ᴛᴇᴏᴩᴇʍᴀ чуʙᴄᴛʙ.

эмма не знала, что на другом конце парковки, возле чёрной бмв, стояла дженна.

она собиралась как раз к машине, но когда увидела, как марк обнимает эмму — замерла.
но когда он поцеловал её...
у дженны будто внутри что-то щёлкнуло.

она не двигалась. не моргала.
на лице — ни одной эмоции, но в груди было как будто остриё.

эмма быстро оттолкнула его, ушла, почти побежала — и именно в этот момент её взгляд случайно пересёкся со взглядом дженны.
всего на секунду.
но этого хватило.

дженна медленно опустила глаза и отвернулась, не сказав ни слова.
села в машину, захлопнула дверь.
губы поджаты, пальцы сжаты на руле.

«она позволила ему. она... позволила ему это сделать?»

в груди — боль. обида. и ревность, жгучая, как яд.
но снаружи — холодная, непроницаемая маска.
строгая преподавательница снова надевала свою броню.

---

на следующей паре математики дженна ортега была особенно строгой.
необъяснимо напряжённой.
даже студенты заметили, как сухо и резко она вела материал.

эмма сидела тихо, почти не шевелилась.
ей было не по себе.
каждое слово дженны звучало отстранённо и холодно, особенно когда она говорила с ней.
никакой похвалы.
даже не взгляда.

в какой-то момент дженна вызвала эмму к доске, и та, стараясь не дрожать, решила пример. идеально.
но вместо «умничка» или хотя бы лёгкой улыбки —
сухое:
— сядьте.
безэмоционально. отстранённо.

эмма опустилась обратно на своё место, чувствуя, как будто внутри что-то оборвалось.
это была уже не просто строгая учительница — это была чужая.

после пары эмма не выдержала.
дождалась, пока студенты разойдутся, и шагнула в кабинет дженны.
та стояла у окна, не обернулась.

— можно?.. — голос эммы дрожал.
дженна медленно обернулась, взгляд холодный, ровный.

— что-то по учёбе?
— нет... я... — эмма запнулась. — я хотела объясниться..

дженна молчала, просто смотрела.
эмма сделала шаг ближе.

— я не хотела этого.. правда. я оттолкнула его..
я… я не знала, что вы увидите.
— это не имеет значения, — тихо, но жёстко.
— для меня имеет, — почти шёпотом. — я… не хочу, чтобы вы так на меня смотрели..
как на чужую..

дженна медленно повернулась к доске, как будто закрываясь.

— мисс майерс, разговор окончен.
— дженна ортега, пожалуйста...

— всё.

эмма стояла, не веря.
в груди сжалось, будто сердце сжали в кулак.
она развернулась и выбежала, слёзы брызнули из глаз.
дверь хлопнула слишком громко.

а дженна так и осталась стоять, глядя в окно.
её руки были сжаты до побелевших костяшек.
губы дрожали.

эмма схватила рюкзак, еле справляясь с собой.
всё плыло перед глазами от слёз.
она вышла из университета, почти не чувствуя под собой ног,
сердце колотилось как бешеное.
руки дрожали.

на автомате достала сигарету,
пальцы не слушались, едва прикурила.
глубокая затяжка —
горло сжало, голова закружилась ещё сильнее.
но легче не стало.

эмма шмыгнула носом,
слёзы текли по щекам и капали на платье
она всхлипывала, будто тонет в этой боли,
в груди будто что-то разрывалось.

в этот момент к ней подошёл марк.
уверенный, с ухмылкой, как всегда.
— эй, эм, ты чего? всё норм?
он протянул руку, но не успел дотронуться.

эмма сорвалась.

— уйди! — истерично, почти срываясь в крик.
— эмма?..
— из-за тебя всё! ты... ты всё испортил!
не прикасайся ко мне!
— да я… — он не понял, что произошло.
— пошёл в жопу!

она сжала рюкзак и побежала.
слёзы текли непрерывно,
ноги подкашивались.
она бежала, как будто спасалась.

в голове крутились слова дженны.
"разговор окончен".
"всё".

кажется, в тот момент она потеряла не просто свою учительницу.
она потеряла ту, кто стал для неё самым важным.

эмма не появлялась в университете почти неделю.
каждый день, когда она просыпалась, ей было тяжело встать с кровати,
не хотелось выходить из дома, не хотелось ничего — не пар, не людей.
с каждым днем она всё больше закрывалась,
скрывая свои переживания и усталость.

дженна даже не написала.
она не знала, что сказать,
и в какой-то момент даже начала думать, что перегнула, что могла бы быть мягче,
но теперь уже было слишком поздно.

эмма проводила дни в одиночестве,
и, несмотря на то, что она уже думала о возвращении,
всё равно боялась — боялась снова столкнуться с тем,
что произошло между ней и дженной.

но в конце концов она собралась.
в тот день она наконец пришла в университет.
словно вернувшись с другой планеты, она снова оказалась в привычных стенах.

продолжаю:

---

эмма сидела на своем месте, почти не двигаясь, её взгляд был пустым, усталым.
с каждым взглядом на доску, казалось, она теряла связь с реальностью,
погружалась куда-то в себя.
она выглядела так, как будто недели не было, а целые месяцы.
её кожа была бледной, а под глазами — синие круги.
в руках она держала перо, но пальцы так и не двигались, не писали.

когда началась математика, дженна, не проявив ни малейшей эмоции, холодно вызвала её к доске.

— майерс. к доске.

эмма даже не поднялась.
она просто сказала, едва заметно поворачивая голову:

— ставьте два...

