часть 6.
утро выдалось серым — сквозь шторы пробивался рассеянный свет. дженна пошевелилась первой, выдохнула с глухим стоном и резко поморщилась — каждое движение отзывалось ноющей болью в теле.
она прикрыла глаза, провела рукой по лицу и глухо выругалась.
— чёрт…
эмма зашевелилась рядом, сонно потянулась, зарылась носом в подушку, затем приоткрыла глаза.
— ммм… чего ты ругаешься?..
— всё тело, блядь, ноет, — простонала дженна, — будто грузовик переехал.
эмма, всё ещё слипаясь, поворачивается на бок, прижимается к ней, кладёт ладонь на спину.
— лежи спокойно… — шепчет, тихо зевая. — я ж тебе говорила — не бегай по ночам.
— да не из-за этого, — хрипло хмыкнула дженна, — наверное..
— нечего по ночам лазить, — с ноткой шутки сонно бурчит эмма и обнимает крепче, прижимая дженну к себе.
та усмехается, уткнувшись лбом в грудь эммы.
— охуенно, кстати. очень удобно.
— ну вот и лежи.
обнявшись, они лежат в тишине. дженна расслабляется в тёплых объятиях, прикрыв глаза, а эмма одной рукой поглаживает её по спине, как будто пытаясь унять боль.
— спасибо, крошка, — пробормотала дженна, — ты у меня прямо целитель.
— м-м, молчи и грейся, — ответила эмма, зарываясь носом в её волосы.
они всё ещё лежали, укрывшись одеялом. утро мягко окутывало комнату, но внутри было тепло и тихо. дженна чуть пошевелилась, подняв голову, посмотрела на эмму — её растрёпанные светлые волосы, чуть приоткрытые глаза, губы с сонной улыбкой.
— красивая ты, пиздец, — хрипло выдохнула дженна, глядя прямо в её лицо.
эмма слегка смутилась, опуская взгляд.
— ты тоже ничего… — прошептала она, и щеки чуть порозовели.
дженна приподнялась на локте, медленно наклонилась и поцеловала её — сначала мягко, почти лениво, просто прикасаясь губами. но потом её рука легла на шею эммы, прижала ближе, и поцелуй стал жадным, голодным.
эмма чуть вздрогнула, но не отстранилась — наоборот, прижалась крепче, потянулась навстречу. их губы слились в долгом поцелуе, в котором ощущалась страсть, тепло и что-то чуть настойчивое.
дженна чуть куснула её нижнюю губу, а потом, не отрываясь, прошептала:
— можно я не буду останавливаться?..
эмма не ответила словами — просто притянула дженну за ворот футболки ещё ближе, снова впиваясь в её губы.
их дыхание стало горячее, движения резче — но в этом было что-то сладкое, тянущее, как будто каждое касание — продолжение сна.
дженна скользнула ладонью по боку эммы, медленно, с намерением. её пальцы запутались в подоле футболки, дразняще поднимая ткань, пока ладонь не оказалась на коже.
— ты слишком милая, когда смущаешься, — хрипло сказала дженна, целуя её шею. — мне хочется...
— хватит, — засмеялась эмма, чуть отстраняясь, но не резко. щеки у неё пылали, глаза бегали, как у школьницы, которой сказали что-то пошлое.
— ладно, ладно, — с усмешкой дженна подняла руки, как бы сдаваясь. — я просто люблю тебя трогать.
эмма, смеясь, толкнула её в плечо, и, наконец, выбралась из кровати.
— пойдём, я кушать хочу..
дженна зевнула и лениво потянулась, прежде чем встать. на ней всё ещё была только футболка — длинная, чёрная, почти прикрывающая шорты.
— ну тогда я буду готовить, а ты будешь стоять рядом и краснеть от каждого слова, — сказала она, проходя мимо эммы, она пошло коснулась её.
— дженна! — вскрикнула эмма, улыбаясь, и прикрыла лицо руками.
они спустились на кухню, всё ещё хихикая. дженна включила плиту, начала доставать продукты, а эмма села за стол, скрестив ноги, наблюдая.
