Глава 14
— Хорошо, — сказал Алби. — С завтрашнего дня ты будешь работать на плантациях. Твой куратор — Ньют. Надеюсь, что ты не пожалеешь о своем выборе! Все свободны, приступайте к работе!
Алби закончил свою речь и направился в сторону Хомстеда. Я стояла неподвижно. Мне сделали невыносимую боль свои же слова. Я знала, что совет Фрая был плохим, и я никогда не прощу себя за то, что сделала такой выбор. Тело не слушалось, я хотела отправится в Хомстед, лечь на кровать и рыдать оставшееся время, или же пойти к Фраю и поплакаться на ужасную жизнь. Я хотела, но ноги «вросли» в землю, и я стала чувствовать себя настолько ужасно, как будто мое тело было деревянным, а я была Пиноккио. Может и не совсем удачное сравнение, но я чувствовала себя именно так.
Глейдеры начали расходиться. Кто-то в Хомстед, кто-то за работу, а кто-то просто гулял. Все начали заниматься своими делами, только я все стояла и не могла пошевелится. Я была в глубоких раздумьях, слезы капали с моих глаз на землю, а я лишь молча стояла, осматривая Глейд. Несколько раз я ловила взгляды Ньюта. Он не был зол, нет... Он был печален. Я не понимала почему он сейчас не орет на всех подряд, не бьет посуду, не ломает садовый инвентарь. Я не понимала, почему он спокойный, чего он хочет?
Вскоре выйдя из ступора, Я еле перебирая ногами, побрела к кухне. Я боялась заходить туда. Боялась поймать на себе гневный или недовольный взгляд Фрайпана. Боялась сделать ему больно, ведь он был ее другом. Лучшим другом! Я сама не знала, почему сразу нашла общий язык именно с поваром, ведь никто другой с ним почти не общался. Отогнав все страхи и дурные мысли, я вошла на кухню. К моему удивлению, Фрая не было. Я не стала его искать, поэтому просто села за один из обеденных столов, положив на него голову и прикрыв ее руками.
Тишина. Никто не мешает, все заняты своим делом. Фрайпан так и не пришел, наверное обиделся. Это тишина поедала меня, забирала ее в другой мир. Мир снов. Наверно, вы уже догадались, что я заснула. Мне снился сон. Мне тринадцать. Я сидела на небольшой скамеечке и смотрела на небо. Палящее солнце светило вовсю, тем самым обжигая глаза. Но я все смотрела на него, прикрывая глаза ладошкой. Но вскоре, мой взгляд упал на маленькую девочку, играющую с собакой неподалеку. Она весело скакала и убегала от собаки. Я просто сидела и любовалась. Через несколько минут, девочка выдохлась и присела рядом со мной.
— Вот видишь! — сказала весело она. — Джонджи меня не тронет!
— Лиззи! — повернулась я к ней. — Я обещала тете Морган, что уберегу тебя ото всех опасностей. Ты же знаешь, сейчас очень трудное время, надо быть осторожней, даже с собакой. Откуда ты знаешь, что это собака не бешеная?
— Просто знаю, Кэт! Разве это чудо может кому-то навредить?
— Лиззи! — я взяла девочку и посадила к себе на колени. — Тебе всего семь лет. У тебя еще вся жизнь впереди. Сейчас по всему миру разносятся вести о том, что солнечная радиация начинает усиливаться, скоро озоновый слой не выдержит, и солнце спалит нашу планету. Скоро будет конец света, Лиззи! Ты же знаешь это и без меня! Разве ты не хочешь провести оставшееся время своей жизни в безопасности, со своими родными?
— Хочу! — сказала она. — Но я не хочу ото всех прятаться, я хочу жить нормально!
— Разве ты знаешь, что значит жить нормально? Тебе всего семь лет, ты еще ребенок!
— Как и ты! — сказала она.
По моей щеке пробежала слеза. Я крепко обняла Лиззи. Только сейчас я поняла, как же я ее сильно любила.
— Хорошо! — сказала я, вытирая слезы. — Можешь поиграть с Джонджи. Но только будь осторожней и помни, что... — я не успела договорить, как Лиззи ее перебила.
— Внешность бывает обманчива, — закончила она. — Я буду осторожна!
Я ничего не сказала, лишь улыбнулась. Лиззи радостно побежала, то подпрыгивая на одной ноге, то приседая. Я смотрела на нее и улыбалась. Я ее очень любила и не хотела ее потерять. Но вдруг появился черный туман, он охватил все вокруг, забирая с собой деревья, дома и... Лиззи. Завидев это, у меня началась истерика. Слезы непроизвольно скатывались с щек, а ноги дрожали. Неожиданно туман охватил и скамейку на которой сидела я, а потом и меня. В моих глазах начало темнеть и я поняла, что просыпается.