голос был тихим, чуть дрожащим, и она даже не пыталась скрыть, как ей плохо.
в глазах — усталость, беспомощность, будто она была на грани.
всё это было видно дженне, и её сердце сжалось.
но она не показывала этого.
оставалась холодной и строгой.

дженна сделала шаг в сторону, не сказав ничего, и через несколько секунд
ставила отметку в журнале.

эмма не пыталась возразить, просто опустила голову.
классу стало как-то не по себе.
они привыкли видеть её всегда уверенной, активной, умной... но сегодня
это был совсем другой человек.

пара продолжалась как обычно — дженна объясняла новую тему, чертила на доске графики и время от времени смотрела на аудиторию, отстранённым взглядом пробегая по лицам. эмма же сидела на своём месте, молча, ссутулившись. она смотрела куда-то в одну точку, едва моргая. всё звучало как будто сквозь вату — слова дженны, скрипы стульев, даже смешки студентов где-то в углу. всё слилось в фоновый шум.

в какой-то момент у эммы начали дрожать губы. сначала она просто прикусила нижнюю, пытаясь сдержать себя. но слёзы начали капать сами собой. она судорожно вытерла их рукавом худи, быстро, как будто хотела стереть сам факт своей боли. но от этого стало только хуже. дыхание сбилось, и она начала плакать сильнее, едва сдерживая всхлипы.

девушка, что сидела с ней рядом — лилит, тихая и милая, — повернулась к ней, заметив всё.
— эмма… — шёпотом сказала она, аккуратно положив ладонь на её голову, поглаживая. — что случилось?.. ты в порядке?

эмма сжалась в комочек, уткнулась лбом в руки, не отвечая, только мотнула головой.
— ты хочешь выйти? — осторожно спросила лилит, всё так же шёпотом. — я с тобой пойду, если хочешь.

в этот момент дженна обернулась к классу и заметила, что происходит. в её взгляде мелькнула тревога, но она пока ничего не сказала — просто на секунду замолчала.

парень с последней парты, самоуверенный, с ухмылкой на губах — дэн — вдруг громко ляпнул:
— смотрите, эмма плачет!

в классе повисла тишина. почти все головы повернулись к ней, кто-то хихикнул, кто-то просто уставился. эмма вздрогнула, резко вжалась в плечо лилит, будто хотела спрятаться в ней. её руки дрожали, лицо залито слезами, а глаза — полные ужаса, будто её обнажили посреди толпы.

— заткнись, дэн, — резко бросила лилит, прижав эмму к себе и обняв. — ты просто мразь.

дженна стояла у доски, в глазах уже пылала злость.
— тишина в классе, — резко и строго сказала она. голос был холодный, как лёд. — дэн, покинь аудиторию. сейчас же.

дэн хмыкнул, встал и вышел, но всё ещё ухмылялся.
дженна посмотрела на эмму и мягко, совсем иначе, чем раньше:
— эмма… можешь выйти, если хочешь. возьми перерыв. лилит, сопроводишь её?

эмма не сказала ни слова — только тише всхлипнула, словно задыхалась. слёзы лились ручьями, а руки дрожали так, будто у неё больше не было сил держать себя в руках. она прижималась к лилит, как к последнему островку тепла и безопасности.

лилит ни на секунду не колебалась — молча встала, взяла эмму за плечи и аккуратно, почти бережно, повела её из аудитории. дверь тихо закрылась за ними, и в классе повисла напряжённая, глухая тишина.

дженна стояла с мелом в руке, но уже не смотрела на доску. её взгляд застывший, пустой, и только крепко сжатая челюсть выдавала, что внутри всё кипело. она больше не могла читать лекцию с прежней строгостью — мысли вертелись вокруг одного: как она до такого допустила?

лилит вывела эмму в пустой коридор и сразу же обняла покрепче, словно защищая от всего мира. она медленно гладила её по спине, а эмма вжалась в неё, дрожа, уткнувшись носом в её шею.

— всё хорошо, я с тобой, — шептала лилит, аккуратно поправляя сползшие с плеча пряди эммы. — дыши, солнышко, дыши…

эмма слушалась. сначала рывками, потом чуть ровнее. руки, которые судорожно вцеплялись в рубашку лилит, начали медленно отпускать ткань. она всё ещё тихо всхлипывала, но уже не тряслась.

— извини, — прошептала эмма наконец, голосом сиплым и почти беззвучным. — я просто… не справляюсь.

— тебе не за что извиняться, — твёрдо ответила лилит, отстраняясь чуть-чуть, чтобы взглянуть ей в глаза. — ты не одна.

эмма кивнула, опустив взгляд, и снова прижалась к ней, будто хотела остаться в этих объятиях навсегда.

эмма всё же решила вернуться в аудиторию. лицо у неё было красное и заплаканное, глаза блестели от слёз, но она шла уверенно, хоть и опиралась на лилит, которая всё ещё обнимала её за плечи, будто поддерживая невидимой силой.

когда они вошли, в комнате резко стихли все разговоры и перешёптывания. студенты бросали взгляды, кто с сочувствием, кто с любопытством. дженна стояла у доски, объясняя новую тему.

она на секунду остановилась, заметив, как эмма вернулась. взгляд у дженны задержался на её лице — на следах от слёз, на том, как нежно лилит держала её за плечи. что-то в груди болезненно кольнуло, но она не подала виду.

— продолжим, — спокойно сказала она и повернулась обратно к доске, продолжая писать формулы.

эмма села на своё место, лилит рядом, и ссутулилась, положив подбородок на ладони. она не смотрела на дженну, но чувствовала на себе её взгляд. как будто невидимая нить снова натянулась между ними, тонкая, колющая.