скуле… дыхание обжигало. одна рука скользнула по спине, вторая обнимала.
эмма дрожала, но не отстранялась. наоборот, её руки робко обвились вокруг дженны, будто прося — «не останавливайся».
в комнате было тихо, слышен только стук двух сердец, сбивчивое дыхание и стоны эммы, она пиздец как стонала, не могла контролировать себя.
эмма, с пылающим лицом, резко выскользнула из объятий и схватила лифчик, почти сбежала за угол комнаты, натягивая его на ходу.
— ч-чёрт, дженна… — прошептала она, путаясь в застёжках.
дженна, оставшись сидеть на кровати, лениво потянулась и с ухмылкой посмотрела на неё.
— ну и неженка ты, эм, — хмыкнула она, будто всё это была просто невинная забава. — я тебя едва поцеловала, а ты уже как будто с инфарктом.
эмма надула губы, всё ещё не глядя на неё.
— ты не «едва» поцеловала… ты… ты… — она замялась, краснея ещё больше.
— ты ты ты, — передразнила дженна, вставая и подходя ближе. Она склонилась к уху эммы, прошептала с ухмылкой: — а ты, оказывается, совсем не такая тихая, когда тебя трогают.
эмма зажмурилась, пряча лицо в ладонях:
— молчи… умоляю…
дженна мягко хохотнула, отступая и бросаясь на свою кровать.
— ладно, ладно, живи, неженка. это просто… ну, дружеский разогрев.
эмма, чуть отдышавшись, всё же подошла и осторожно села рядом.
— ты уверена… что это… дружески?.. — пробормотала она.
дженна бросила на неё взгляд — в котором что-то промелькнуло, быстро, едва заметно. но всё же она усмехнулась:
— ну, мы же друзья. разве нет?
эмма кивнула, хоть и неуверенно.
— …да…
тишина повисла между ними на секунду. потом дженна хмыкнула:
— тогда держись, подруга. ты влюбишься в меня раньше, чем признаешься себе в этом.
эмма снова спрятала лицо в подушку.
— да заткнись ты уже…
эмма, всё ещё розовая от стыда, молча достала ноутбук и тетрадку, устроилась на кровати и начала делать домашку. у неё был очень сосредоточенный, почти упрямый вид — как будто она пыталась закопаться в задания, чтобы забыть недавние «дружеские» прикосновения.
дженна, лёжа на другой кровати, наблюдала за ней с прищуром.
— ну ты, конечно, заучка… — хмыкнула она, перекатываясь на бок. — даже после такого ты всё равно делаешь сраное дз?
эмма не подняла глаз:
— ну… у нас же завтра сдавать.
— пф, ску-у-у-шно… — протянула дженна, разглядывая потолок. — ты когда-нибудь вообще жила, эм?
эмма хмыкнула, но не уверенно, а чуть смущённо.
— я… живу…
— да-да, живёшь между библиотекой и ноутбуком, — фыркнула дженна. — ты, наверное, даже в кино ешь попкорн по инструкции: «открыть пачку. взять один. положить в рот. прожевать тридцать два раза…»
эмма прикусила губу, чтобы не рассмеяться, но у неё не вышло — и она чуть хихикнула.
— это не правда, — пробормотала она, всё ещё не глядя.
дженна приподнялась на локтях:
— правда-праааавда. у тебя даже смешки тихие, как будто боишься, что громко — неприлично. ты вообще не умеешь быть дерзкой.
эмма фыркнула, но это скорее походило на звук маленького котёнка.
— я могу, если хочу.
— ага. покажи.
эмма медленно подняла глаза, как будто хотела сказать что-то смелое… но всё, что получилось, это:
—…ты… ты сама заучка…
дженна рухнула на кровать со смехом:
— о господи, эм, это было так жалко, что я даже не обижусь.
эмма спрятала лицо за ноутбуком, горящею от смущения.
— я старалась.
после того как эмма закончила своё дз и с аккуратностью сложила всё в рюкзак, дженна уже стояла у зеркала, стянув волосы в небрежный хвост и застёгивая куртку.
— ну что, заучка, пошли воздухом подышим? — бросила она через плечо, с той самой фирменной дерзкой полуулыбкой. — мои собираются на лавках у старого корпуса — просто посидеть, повтыкать в небо, поорать фигню. ты с нами.
эмма застегнула свою куртку медленно, как будто обдумывая.
— а… нас много будет?
— ну, штук шесть-семь, — пожала плечами дженна. — нормальные все, не тронут. хотя иногда несут всякую чушь, предупреждаю.