Резко отдернув голову назад, я почувствовала свободу. Я оглядела помещение в котором находилась. Это была кухня Фрайпана, все хорошо, все позади. Почувствовав что-то мокрое на своей щеке, я смахнула слезу. Надо же, все ее чувства и эмоции были как настоящие. К чему же снился этот сон? Это все происходило у нее в подсознании или же это было наяву? Я не знала ответов на эти вопросы. Через несколько минут мне послышались шаги. Кто-то шел на кухню. Перед моим лицом открылась дверь, в ней стоял Фрайпан. Увидев мои растрепанные волосы и опухшие глаза, он забеспокоился.
— Кэт?! Что случилось? — спросил Фрайпан и сел напротив меня.
— Фрай! Я сделала неправильный выбор, я не хочу работать с Ньютом!
— Ну-ну Кэт! — успокаивал ее Фрай, поглаживая по голове. — Ты ведь послушала сердце? — я кивнула. — Значит, ты сделала правильный выбор. Сердце никогда не врет! — сказал он и улыбнулся.
— Ошибаешься! Я чувствую себя опустошенной! Словно у меня вообще его нет!
— Нет сердца? — Фрайпан усмехнулся. — Дай руку!
— Зачем?
— Погадаю, предскажу будущее! — я удивленно посмотрела на него. — Да шучу я! Просто дай!
Я неуверенно протянула руку. Фрайпан взял ее и нащупал на запястье пульс. Он приложил указательный палец на нужное место. Несколько минут он держал палец неподвижно. Постепенно его улыбка начала уходить. Немного переставив палец в сторону, он почувствовал легкие удары. Фрайпан широко заулыбался.
— Вот видишь! — сказал он. — Ты не бессердечная. И никогда ею не будешь!
— Спасибо! — сказала я тихо.
***
Еще несколько минут мы с Фраем болтали. Он давал мне советы как помириться с Ньютом. Я слушала внимательно и не перебивала. Но вдруг мы услышали сильные удары. Вскочив со своих мест, мы выбежали с кухни. В центре Глейда, не далеко от плантаций, столпились глейдеры. Среди них был и Томас. Я подбежала к Тому.
— Что случилось? — задыхаясь спросила я
— Ньют! — ответил он.
— Что Ньют? — спросил только подбежавший Фрайпан.
— Он взбесился!
— Что? — одновременно спросили мы с Фраем.
— Сами посмотрите! — сказал Томас и показал пальцем на плантации.
Пробираясь через толпу глейдеров, я добралась до плантаций. Там стоял Ньют и во все глотку орал на Чака.
— Ты что, рожа стебанутая, совсем со своей головой не дружишь? Смотреть надо, куда идешь! Откуда такие салаги, как ты, вообще взялись? Ты хоть слушаешь меня, кланкоголовый? Шанк! Я кому говорю? Ты меня вообще слушаешь!
Чак кивнул. Он дрожал. Чак никогда не видел таким Ньюта и не знал, что от него ждать. Поэтому не думая ни о чем, он аккуратно отходил назад. Но Ньют это заметил. Он со всей силы влепил Чаку пощечину, что у того аж искры из глаз полетели. Увидев это, я подбежала к Чаку. Прижав его к себе, я услышала всхлипы. Он плакал. Обняв Чака, я грозно посмотрела на Ньюта. Когда же Чак успокоился, я лично отдала его в руки Томаса и встала напротив Ньюта.
— За что ты его так?
— Пусть знает! — коротко сказал он.
— Что знает?
— Не ходить больше возле плантаций и жрать поменьше. Чтобы его жирное брюхо не перевешивало его, и он не падал своим задом на только что посаженные помидоры.
— Что? Ты ударил его за то, что он упал на саженцы помидоров? Ты с ума сошел! — я перешла на крик. — Ты вообще думаешь, какую ты душевную травму нанес ребенку? Кем ты стал, Ньют? И из-за чего?
— Хороший вопрос! Но у меня нет ответа!
Я пристально посмотрела в его глаза. Что с его глазами? Где его милые, опьяняющие глаза? Где они? Вместо его темно-шоколадных глаз, были холодные и злые. Они желали только боли и смерти. Это не его глаза. Это не Ньют! «Внешность бывает обманчива!» — пронеслось у меня в голове.
— Это не ты, Ньют! Ньют бы так не поступил с Чаком! Он не такой! Он не жестокий! — сказала я. — Где Ньют? — кинулась я к «Ньюту» и вцепилась в его толстовку.
— А ты догадливая! — сказал парень. — Жаль, что твое время истекло и я больше не могу с тобой поговорить! — я вопросительно взглянула на него, после чего парень взял валяющуюся неподалеку палку и со всей силы ударил меня по голове. Перед глазами все поплыло, и я упала на землю. Последнее, что я услышала, это голос Томаса, который пытался меня пробудить. И снова темнота и тишина. Я потеряла сознание.