Глава 29
Ая вывела последние буквы, и кончик ручки едва не проткнул бумагу на её имени. Она перечитала строки:
*«Джиу, я погорячилась, когда накричала на тебя. Прошу прощения за это. Обещаю вернуться за день, ладно. За два. Хорошо смотри за моим папой и мамой. Я доверяю их тебе и Гере.
Ая»*
Коротко. Почти сухо, если не считать этой отчаянной приписки про сроки возвращения. Она сложила листок вдвое и оставила его на самом видном месте — на подушке, зная, что Джиу первым делом заглянет к ней утром.
Тихо, стараясь не опираться на больную ногу, Ая подхватила свой рюкзак и гвоздодер. Стены родного дома теперь казались чужими, будто она уже была лишним элементом в этой крепости, которую так старательно строил её отец.
На лестнице она замерла. Снизу не доносилось ни звука, но темнота в коридоре казалась плотной, почти осязаемой. Спускаясь на цыпочках, Ая вздрагивала от каждого шороха.
На кухне её уже ждал Юн Хо. Он стоял у открытой двери черного хода, его силуэт четко выделялся на фоне сероватого предрассветного неба. Увидев её, он молча кивнул и жестом указал на ботинки, которые он заранее вынес за порог, чтобы они не стучали по полу.
— Готова? — одними губами спросил он.
Ая обернулась на дверь комнаты родителей, а потом на дверь, за которой, скорее всего, без сна лежал Джиу. В груди на мгновение стало тесно от подступающих слез, но она сглотнула их и решительно шагнула за порог, навстречу холодному утреннему туману.
Как только они отошли от дома на десяток метров, Юн Хо перехватил ружье поудобнее и прошептал:
— Держись за моей спиной. Если увидишь движение в кустах — не кричи, просто дерни меня за куртку. В университетском квартале сейчас может быть людно... в плохом смысле этого слова.
Воздух снаружи был пропитан запахом гари и чего-то сладковато-гниющего. Тишина пригорода, которая раньше казалась уютной, теперь пугала. Ая крепче сжала рукоять гвоздодера. Пути назад не было.
___________
Джиу не спал. Он сидел на полу в коридоре, прислонившись спиной к двери Аи. Он хотел зайти, хотел извиниться еще раз, но гордость и страх услышать холодный ответ удерживали его. Наконец, когда первые лучи солнца коснулись ковра, он не выдержал.
— Ая? — тихо позвал он. Тишина.
Он толкнул дверь. Пусто. Взгляд сразу упал на белое пятно на подушке. Прочитав письмо, Джиу почувствовал, как внутри всё выгорает. скомкал письмо Аи в кулаке. Он вышел в коридор но путь ему преградила Гера.
— С дороги— процедил Джиу.
— Она ушла с Юн Хо. Ты понимаешь, что он сделает, если запахнет жареным? Он бросит её и уйдет один. Он наемник, Гера. У него нет сердца.
— А у тебя значит есть, но мозги отключились? — Гера стояла твердо, хотя руки у неё заметно дрожали.
— Вспомни университет, Джиу. Вспомни, как мы втроем пробивались к выходу. Если бы не Ая, я бы там осталась. И если бы не Ая,мы бы сейчас не стояли здесь, в безопасном месте. А судорожно ходили по улицам, ища ночлег.
Джиу хотел что-то возразить, но она не дала ему вставить ни слова:
— Мы знакомы всего ничего, но мы прошли через ад. Ты вывел нас оттуда. И сейчас Ая доверила мне и тебе самое дорогое — своих родителей. Если ты уйдешь сейчас, ты предашь не только её. Ты предашь то, ради чего мы все рисковали жизнями в той больнице.
— Она обещала вернуться через два дня — Джиу разжал кулак, и мятое письмо упало на пол.
— Но за два дня в этом мире можно умереть сотню раз.
— Я знаю — Гера подошла ближе и, помедлив, положила руку ему на локоть.
— Мне тоже страшно, Джиу. Ая моя лучшая подруга. А Юн Хо... Я не знаю что он за человек. Но Возможно, именно такой напарник ей сейчас и нужен, чтобы пройти через город. А мы... мы должны сделать этот дом крепостью. Чтобы когда они вернутся, им было куда войти.
Джиу тяжело вздохнул, признавая её правоту. Гнев понемногу уступал место горькой ответственности.
— Ладно. Идем на кухню. Нужно проверить, не закончился ли газ и сколько у нас осталось патронов. Если Сон У проснется и не увидит Аю... нам с тобой придется держать оборону не только снаружи, но и внутри.
— Справимся, — Гера попыталась улыбнуться, хотя глаза оставались тревожными.