дженна сосредоточенно жарила картошку с курицей на сковороде, аромат уже заполнял всю кухню — что-то между чесноком, специями и подрумяненной корочкой. выглядело это чертовски аппетитно.
эмма тихо подошла сзади, обняла дженну за талию, прижалась щекой к её спине. разница в росте ощущалась особенно явно — ей даже пришлось чуть привстать, чтобы обнять крепче.
— ты такая сильная... — прошептала эмма, пальцами легко сжимая дженне живот через ткань рубашки. — и у тебя такие красивые руки. мышцы... но не как у качков, а... красиво. женственно.
дженна усмехнулась, не отрываясь от плиты.
— хм... продолжаешь возбуждать меня с самого утра, малышка?
эмма тут же смутилась, спрятала лицо между лопаток дженны и пробормотала:
— я не это имела в виду...
— но мне приятно, — дженна повернула голову, бросив на неё короткий взгляд через плечо. — обнимай сколько хочешь.
она жарила дальше, а эмма так и стояла, прижавшись, будто прилипла. уютно, спокойно. её руки скользнули чуть выше, по ребрам, пальцы легли на пресс. дженна действительно была крепкой, теплой, будто защищающей.
дженна разложила всё по тарелкам — ароматная, золотистая картошка с хрустящей корочкой, сочные кусочки курицы, салат на гарнир. она поставила всё на стол, достала два стакана и налила воду, села напротив эммы.
эмма ела медленно, наслаждаясь каждым кусочком, глаза сияли.
— боже, дженна... это очень вкусно. прям как в ресторане, только лучше. ты вообще реально всё умеешь?
дженна с ухмылкой откинулась на спинку стула.
— ну, я стараюсь. особенно ради тебя.
эмма покраснела и быстро опустила глаза в тарелку.
после еды они убрали со стола вместе. когда дженна вытерла руки и обернулась, эмма уже стояла совсем близко, чуть задрав голову вверх, потому что дженна была выше.
— спасибо, — прошептала эмма, и, привстав на носочки, нежно зацеловала дженну — сначала в щёку, потом в уголок губ, а потом уже полноценно в губы, крепко обнимая за талию.
— мм… вот это мне нравится, — прошептала дженна, притягивая эмму ближе, прижимая её к себе. — мне кажется, я могу привыкнуть к тому, что ты меня вот так благодаришь каждый день.
они стояли так, в обнимку, как будто весь остальной мир растворился.
— пойдём куда-нибудь? — тихо предложила дженна, не глядя, поправляя резинку на волосах.
эмма кивнула.
— только мне надо на маникюр. ты видела, что у меня с ногтями?.. — она с досадой подняла руку. — это уже не миндаль, а катастрофа.
дженна повернулась, окинула её взглядом.
— по-моему, даже катастрофа на тебе — красивая.
эмма надула губы, но улыбнулась, вскакивая с кровати.
— всё равно иду. ты со мной?
— куда ты — туда и я, — коротко бросила дженна и уже пошла одеваться
эмма собралась быстро — футболка, лёгкое пальто, джинсы и волосы, уложенные в привычные волны. пока она была у мастера, дженна ждала в машине, листая в телефоне что-то невнятное. время тянулось, но когда эмма вышла — стоило того.
её ногти теперь снова были безупречны: длинные, миндальной формы, покрытые чёрным глянцем. идеально острые, будто когти, сверкающие при каждом движении руки.
дженна посмотрела на них, едва заметно прикусила губу.
— теперь ты снова опасная, малышка.
эмма, улыбаясь, вцепилась в её руку:
— пошли гулять, опасность.
они шли рядом, держась за руки. тёплое солнце, городские улицы и их шаги — синхронные, как будто всё происходящее было естественным продолжением их связи.
они неспешно гуляли по набережной, ветер лениво трепал волосы эммы, а солнце приятно касалось кожи. дженна держала её за руку, её пальцы тёплые и крепкие, как всегда. эмма время от времени бросала на неё взгляды — в чёрной рубашке, с высоко собранными волосами, она выглядела как ходячая уверенность.
— знаешь, — начала эмма, слегка сжимая её руку, — ты как будто специально выглядишь так, чтобы я всё время на тебя пялилась.
