Глава третья.
Когда друзья закончили разговор, Мия пошла домой. Сокджину надоело сидеть в комнате, поэтому он решил хоть как-то поговорить с братом.
Какого же было его удивление, когда он врезался в Юна, выходя из комнаты.
- ай, - младший не выдержал силы удара и упал.
- извиняюсь, - Джин поднял Юнги и отвел взгляд. Парень не понимал, почему ему так неловко и в то же время приятно рядом с ним. И все это несмотря на то, что младший очень холоден. Несмотря на то, что брату, как ему казалось, абсолютно все равно на него.
- ничего, - и снова. Снова этот грубый тон. Снова эта хрипотса, которая пробирает до приятной дрожи.
- а почему так тихо?
- родители поехали в магазин
- может тогда попьем чай? - еле как парень выдавил из себя.
- я не против, - Юнги безразлично пожал плечами и направился на кухню.
Сокджин налил чай и поставил напротив брата. Юн аккуратно взял чашку в руки и отпил немного. Тут же ее поставил. Горячо.
- айщ~, кажись, обжегся, - это было похоже на шипение и полустон в перемешку.
- тихо, - старший встал и погладил того по спине. Ну а когда он сможет прикоснуться к столь замкнутому и при этом милому существу. Возможно, никогда.
Добравшись рукой до середины спины, Джин удивленно посмотрел на макушку младшего. Под капюшоном что-то зашевелилось. Ким не придал этому значения и сел обратно.
- я могу долить холодной воды, - парень посмотрел на брата, который сидел, подперев голову рукой. Опять этот безразличный взгляд. В какой-то мере, даже грустный.
- не стоит. Просто подожду, пока остынет.
Повисло неловкое молчание. Но, похоже, неловким оно казалось только Сокджину, который "бегал" глазами по комнате. Ему не хотелось смотреть на Юна. Все потому, что не хотел столкнуться с ним взглядом. Только сейчас старший подметил, что они никогда не смотрели друг другу в глаза.
Но Джин не мог сдержаться. Для него это было труднее всего. Первым, на что упал взгляд, были губы брата. Достаточно пухлые, пропорциональные розовые и немного искусаные. Как будто Юнги сильно нервничал, когда раздирал их зубами. Несмотря на эти маленькие ранки, эти губы манили чем-то Сокджина.
- кхм... - наконец оторвав взгляд от младшего, Ким потрогал его чашку. - мне кажется, чай уже остыл
- да? - Юн немного глотнул, дабы не обжечься снова. - да
***
- а теперь рассказывай все в подробностях - Мия закинула руку на плечо друга.
- ну что рассказывать? Юнги... Он... Он появился, скажем так, внезапно. Как ты понимаешь, я ничего не знал о его усыновлении, - Сокджин пожал плечами и посмотрел на подругу. Та встала перед ним, переграждая дорогу.
- он хоть красивый? - она ухмыльнулась и приставила большой палец к губам.
- ну... Да...
- а милый?
- не знаю...
- в каком смысле? - девушка недовольно посмотрела на лучшего друга.
- в прямом.
- смотри, чтобы понять, милый он или нет, надо посмотреть на улыбку.
- в этом проблема.
- м?
- он мне не улыбается. Никак. Абсолютное безразличие... - Джину и вправду так хотелось увидеть улыбку младшего. Она, наверное, прекрасна.
- это не надолго. А теперь пошли на урок, - на этих словах О в припрыжку и с улыбкой на лице поскакала в класс.
- ты точно что-то задумала.
***
Вернувшись домой, Сокджин ничего не услышал. Его счастью не было придела. Родителей нет дома, значит можно спокойно выдохнуть. Но не все так просто.
- дорогой, иди к нам. Мы так соскучились по тебе.
От этих слов Джин опешил. К нему так обращаются? Неужели те люди, которые избивали его почти каждый день, теперь так ласково общаются с ним?
Зайдя в гостиную, Ким увидел, как родители обнимают брата. Ну да, конечно, что он хотел? Чего еще можно было ожидать от них? Но парню в сотый раз было до фонаря. Не любят его? Хорошо. Любят Юна? Еще лучше. Почему бы и нет, ведь каждый заслуживает любви. Почти каждый...
- а вот и горе пришло, - женщина снова не смотрела на сына - я надеюсь, ты не забыл, что сегодня во всем доме убираешь ты.
- но, мама... Я постоянно убираюсь...
- а ты в доме прислугу видишь? Вот и я нет. Пока свободен. Приступишь, когда сделаешь уроки.
Сокджин поднялся в комнату и хлопнул дверью. Не специально, конечно.
- боже... - он всем сердцем молился о том, чтобы этого "бум!" не услышали родители.
- открыл немедленно, - это был его отец. Если пришел он, значит Сокджин не жить.
Парень послушно открыл дверь и немного отшел, опустив голову.
- ты охренел!? А если стекло разобьется!? Ты платить будешь!? - старший взял сына за волосы и затащил в комнату.
- ай.
- поайкай мне еще, - кинув парня на пол, как самую ненужную вещь в доме, он сел на корточки перед ним - ты кому хлопаешь, дрянь?
- я нечайно, - без единой дрожи в голосе сказал Сокджин. Он уже привык. Привык ко всему этому аду.