эмма кивнула, немного неуверенно, но внутри чувствовала тёплое: дженна хотела, чтобы она пошла.
— ладно… только не кидайте меня одну..
— ха! не брошу, ты чё. ты мой личный карманный ботаник. — дженна шутливо ткнула её в бок.
**
на лавке у старого корпуса было шумно, но весело. все — и парни, и девчонки — были разномастные, с яркими шапками, в спортивках, в кожанках, в юбках, кто-то даже с гитарой. болтали, смеялись, жевали чипсы. эмма сидела рядом с дженной, почти прижавшись к ней плечом, кутаясь в капюшон.
— эй, ты подруга дженны? — спросила одна из девушек с ярко-синими волосами.
эмма кивнула, робко.
— эмма.
— эмма! — повторила вся толпа почти хором, как по приколу, и дженна театрально приложила ладонь к груди:
— не трогать. моя. — потом подмигнула. — ну, в смысле, соседка.
эмма вспыхнула, но ничего не сказала.
— ты чё такая тихая? — паренёк в шапке наклонился поближе. — ты с нами поиграй! мы тут на спор орем названия фильмов, кто громче.
эмма тихо улыбнулась, но замотала головой.
— я… не умею громко…
— да она вообще только шепотом ругается, — вставила дженна, ухмыляясь. — если кто-то упадёт рядом, она вместо «чё, урод?!» скажет «ой, извините».
все засмеялись, но весело, не злобно. эмма тоже хихикнула — и от облегчения, что её приняли, и от того, как смешно дженна это сказала.
они просидели там до самого заката, кто-то подбадривал, кто-то звал эмму на мини-челлендж — рассказать анекдот, спеть строчку песни. она всё время отказывалась, но улыбалась. дженна иногда обнимала её за плечи или теребила рукав.
вечер затянулся — кто-то достал дешёвое вино, кто-то лимончелло, дженна лениво попивала пиво и сидела на корточках у костра, а вот эмма… эмма пошла по наклонной.
она начала с глоточка, потом с кем-то чокнулась, потом ещё, и вот уже она сидит на коленках у синиеволосой девчонки, обнимает её за шею и смеётся в голос.
— дженна-а-а! — вдруг закричала она через толпу, резко вставая, пошатываясь. — а ну иди сюда! я тебе щас… я тебе щас кое-что скажу!
дженна приподняла бровь, с улыбкой, но всё же подошла.
— что, заучка, в тебя вселился демон разврата?
эмма подошла почти вплотную, неустойчиво покачнулась, облокотилась руками о её грудь.
— ты… — она медленно провела пальцем по вырезу дженнной кофты. — ты охренеть какая секси.
— оу. — дженна усмехнулась. — это уже четвёртый раз за вечер. тебе напомнить, что ты мне в туалете предлагала?
— а что? — с вызовом подняла бровь эмма, по-пьяному, но в её голосе была неожиданная дерзость. — я ещё и в комнате предложу. иди ко мне спать, дже-е-енннаа…
— так, всё, хватит. — дженна взяла её за талию, чтобы не грохнулась. — пошли домой, пока ты не начала раздеваться на лавке.
**
в комнате эмма не успокоилась.
она почти сразу стянула с себя куртку и села на кровать дженны, широко раздвинув ноги и глядя на неё снизу вверх.
— ты не представляешь… как ты меня бесишь. — она протянула руку, уцепилась за край её майки. — такая… такая вся… твои волосы, твой голос, твои сиськи… да чёрт тебя побери, дженна..
— так, хорош, — дженна смеётся, но голос уже с лёгкой нотой тревоги. — ты в говно, эм. ложись спать.
эмма встала, качнулась, подошла, встала прямо перед ней.
— я не хочу спать. я хочу на тебе лежать. и… и вот так… — она берёт ладонь дженны и ведёт её к своему бедру, под приподнятую футболку.
дженна резко отдёргивает руку.
— эй, стоп. ты не в себе. я не буду с тобой ничего делать, пока ты такая.
эмма обижается:
— то есть я тебе не нравлюсь?
— эмма. — дженна берёт её за плечи и аккуратно усаживает на кровать. — но когда ты трезвая. а сейчас — ты просто пьянющая, завтра всё это забудешь и будешь краснеть до ушей.
— буду, — признаётся эмма, уже заваливаясь на бок. — но всё равно ты… секси.
— иди в жопу, — улыбается дженна, накрывая её одеялом. — и не смей блевать у меня на кровати.