дженна чуть усмехнулась, не поворачивая головы:
— а ты всё равно пялишься. хоть в мешок меня заверни.
— может, и заверну, — хихикнула эмма, прижавшись к ней ближе, обняв за талию.
они остановились у лавки. дженна притянула эмму к себе за талию, легко поцеловала в висок.
— ты пахнешь карамелью и кофе.
— это мой лосьон, — прошептала эмма, чуть смутившись.
— нет. это ты.
они постояли так пару минут, не спеша. вокруг кто-то проходил, смеялись дети, но для них весь шум города как будто затих.
дженна медленно повела её дальше, переплетённые пальцы скользили друг по другу. они болтали обо всём: о странных прохожих, о вкусной еде, о том, что посмотреть вечером. в какой-то момент эмма встала на цыпочки и поцеловала дженну в щёку, а та быстро повернулась и поймала её губы в ответ — короткий, но такой тёплый поцелуй.
— ты вся такая нежная сегодня, — заметила дженна.
— а ты меня сегодня не дразнишь, — парировала эмма.
— дай время.
и они пошли дальше, их тени сплелись на асфальте, как и их руки.
---
они сидели в кафе у окна, за стеклом моросил дождь. дженна молчала, пальцем водя по чашке, словно пыталась стереть что-то невидимое. эмма что-то рассказывала, смеялась — как всегда, светло и искренне. но дженна не улыбалась. не потому что не хотела. а потому что не могла.
ей казалось, что в груди всё затянуто тугой проволокой. невыносимо. как будто каждое дыхание — это предательство. она знала, что выбора нет. или забыть эмму. или... убить.
эмма заметила её тишину, чуть нахмурилась.
— ты в порядке?.. — тихо, почти шёпотом.
дженна посмотрела на неё. в глазах — вся буря, которую она сдерживала уже давно.
— всё нормально. просто... устала.
эмма дотронулась до её руки.
— я рядом.
и в этот момент дженна хотела закричать. выбросить всё. но вместо этого она сжала её пальцы и выдавила:
— не прикасайся ко мне.
резко. слишком резко.
эмма отдёрнула руку, как от огня.
— я... прости.
— не надо извиняться. просто... дай мне немного воздуха.
внутри дженны всё горело. она ненавидела себя за то, как смотрела на неё эмма. с такой болью, с таким непониманием.
но если она не оттолкнёт её сейчас — потом уже будет поздно.
они вернулись молча. ни слов, ни взглядов. дженна шла вперёд, тяжёлая походка, будто каждый шаг давался с усилием. эмма — чуть сзади, сгорбившись, руки в карманах, ногти сжимают ткань.
дверь закрылась за ними мягко, почти неслышно, и сразу повисла тишина. давящая.
дженна молча прошла в ванную и захлопнула за собой дверь. щелчок замка. вода — резко, напор сильный, будто ей хотелось заглушить мысли.
она скинула одежду прямо на пол. встала под ледяную струю и сжалась, как будто пыталась смыть с себя всё. прикосновения, запахи, взгляды. эмоции.
руки дрожали. она прижалась лбом к кафелю. и всё, что так долго держала в себе, прорвалось.
она всхлипывала сначала тихо, сдержанно. потом громче. пальцы соскальзывали по мокрой плитке. дыхание сбивалось.
она плакала, как никогда раньше. злилась на себя, на эмму, на мир.
— чёрт… — прошептала, срываясь. — почему ты, эмма… почему именно ты?..
эмма стояла у двери. слышала всё. сердце стучало где-то в горле. она не знала, что делать.
просто стояла, сжимая рукава свитера до боли в пальцах.
вода шумела, и в этом шуме растворялась дженна. сильная, холодная — сейчас она была сломана.
и впервые за долгое время — по-настоящему испугана.
эмма молча отошла от двери, будто что-то внутри сжалось. она не понимала, не могла понять, что случилось с дженной. они ведь только что держались за руки, смеялись, обнимались.
она опустилась на диван, медленно, осторожно, будто боялась лишний раз шелохнуться. натянула на себя плед, свернулась клубочком. взгляд уткнулся в стену, и глаза стали стеклянными.
в ванной вода всё ещё лилась. и дженна… дженна уже не просто плакала — она рыдала. с надрывом, без воздуха, захлёбываясь звуками, которые не сдерживала больше.
— я тупая, — шептала сквозь слёзы. — тупая, слабая… я не должна была… я не должна была привязываться..
она ударила ладонью по кафелю — звонко. потом ещё. и ещё.
— какого хрена ты вообще появилась, эмма?… ты разрушила всё… всё, что было спокойно.
она опустилась на пол. обняла себя за плечи, сгорбилась. мокрые волосы прилипли к лицу, а губы дрожали.
— я не могу тебя убить… не могу. но я не могу и быть с тобой…
её трясло. сердце выжигало грудную клетку изнутри.
вода выключилась. долго не было ни звука.
потом — скрип двери.
дженна вышла. уже одетая, в обычной тёмной одежде, волосы убраны. лицо почти обычное — чуть покрасневшее, но сдержанное. никаких эмоций.
она прошла мимо дивана, где лежала эмма.
эмма приподнялась, взглянув на неё с тревогой.
— дженна?..
та остановилась, обернулась на мгновение, словно что-то хотела сказать.
но не сказала. просто села рядом.
напряжённая, молчаливая, как будто в себе уже приняла решение, но не решалась его озвучить.
дженна сидела рядом. напряжённая. будто кусок гранита.
эмма смотрела на неё, не смея дотронуться.
тишина висела между ними тяжёлым, вязким воздухом.
дженна чуть вздрогнула, как будто от своих же мыслей. затем — встала. резко.
эмма дернулась за ней.
— дженна…
но та даже не посмотрела.
— не сейчас, — глухо бросила, голос сиплый.
и ушла в другую комнату, захлопнув за собой дверь.
эмма осталась одна. снова.
сидела, сжав в кулаки плед, пыталась понять, где сломалось. почему вдруг… такая стена между ними.
а дженна за закрытой дверью стояла, опершись лбом о стену.
в голове гудело.
ты должна была убить её, а не… привязываться. она — помеха. опасность. ошибка.
но вместо того, чтобы наводить дуло на её голову — она теперь засыпала в её руках.
дженна вцепилась пальцами в стену.
она не может её убить.
но и рядом с ней оставаться — невыносимо.
эмма посидела ещё часик в телефоне и ушла на улицу, чтобы проветриться.
в комнате было темно, только экран телефона освещал лицо дженны. она не спала. не могла.
эммы не было уже несколько часов.
никакой записки. ни звонка. ни сообщения.
время — три ночи.
ярость в ней клокотала, как кипяток.
куда она, блядь, ушла? одна. ночью. одна...
дверь хлопнула.
резко.
дженна вскинулась, выбежала в коридор —
и остановилась.
замерла.
перед ней стояла эмма.
вся в грязи. худи порвана у запястья, колени сбиты, губа разбита, волосы спутаны.
но страшнее всего — взгляд.
испуганный до безумия. глаза красные, опухшие от слёз.
и она дрожала. вся. как осиновый лист.
а потом…
эмма просто рухнула на пол, на колени.
и закричала.
не просто плакала —
а орала.
так, как будто из неё вырывалось всё. страх. боль. ужас. отчаяние.
дженна подбежала.
— эмма… эй… чёрт, что… что с тобой?!
эмма задыхалась, обняв себя за плечи, не могла говорить. только хрипела, всхлипывая.
дженна опустилась рядом.
— кто это сделал? что случилось?!
эмма чуть повернула к ней лицо, в голосе всё дрожало.
— он… мужчина… на улице… я просто хотела пройтись… а он…
она не смогла договорить. просто закрыла лицо руками и зарыдала снова, ещё громче.
дженна побелела.
она никогда не чувствовала такой ярости. такой бессильной ненависти.
она обняла эмму, прижимая к себе, её руки дрожали.
— ебаный рот.. всё. ты в безопасности. всё хорошо.
сама не веря, что говорит такое. потому что ничего не было хорошо.
ничего.